Акела промахнулся: размышления об итогах парламентских выборов в России

Алексей Вязовский, Дмитрий Голубовский (Москва)

ЕР официально получила чуть менее 50% голосов проголосовавших избирателей.

Однако анализ, основанный на сопоставлении явки и доли голосов, поданных за различные партии в данных территориальных избирательных комиссий (ТИК) говорит о четкой корреляции: чем выше явка, тем выше доля официально «проголосовавших» за ЕР. Предварительный анализ этого феномена был любезно проделан в газете научного сообщества Троицка «Троицкий вариант», и представлен на следующей диаграмме:

Доля голосов за «Единую Россию» стабильно растет с явкой, а доля остальных партий при умеренных явках стабильна, а при более высоких – снижается. Если отбросить в сторону фантастическую гипотезу о том, что электорат ЕР проявляет какие-то особые коллективные самоорганизующиеся свойства с ростом явки, то простое объяснение таким аномальным отличиям от электората других партий следующее: первое поведение соответствует простому вбросу или приписыванию голосов в пользу «партии власти», а второе – отъему голосов у других партий. По предварительным оценкам «Троицкого Варианта» официальное количество голосов за ЕР на этих выборах завышено по сравнению с реальным едва ли не вдвое.

К слову, издание уже не в первый раз делает статистический анализ результатов выборов, и анализ прошлых выборов также указывает на существенные приписки в пользу «партии власти», но меньшие, чем в этот раз, в относительном выражении к общему полученному «Едром» числу мандатов. Если бы прошлые парламентские выборы прошли бы честно, у ЕР было бы честное простое, но не квалифицированное большинство в Государственной Думе.

Проделанный учеными анализ статистики, косвенно подтверждающей бесчестность выборов – кроме того многократно качественно подтверждается многочисленными свидетельствами наблюдателей от разных партий.

Оставим, однако, пока что в стороне морально-этический аспект возникшей ситуации, а также конкретные цифры, и проанализируем сам факт почти двукратного (если верить независимым оценкам, а не сомнительным официальным результатам) падения поддержки народом «партии власти».

Если верить российскому ТВ и официальной статистике, в России в последнее время все было прекрасно: экономический кризис преодолен, официальная безработица в сравнении с ЕС, и даже с США – низкая и снижалась, инфляция минимальна, а в последние месяцы вообще практически не было роста цен. Пока в Греции громили банки, в Британии – пригороды Лондона, в США, а затем и в ЕС, «захватывали Уолл-Стрит», в арабском мире  рушились под натиском молодежи и иностранных спецслужб старые светские режимы, Россия оставалась образцом социального спокойствия. Признаемся, это внешнее спокойствие ввело всех в заблуждение, а столь решительный протест, начавшийся как протестное голосование и продолжающийся как уличные акции, стал для нас неожиданностью, и приятной, и, одновременно, пугающей.

{advert=4}

Задавать в лоб вопрос, в чем причина протеста, было бы неверным, – причин найти можно массу, и любой россиянин навскидку назовет несколько: это и коррупция, и усталость от бесконечных невыполненных обещаний власти, и просто от самих лиц, некоторые из которых постоянно мелькают на ТВ уже более десяти лет, и реальное ухудшение экономики, скрытое за фасадом данных официальной статистики, и многое другое, о чем на протяжении многих лет кипит свободная о цензуры русская блогосфера. Но до недавнего времени эта блогосфера не представляла для власти никакой опасности: вся несистемная оппозиция, пытавшаяся агитировать за свои акции протеста (системная их даже не пыталась устраивать) едва собирала «в реале» несколько сотен человек.

Правильный вопрос таков: в чем причина того, что весь этот протест вдруг из глухого недовольства перерос в действия? Думается, что причина – в труднообъяснимых для обывателя кульбитах внутренней политики, которые были восприняты обывателем как внезапное изменение «правил игры». И там, где раньше виделась беспросветная тоска, вдруг померещились надежды на перемены, а перемены – волшебная штука: когда в перемены начинает верить много людей, они начинаются.

Психология человека – члена толпы или, по выражению Льва Толстого, «человеческого муравейника», мало чем отличается от «психологии» других стайных млекопитающих, например крыс. Есть классический опыт: крысы живут в клетке и время от времени получают удар током. Им дается выбор: пустить это дело на самотек, когда удары задаются внешним независимым и непредсказуемым источником, либо контролировать удары самостоятельно, когда крысы сами могут провоцировать их. Условия таковы, что некую общую сумму ударов они должны получить в любом случае. Результаты опыта таковы, что крысы однозначно (100%-но) выбирают второй вариант – «прописывать» себе шоковую терапию самостоятельно, «в удобное для себя время», более того, они готовы терпеть и больший стресс, более сильные удары (в четыре раза!), на пределе, после которого удары становятся опасными для организма, лишь бы это был предсказуемый для них процесс.

