24 декабря: «игра» российской оппозиции, контригра Кремля и риски для Украины

Юрий Романенко

«Правящая группа теряет власть по четырем причинам. Либо ее
победил внешний враг, либо она правит так неумело, что массы поднимают
восстание, либо она позволила образоваться сильной и недовольной группе
средних, либо потеряла уверенность в себе и желание править. Причины эти не
изолированные; обычно в той или иной степени сказываются все четыре.
Правящий класс, который сможет предохраниться от них, удержит власть
навсегда. В конечном счете решающим фактором является психическое состояние
самого правящего класса.

Оруэлл «1984»

Прежде всего, отмечу, что  в отличие от стояния на Болотной площади митинг на проспекте Сахарова проходил уже в других условиях.

Главное из этих условий заключается в том, что власть не только оценила угрозу и потенциал роста протестной активности масс, но и начала выстраивать контригру с целью убрать риски, которые могут оказать мощное влияние на результаты президентских выборов. Поскольку на данном этапе именно власть задает рамки игры, то с нее и начнем наш анализ.

В любой политической игре есть две составляющие – публичная и непубличная. Как правило, то, что говорят, может принципиально отличаться от того, что делают на самом деле. Как говорят немцы, тем, кто интересуется политикой и любит колбасу лучше не знать, как их делают.

Публичная стратегия была обозначена в послании Дмитрия Медведева, который разразился целым потоком мессиджей в духе «мы поняли, мы исправимся». Российский президент обозначил возможность перехода к выборности губернаторов, облегчения регистрации партий, создание Общественного телевидения и  прочие вещи, обозначающие некую либерализацию политической игры.

Второй составляющей публичной стратегии является попытка разжижения нарастающего протестного общественного движения различными фигурами вроде Ксении Собчак. Здесь нужно оговориться, что возможно исход Собчак, Кудрина в лагерь оппозиции является их собственным решением, суть неважно. Их деятельность в рядах оппозиции скорее пойдет на пользу Кремлю, чем самой оппозиции.

Власть ушла от тактики прямого столкновения с оппозицией, как это было ранее, когда она просто разгоняла маргинальные собрания на Манежной. Большой масштаб протестных акций резко увеличивает значение человеческого фактора, который, как известно, непредсказуем. Поэтому попытка разгона акции, в которой участвуют десятки тысяч человек, почти неизбежно приведет к крови. В таком же формате кровь Кремлю не нужна, поскольку «невинные жертвы» власти кардинальным способом меняют повестку выборов придавая ей характер «или-или». То есть, задача Кремля не допустить, чтобы оппозиция объединилась на президентских выборах вокруг одного кандидата под соусом очередного «кровавого воскресенья». Эта стратегия не исключает жертв, но они должны появиться в другом контексте. Впрочем, об этом позже.

Непубличная составляющая в действиях Кремля заключается в том, что все происходящее там восприняли очень серьезно и потому готовятся к грядущим событиям,  исходя из того, что сражаться, нужно будет не на жизнь, а на смерть.

Об этом, прежде всего, говорят последние кадровые назначения. На пост главы президентской администрации пришел Сергей Иванов, Госдуму возглавил Сергей Нарышкин. Оба старые проверенные кадры, которым Путин может доверять.  После того, как в кресло главы АП сел Сергей Иванов Дмитрий Медведев стал выполнять сугубо декоративные функции. По всей видимости, Путин просто боялся, что в случае «ситуации Ч» Медведев может дрогнуть перед напором обстоятельств и обладая огромными властными полномочиями может превратиться  в проблему. Поэтому ВВП решил перестраховаться и поставил за спиной Медведева чекиста с взведенным курком.

Другая не менее интересная информация заключается в том, что  к Москве и ключевым городам были подтянуты десятки тысяч солдат спецназа и внутренних войск. Кроме того, силовикам начали выплачивать премии и различные денежные авансы, пытаясь повысить их лояльность. Это означает, что власть готовилась(тся) применить силу и применила бы ее обязательно, если бы возникла(нет) потребность.

