Война, как катализатор человеческого развития

Юрий Проценко, для "Хвилі"

 

 

Вопросы:
1. Возможен ли человеческий мир без войн?
2. Является ли война платой за развитие?
3. Какие типы войн сегодня актуальны?
4. Какие новые типы войн можно выделить?
5. Что есть человеческий мир между войн или без войн?

1. Возможен ли человеческий мир без войн?

Что есть война? Карл Клаузевиц писал о войне, как о продолжении политики другими средствами.
В самом общем виде война есть вооруженная борьба государств. Кроме того, слово «война» употребляется еще и в переносном смысле, где оно также обозначает борьбу в какой-либо из сфер человеческой деятельности, так же как правило, не обремененную моральными нормами. Итак, война – одна из форм борьбы, точнее самая крайняя форма борьбы, ибо прямо предполагает уничтожение представителей вида homo sapiens.
Какие цели ставят перед собой люди, развязывающие (начинающие) войну? В соответствии с концепцией британского историка сера Безила Лиддел-Гарта такой целью является мир, лучший, нежели довоенный.
Опять-таки, понятие лучшего мира достаточно условно, т.к. может предполагать и полное физическое уничтожение противника, включая и потенциального.
Если рассматривать человечество исключительно с позиций натуралиста, изучающего некий биологический вид, то можно сделать вывод, что истребление некоторого количества представителей человечества идет на пользу популяции homo sapiens. В результате войн выживает сильнейшее государство. А военная мощь такого государства — есть универсальный и одновременно интегральный показатель его жизнеспособности. Исключения из этого правила существуют, но они лишь подтверждают правило.
Поскольку государства являются субъектами борьбы, то возникает вопрос: возможно ли наступление всеобщего мира на планете Земля вследствие образования единого государства? Да, теоретически должен был бы наступить мир, но на практике, вследствие недостаточной гомогенности населения планеты (отсутствие единой нации) этого бы не произошло.
Возможно ли создание единой нации на планете? Теоретически это представляется возможным, если какое-либо государство завоюет или иным способом навяжет в свою волю другим государствам и сможет проводить такую политику в течении 3-4 поколений людей.
Добровольный отказ от собственной идентичности возможен лишь вследствие культурного превосходства донора над реципиентом. Но культурное превосходство является лишь следствием превосходства экономического и военного. Богатая страна просто может себе позволить большие инвестиции в гуманитарную сферу. Бедная экономит на всем, включая и культуру.
Восприятие (рецепция) достижений культуры выражается в подражании или иначе в моде. На нашей памяти увлечение советской молодежи американскими джинсами. Но и до этого подобное явление также имело место. Сравните одежду турецкого янычара и запорожского казака. Сходство – довольно большое.
Как видим, создание единой нации представляется достаточно сложной задачей. Страна-победитель должна покорить весь мир, а затем в течении 60-80 лет быть способной «переварить» завоеванное и не распасться вновь на независимые государства.
При этом следует учитывать, что данную задачу сегодня решить сложнее, чем во времена Александра Македонского или Римской империи. Знаменитый американский «плавильный котел» перестал работать: национальные меньшинства в США уже не ассимилируются.
Римлянам или грекам было легко навязывать варварам свою превосходящую культуру. То же самое можно было сказать и об американцах в отношении мексиканцев. Но сейчас у мексиканцев уже есть своя нация с определенным набором культурных кодов и стереотипов, работающих на защиту национальной идентичности. Иначе говоря, Хулио Иглесиас так же популярен, как и Майкл Джексон.
Принято считать, что этнос объединяется в нацию исключительно при капитализме. Реально этнос всегда превращается в нацию при достижении некоего порога коммуникации. Для этого обычно требуются газеты и некоторый уровень грамотности населения, что бы их читать. Применительно к отечественной истории можно говорить о создании украинской протонации еще во времена, предшествующие Хмельниччине. Идеологическая борьба между православием и католицизмом в Украине первой половины XVII века имела следствием широкое распространение грамотности, а политическое давление способствовало консолидации украинцев. Братства, как религиозные центры и владельцы типографий, и выпускники Могилянки, как бродячие проповедники, заменяли газеты. В странах III мира, избавившихся от колониализма, роль коммуникатора перешла от газет к радио и телевидению.
Создание единой нации представляет большую проблему и в плане экономики. Значительное количество конфликтов имеют экономическую природу: неравенство получаемых населением доходов в региональном разрезе. Выход видится в выравнивании доходов, что возможно лишь путем их перераспределения между метрополией и колонией. Вряд ли подобная политика будет положительно воспринята населением метрополии. Но если супердержава будет проводить политику колониализма, то это рано или поздно окончиться крахом такой политики.
Можно рассмотреть и другой сценарий: единого государства на планете не существует, но имеется одна сверхдержава с зависимыми от нее сателлитами. В этом случае период ассимиляции населения планеты может занять и пару столетий. Но просуществует ли столько наша сверхдержава?
Существует масса факторов, влияющих на темпы экономического развития и, в конечном итоге, на мощь государства. Вот лишь некоторые из них:
 Открытие (разработка) новых полезных ископаемых;
 Появление новых технологий и источников энергии;
 Появление новых эффективных приемов управления страной на макро- и микроуровнях.
Все эти факторы могут на короткий период времени изменить баланс сил. И государство может воспользоваться таким изменением для дальнейшего упрочения своих позиций уже путем войны.
Наконец на проблему возникновения войн можно посмотреть еще с одной неожиданной стороны. Любая нация стремиться к созданию своего государства, т.к. государство – это та форма, в которой существует современная нация. Нации-государства пребывают в постоянной конкуренции и борьбе. Поэтому единственным реальным путем образования единого на планете государства и формирования единой на планете нации, есть путь физического уничтожения остальных наций нацией-победительницей.
В настоящее время история не знает примеров выделения одной нации из другой, гомогенной. Были лишь случаи формирования наций из одного суперэтноса. Скажем, норвежцы «выделились» из шведов. Но норвежцы всегда отличались от шведов, просто последние этого не замечали. Такая же история с украинцами и белорусами. До революции 1917г. и тех, и других относили к т.н. «русскому племени».