Реакции человеческой стаи, да и взятого отдельно от стаи индивида, мало чем отличаются от реакций других млекопитающих. Люди могут терпеть огромные лишения, если эти лишения – предсказуемы, и в выборе момента предсказуемости у человека есть свобода. Так человек изо дня в день может добровольно в соответствии с выбором, который он сделал когда-то, ходить на тяжкую нелюбимую работу, как на каторгу, и не чувствовать себя при этом униженным. Но стоит ситуации внезапно измениться, нарушив привычный ритм стресса, причем неважно, в худшую или в лучшую сторону, как просыпается активность, и человек может поднять бунт против системы, потому что старый стресс в новых условиях начинает осознаваться как невыносимый.

В этом феномене причина как «голодных», так и «сытых» бунтов, причем второй тип бунтов всегда застает власти врасплох, вводя их в ступор. «Как же так, мы их кормили, учили и лечили бесплатно, увеличивали зарплаты бюджетникам, пенсии старикам, а они, неблагодарные!…» И власть не может понять, почему люди, которые безропотно и равнодушно много лет взирали на то, как разворовывались миллиарды рублей их налогов, утекая в карманы бессовестно обогащающихся на «распиле бюджета» чиновников, вдруг ни с того ни с сего стали возмущаться тем, что у них украли какие-то там «голоса избирателей», за которые кусок хлеба в магазине не купишь. Это выглядит тем более непонятно для власти, что люди вполне безропотно позволяли воровать свои голоса на предыдущих выборах.

Но самое страшное откровение для российской власти еще впереди, и оно заключается в том, что точно такие же люди, такие же околпаченные избиратели, но стоящие «по свою сторону баррикад», работающие в силовых структурах, на государственной службе, «свои люди», прикормленные, повязанные, казалось бы, круговой порукой, с которыми «делились», платя им за лояльность, но которые из года в год терпели идиотизм неэффективного устройства госаппарата, произвол начальников, принуждение к коррупции, когда свое место в ведомстве можно сохранить, лишь «откатывая» вышестоящим, терпели кумовство, когда способные вынуждены были уступать место лояльным и приближенным, «свои люди», которые терпели изо дня в день весь этот стереотипный стресс, вдруг взбунтуются против системы. Как это случилось в Египте, где бенефициарами революции стало военное окружение Мубарака. Как это случилось в Ливии, где в оппозицию Каддафи вошли в прошлом высокопоставленные члены его правительства. Как это случилось, кстати, в Москве в августе 91-го, когда нашлись военные, поднявшие триколор, перейдя на сторону Ельцина. И ядерная сверхдержава, доминировавшая на половине планеты, исчезла как туман – не нашлось никого, кто вышел бы на ее защиту в ее последние дни, хотя впоследствии мало кто из ее прошлых граждан не жалел о ее столь бесславном конце, и много кому жалеть пришлось горько.

А причина всех перечисленных выше неожиданностей – в смене условий, нарушившей предсказуемость стресса, эффект от которой примерно такой же, как от встряхивания пробирки с перенасыщенным раствором соли, которое ведет к спонтанной кристаллизации. Излишек соли переходит в связанное кристаллическое состояние, выпадая в осадок. Такой сменой условий, прикончившей СССР, стал относительно молодой Горбачев со своей открытой манерой общения и либеральной политикой, пришедший на смену череде престарелых советских лидеров, которых народ видел «в реале» только на трибунах Мавзолея, принимающих парады и демонстрации по праздникам.

Такой же, по сути, сменой условий оказался нынешний президент Медведев, который увлекся либеральной риторикой и игрой в модернизацию настолько, что для определенной части общества оказался достаточно убедительным. Спектакль, разыгрываемый поначалу на западную публику, многие внутри страны приняли всерьез. Тандем, пришедший на смену традиционной российской автократии, приняли за новую форму власти, и это стало непредвиденным стрессом, как для элиты, так и для значительной части общества. У одних это породило новые надежды, у других – новые страхи. Дело разрушения режима довершило бестолковое поведение самого Медведева, который по ряду вопросов как внешней, так и внутренней политики позволил себе вступить в публичную полемику с Путиным.

{advert=6}

«Пробирку» с перенасыщенным раствором раздражения и стресса, копившегося многие годы, – еще с 93-го, когда была последняя серьезная встряска с расстрелом здания парламента, – встряхнуло. И «диванная армия», духу которой раньше хватало лишь на написание постов в блогах и, иногда, на ругань в курилках, оторвалась от мониторов, и пошла проголосовать за кого угодно против ЕР. Потому что ЕР так долго строила всю свою политику на прославлении внутренней стабильности, которую ставила себе в заслугу, что сама себя поставила в роль неизбежного препятствия, которое нужно устранить, чтобы дать дорогу переменам.

Какие же перемены нас могут жать в ближайшем будущем?