Система перестраховок, которые обозначил Путин, требует понимания того, что его так насторожило, потому что из этого станут, ясны мотивации.

В сжатой форме рассмотрим диспозицию сторон.

Стабильность политической системы в России покоилась на нескольких столпах.

Первый столп – коррупционные контракты между государством и обществом. Власть сама воровали и давала возможность воровать простым людям, возведя воровство в ранг неформальной государственной идеологии. Кроме того, чтобы люди не волновались им оставили часть льгот, которые компенсировали недостатки «переходного периода»

Второй столп – либералы, которых Илларионов назвал сислибами (системными либералами, используя терминологию Илларионова в его отлично интервью), выполнявшими технократическо-идеологические функции в рамках режима.

Третий столп – силовики, чье влияние постоянно росло, поскольку они системно расширяли контроль над бизнесом и медиа.

Сегодня первый и второй столпы рухнули.

Первый в результате неолиберальных реформ, которые были формой избавления государства от «ненужных издержек». В итоге коррупционные контракты остались разорваны, что начало раздражать различные группы населения, которое чувствовало себя обделенным на празднике жизни. При этом воровство на высшем уровне осталось неизменным, что вызвало закономерную ненависть у народа.

Второй —  вследствие внутреннего конфликта между силовиками и сислибами, что привело к исходу последних из власти.

Это привело к тому, что реальное массовое недовольство начало замыкаться элиту, которая имеет организационные навыки и мотивации участвовать в борьбе за власть. Массам  и оппозиционно настроенным элитам не хватало вождя, который был бы способен артикулировать программу действий и повести за собой народ, 2011 год выдвинул на передний план Фигуру – Алексея Навального, которая потенциально может стать Вождем, но на данном этапе таковым не является (об этом чуть позже).

Результаты выборов в Госдуму вследствие многочисленных нарушений зафиксировали переход недовольства общества властью из количественного состояния  в качественное. Поскольку нарушения были не только зафиксированы, но и артикулированы,  как значимая проблема для ряда социальных групп, возникла смычка интересов, которая позволила перевести возбуждение масс в мобилизационную фазу.

{advert=4}

Главным было то, что выборы в Госдуму зафиксировали, что Владимир Путин не может победить в первом туре президентских выборов без фальсификаций, которые наверняка будут зафиксированы, что окончательно обрушит легитимность власти.

В свою очередь второй тур означает, что против Путина могут объединиться все оппозиционеры, поэтому угроза поражения перестает выглядеть фантастикой. В данном случае ситуация для Путина становится еще более опасной, поскольку общество начнет резко поляризироваться и будет озлобленно реагировать на любые факты нарушений на выборах. Ситуация схематично напоминает президентские выборы в Украине в 1994 году, когда Кучма проиграл Кравчуку первый тур, но выиграл его во втором.

Опуская понятные внешнеполитические риски  в этой ситуации, можно сказать определенно – Путин отчетливо осознает угрозу поражения, которое, как абсолютно правильно заметил Илларинов, повлечет за собой личное поражение сотен тысяч людей, которые были бенефициариями режима.

Однако, для того, чтобы поражение стало реальностью необходима осмысленная игра оппозиции. 24 декабря показало, что пока что такой игры нет.

Рассмотрим ситуацию глазами оппозиции. Как я сказал выше, сегодня можно с определенностью  сказать, что в стане оппозиции есть одна Фигура – Алексей Навальный. Это легко зафиксировать одним фактом – после митинга 90% запросов в поисковиках содержали фразу «Выступление Навального на митинге 24 декабря».

В какой то степени в отношении Навального наблюдается такой же эффект,  как и в отношении Ющенко в 2004 году. Народ ждет Вождя, Мессию, который поведет его за собой. Оруэлл писал, что «массы никогда не восстают сами по себе и никогда  не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не  сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать».Заслуга Навального заключается в том, что он дал возможность осознать масштаб коррупции в России и тем самым помог массам осознать как они угнетены. Здесь нужно отметить, что Навального поддерживают образованные, зажиточные слои городского населения, тот самый средний класс о котором много говорят.

Однако, на митинге 24 декабря выступление Навального было невыразительным и показало, что он еще не стал Вождем. Почему?

Во-первых, он не контролировал повестку митинга. Это было четко видно  по тому, что к микрофону выходили такие разные люди как Артемий Троицкий, Ксения Собчак или представители националистов. Это сказывалось на восприятии того, что шло со сцены и было четко видно, что некоторых, прежде всего Собчак и Кудрина, публика просто засвистала. Поэтому митинг на Сахарова, как и на Болотной, не производил такого мощного впечатления, как киевский Майдан. На Майдане все было четко и ясно. Есть негативная повестка – убрать Кучму, есть позитивная – поставить Ющенко у которого есть какой то там план действий и команда, готовая этот план осуществить. Поэтому, повестка Майдана была «или-или», что резко увеличивало мобилизацию общества. Повестка митинга на Сахарова была «и-и». Смешались в кучу и правые, и левые, и либералы, и еще черт знает кто. Одни собрались убирать Путина, другие создавать гражданское общество. В общем, «на майдані, коло церкви революція іде».

В-вторых, Навальный так и не сформулировал повестку будущего. Вождь всегда обозначает позитивную повестку и программу действий под нее. Повестка – это мобилизация, а мобилизация это самый сильный инструмент, который есть у оппозиции в отсутствие аппарата принуждения.

Программы действий у Навального нет. Этого нет как на уровне деклараций, так и на уровне конкретных действий. Призыв Навального голосовать за кого угодно, только не за «жуликов и воров» с точки зрения борьбы за власть не имеет смысла. Поскольку не позволяет сконцентрировать гигантское недовольство общества в одну точку. Навальный не может не понимать, что его безопасность напрямую зависит от того, сколько десятков тысяч человек будет стоять у тюрьмы в случае его ареста. Власти будет чрезвычайно трудно «закрыть» Навального, если она будет знать, что любые проблемы с ним вытолкнут на улицы сотни тысяч людей. Однако такая мобилизация возможно только в том случае, когда общество не только получит повестку и план действий, но и будет организация, способная направить человеческие потоки в нужном направлении. То есть, встает вопрос о партии.

{advert=6}

И здесь, как это ни парадоксально, наиболее здравые мысли на митинге произнесла Ксения Собчак. Ее освистали и не услышали, но она говорила правильные вещи. Дальнейшее движение оппозиции вперед невозможно без партии.  «Я хочу влиять на власть, я хочу голосовать не против Единой России, а идти голосовать «за»» , — абсолютно верно обозначила необходимость позитивной повестки Собчак.

Конечно же, Ксения лукавила, когда говорила, что это должна быть гражданская партия без лидера, с моральными авторитетами во главе. Моральные лидеры сами по себе редко оказывались успешными государственными деятелями. Потому что политика требует не моральности, а осмысления проблем и готовности действовать исходя из их масштаба. Как писал неизвестный автор «Проекта Россия»: «Человек способен действовать только в границах своего понимания. С обычным мышлением нельзя оперировать большими категориями. Нравственные качества здесь не имеют значения. Честные и нечестные люди одинаково быстро запустят разрушительные процессы, если масштаб их мысли мал. Самое печальное, что они этого даже не поймут». Поэтому дело не в моральных лидерах, а в способности оппозиции выстроить свою политическую структуру. В противном случае, дальше народ  просто перестанет ходить на митинги.

В свою очередь организация политической структуры потребует  избавиться от части людей, которые не имеют никакого авторитета. Непонятно, каким образом могут помочь нарастающему общественному движению Борис Немцов или Миша 2%, зачем ему Явлинский или Кудрин. Их мотивация оседлать восходящий тренд понятны, но непонятно, почему Навальный не гасит эти попытки сесть на уходящий поезд.

Тем более, что социология «Левада-Центра» дала интересные данные о людях, которые пришли на митинг на Сахарова.  Основной возраст – 18-39 лет или 56% . Абсолютное большинство – люди с высшим образованием, 62%. По идеологическому составу: демократы – 38%, либералы – 31%, коммунисты – 13%, социал-демократы – 10%.