Рассмотрим два сценария – оптимистичный и пессимистичный. Первый предполагает, что мирный протест против итогов выборов в Думу не выльется в массовые беспорядки, а власти испугавшись накала страстей, в той или иной форме учтут пожелания избирателей о пересчете результатов выборов (например, в Москве и Санкт-Петербурге, где «приписки» носили наиболее вопиющий характер). Таким образом,  Россия сделает первый шаг к становлению гражданского общества, где избиратели влияют на власть и могут двигать границы допустимого и недопустимого. Элиты в той или иной форме начинают чувствовать эти границы, приносят в жертву наиболее одиозные фигуры, проводят реформы избирательного законодательства (допуск всех партий к избирательному процессу, возврат выборности губернаторов, отмена цензуры в центральных СМИ и проч.) и все это выливается в некоторую «европеизацию» российской политической системы.

Однако не исключен и пессимистический сценарий. Маловероятно, что уличная толпа способна играть по правилам, дабы научить власть соблюдать правила. Предыдущий массовый митинг на Чистых Прудах вылился в незапланированное шествие к Центральной избирательной комиссии и был жестко пресечен ОМОНом. Нет никаких гарантий, что и будущие уличные протесты (особенно по результатам выборов Президента России в марте будущего года) пройдут планово и мирно. Слишком много факторов, которые непредсказуемым образом могут в негативном ключе повлиять на ход событий. От действий провокаторов, «нашистов», до неуправляемой реакции властей.

Пессимистичный сценарий может развиваться по трем основным вариантам.

Вариант «Мубарака». Среди окружения ПутинаМедведева появляются властные перебежчики, решающие «оседлать» уличный протест. Спец.службы, ОМОН после непродолжительной фазы противостояния «сдают» своих покровителей. Толпа штурмует здания государственных органов, власть переходит к военным, которые арестовывают и предают показательному суду основных фигурантов, дабы сбить накал страстей. За революцией (белых ленточек?) следует контрреволюция и откат обратно в авторитаризм (по типу того, что сейчас происходит на Украине или в Египте).

Вариант «площадь Тяньаньмэнь». В настоящий момент власть в России принадлежит выходцам из спецслужб, которые наверняка помнят все те унижения и лишения, которые им пришлось испытать после распада Советского Союза (работа «помощникам» в мэриях и т.п.). Очевидно, что нынешние протесты в их глазах ассоциируются не со свободным волеизъявлением граждан, а с происками западных спецслужб. Если добавить к этому такое явление как профессиональная деформация (упрощенный и агрессивный взгляд на происходящие события лишь как на противостояние России и Запада), то власть может и не захотеть делиться полномочиями с народом. Ибо не воспринимает народ как самостоятельного игрока, а лишь как объект манипуляций. В этом свете репрессии и даже расстрел манифестантов может показаться некоторым выходцам из спецслужб – благом. Разумеется, подобный исход событий тут же расколет российское общество и вызовет новые, еще более масштабные протестные акции, которые будут так же жестоко подавляться. Вариант «площадь Тяньаньмэнь» можно было бы назвать вариантом Муамра Каддафи или Башара Асада, если бы не одно но. В случае с Россией, обладающей 2683-мя ядерными зарядами – прямое вмешательство войск западной коалиции сильно ограничено и скорее всего, невозможно. А без военной помощи извне – повстанцы в России, буде такие появятся – очевидно, обречены. Вариант «площадь Тяньаньмэнь» — это консервация российского авторитаризма на долгие годы, «железный» занавес и, в конечном счете, перерастание мягкого авторитаризма в прямую диктатуру.

Вариант «Бен АлиСалеха».  Противостояние властей и народа усиливается, тандем теряет контроль за ситуацией и, не решившись применить силу, покидает страну. Либо получает гарантии неприкосновенности в обмен на отказ от властных амбиций. В этом случае во главе государства становится самый популярный лидер оппозиции (по-факту, скорее всего это — Алексей Навальный либо кто-то из представителей системной оппозиции (Зюганов и проч.)). Однако реальных улучшений в жизни страны не происходит (как этого не произошло после свободных выборов «альтернативного» Ельцина). Очевидно, что в настоящий момент у оппозиции, кроме популистских лозунгов, нет позитивной программы действий, компетентных кадров, а многие проблемы России (например, ситуация с мигрантами, преступностью и т.д.) в принципе не решаемы быстро в краткосрочном масштабе. Чехарда правителей приведет к разочарованию народа, хаосу, последствия которого предсказать уже невозможно.

В заключение хочется сказать, что сценарий «дозированного» применения властями силыстимулов (а-ля кнут и пряник), когда протестные акции в результате «умных» действий сурковых сами собой пойдут на спад и современная политическая система России (тандемократия) останется без изменений еще на ближайшие 6-12 лет — нам кажется самым маловероятным. Джин перемен уже выпущен из бутылки и теперь именно от нас зависит – будет ли он разрушать города или строить дворцы.




Комментирование закрыто.