Это дает четкое понимание, какие мессиджи должна получить протестная аудитория в Москве, а все, что распыляет внимание массы должно выноситься за скобки политической активности.

Это прекрасно понимает еще одна активистка «белых ленточек», скандально известная Божена Рынская, которая насколько  демонстрирует неплохое видение стратегии и тактики, настолько плохо выступает публично. Она написала после митинга 24-го у себя в блоге:

«Митинг перед Новогодними праздниками перебросил мяч на ту сторону поля. Это хорошо. Вчера было продемонстрировано, что мы — не угомонимся. Процесс пошел по нарастающей. Чего будет в феврале, когда стартанет избирательная компания, одному богу известно. Одно я знаю точно: ни на какие митинги нельзя выходить слишком часто. Нельзя демонстрировать свою импотенцию. Выборы_уже_украли. Нынешняя дума не легитимна. Она должна быть переизбрана. Ее не переизбирают прямо сейчас. Мы ставим большую галку, следующая повестка дня — приближаются выборы. Мы идем дальше».

Там же она демонстрирует понимание главной угрозы: «Самое важное сейчас, чтобы не делал глупостей Навальный. Фраза «нас достаточно, чтобы идти на Кремль и Белый дом» — хороша. Толпа отозвалась великолепно. Только таких фраз произносить не надо. Если сейчас пойти на Кремль, то это будет самый большой подарок, который мы можем сделать Кремлю. ОМОН после этих митингов получил КАЖДЫЙ по сто-двести тысяч премии. Чувак лежал в больнице (по своим делам), и у него телефон пикал — премии зачислялись. Это сегодня ко мне на встречу приехал неожиданно один из тайно дружественных начальников районного ОВД и рассказал. И ОМОНовцы эти чувствуют сейчас себя в полном праве — из нас сделают фарш, а единственный лидер Навальный сядет».

Таким образом, ближнесрочная повестка для оппозиции выглядит так. К февралю нужно выработать понимание позитивной повестки и программы действий. Необходимо кристализировать политическую структуру во главе с Навальным и команду, которая не будет диссонировать на фоне лидера (интервью  26 декабря Навального на радиостанции  «Эхо Москвы» показывает, что понимание необходимости политической партии у него уже появилось). Нужно определиться на какие социальные классы (группы)  опирается политическая сила, чтобы максимально мобилизировать их.

На президентских выборах игра Навального состоит в том, чтобы максимально распорошить консервативный электорат Путина, чтобы не дать ему выиграть первый тур выборов. Поскольку сам Навальный в выборах не участвует, то это требует четкого понимания под кого из формальных противников Путина сливать голоса, поскольку власть будет выстраивать контригру так чтобы завести во второй тур удобного спарринг-партнера.

На мой взгляд, оптимальный вариант для Кремля — это Михаил Прохоров. Вытоптать либеральный электорат с помощью Прохорова, который в наибольшей степени тяготеет в отношении Навального, а потом взять голоса левого электората на антиолигархической риторике представляется наиболее правильным вариантом. Даже если допустить, фантастическую версию,  что Прохоров выиграет выборы, это не будет нести явной угрозы Путину и силам, которые стоят за ним. Однако, хотя Прохорову пророчат 20% голосов, сомнительно, чтобы он взял более 5-7%.

Большую угрозу для Путина представляет Геннадий Зюганов, но опять-таки он уже зарекомендовал себя, как человек, который играет по правилам системы. Однако, кто знает, как бы он начал действовать, если бы получил реальную власть. Это же касается и других кандидатур, которые условно приемлемы для Кремля  — Миронов и Жириновский.

Поэтому, для Кремля ситуация выглядит опасной. С одной стороны, наличие нескольких достаточно сильных игроков, которые будут вытаптывать свои электоральные сегменты, с высокой долей вероятности гарантируют Путину победу на президентских выборах. С другой стороны, второй тур выборов создают угрозу резкой мобилизации протестного электората, который  получает проголосовать за оппонента Путина «на зло». В этой ситуации оппонент Путина оказывается под мощным давлением масс, которые после в случае победы будут требовать пересмотра путинской повестки. То есть, для сотен тысяч человек, которые составляют костяк управленческой элиты России возникает реальная угроза потерять все. Это создает у путинской элиты мотивации, о которых говорил Илларионов.

Путину нужна победа в первом туре, все остальные варианты несут риски, которые могут развивать в процессы непреодолимой силы. Это означает, что повестка первого тура президентских выборов должна быть радикальной настолько, чтобы вопли оппозиции о фальсификациях выглядели  детским лепетом на фоне «национальной угрозы». Альтернативой может быть физическое устранение наиболее опасных конкурентов. Однако, любое несчастье с Навальным или другим популярным оппозиционным лидером не снимает с повестки дня системные проблемы, которые востребовали такой тип политических деятелей. Разве что, Путин начнет реальные реформы, которые снимут социальное напряжение, либо Россия будет втянута в войну, которая на долгое время переключит внимание народа на внешнюю угрозу.

В первом случае, реформы приведут к дальнейшему ослаблению правящего режима.

Во втором случае, война может, точнее говоря, наверняка, закончится для России катастрофическими последствиями. Если режим будет иметь низкую легитимность, то кто его будет защищать? Правильно, национальные республики, где местные феодальные князьки обеспечили наибольший результат «Единой России». Это и дальше увеличит их вес в политической системе, но и усилит противоречия по национальной линии. В среднесрочной перспективе это ведет к дальнейшему ослаблению существующего режима в России и может привести к распаду государства по национальному признаку. Такой себе вариант ататюркизации России.

Второе следствие, втягивание России во внешние конфликты в условиях ослабленной лояльности народа к государству само по себе чревато поражением в таком конфликте. В этом плане сегодняшняя Российская Федерация напоминает царскую Россию накануне Первой мировой войны, как с точки зрения внутренних проблем,  так и с точки зрения положения, которое занимает страна в миросистеме.

Сложность ситуации заключается в том, что сегодня в аналогичной ситуации находятся все основные геополитические акторы. США, Европа, Китай входят в период снижения внутренней легитимности режимов, что будет делать их внешнюю политику более агрессивной. Конфликт интересов на Ближнем Востоке — яркое тому свидетельство. Это означает, что втягивание России в любой локальный конфликт с целью решения внутренних проблем, может привести к вхождению РФ в глобальный конфликт, в котором она наверняка потерпит поражение. Поэтому, для России решение вопроса внутренней стабильности в ближнесрочной перспективе равнозначно увеличению шансов на выживание в свете процессов глобального кризиса.

Украинские выводы

Складывающаяся в России ситуация создает для Украины принципиально новые вызовы для Киева.

Первое, угроза внутренней дестабилизации России приведет к тому, что ее руководство будет жестче выстраивать отношения со своими соседями. Кремль будет четко спрашивать: Вы с нами или против нас? Время полутонов уходит в прошлое. По крайней мере, пока не разрешится глобальный кризис. Ключевым вопросом для всех будет безопасность, а для России этот вопрос будет актуальным вдвойне.

Второе, Россия вступает в период,  когда ресурсная база правящего режима будет сокращаться, тогда как его издержки расти. Поэтому неуступчивость россиян в экономических вопросах вырастет. Провал газовых переговоров – яркое тому свидетельство. Это означает, что от Украины будут требовать все большего количества политических и экономических уступок и, учитывая, что режим Януковича столкнется с такими же вызовами, Киев будет вынужден на них идти.

Третье, необходимость выноса внутренних рисков на внешние площадки резко повышает вероятность того, что Кремль начнет активнее играть в Украине, используя наш внутриполитический кризис в качестве продукта манипуляции общественным мнением в России. По всей видимости, мы будем наблюдать ренессанс различного рода гуманитарной активности и пророссийских организаций под тем или иным соусом.

Четвертое, учитывая вышесказанное можно прогнозировать, что в ближайшее время влияние России на внутриполитические процессы в Украине резко вырастет, что объективно катализирует политическое противостояние в Украине. Это не хорошо и не плохо – это фактор, который нужно будет учитывать всем акторам вовлеченным в политический процесс.




Комментирование закрыто.