2. Является ли война платой за развитие?

Войны являются ускорителями исторических изменений в судьбах человечества и, одновременно, палачами над отжившими формами человеческого жизнеустройства. Миром движет разность потенциалов. Вода бежит с гор в долину, электроны — с катода на анод, разноименные заряды притягиваются, одноименные — отталкиваются.
Сложно дать определение процесса развития или иначе прогресса, в особенности в социальной сфере. «Молодим – весілля, а курці – смерть!» — говорит украинская поговорка. В грубой прикидке прогресс можно свести к понятию «повышение производительности труда». Если сегодня за единицу времени или на душу населения, продукции производиться больше, чем вчера, то это есть хорошо. От качества и полезности такой продукции абстрагируемся. Считается, что нам нужно все, что производиться и качество этого «всего» не ухудшается. 
Можно эту методику развить с учетом качественных характеристик. Создадим некий интегральный показатель, представляющий набор некоторых характеристик, и назовем его «качество жизни» или «конкурентоспособность». У нас получиться что-то наподобие индекса Доу-Джонса, только вместо показателей котировки акций некоего пула компаний, допущенных на биржу, будем иметь наши характеристики.
Создание такого индекса является методологически очень сложным делом, т.к. оный должен учитывать не только текущее «качество жизни», но и способность страны сохранить его в будущем. Иначе говоря, страна с низким жизненным уровнем и высокими расходами на вооружения может оказаться более жизнеспособной, а значит в нашем понимании и более прогрессивной, чем страна с высоким жизненным уровнем и низкими расходами на вооружение.
Одной из упомянутых характеристик, несомненно, будет производительность труда. Европейцам в течении XVI-XIX веков удалось покорить или сделать зависимым от Европы весь неевропейский мир. Причина — в появлении в Европе производственного капитала, сделавшего ставку на технический прогресс, как способ минимизации затрат. Техническое и любое иное изобретение должно быть полезным, т.е. должно снижать затраты. Для этого сначала нужно это изобретение сделать, а потом внедрить. 
Вряд ли креативность человеческого мозга существенно улучшилась за последние две тысячи лет. Герон Александрийский изобрел паровую турбину, использовавшуюся в качестве детской игрушки. Он же изобрел и торговые автоматы для продажи в храмах святой воды. Китайцы изобрели порох, использовавшийся для фейерверков. Это были великие изобретения, но они практически никак не влияли на жизнь изобретателей и их современников. Ситуация радикально изменилась, когда внедрение новшеств превратилось в вопрос жизни и смерти для данного государства (этноса, нации).
Для внедрения новшеств необходимо наличие обратной связи, когда изобретение кто-то заметит и оно будет внедрено в жизнь. При этом автор получает за свое изобретение некоторые материальные или нематериальные блага. Назовем прохождение идеи от изобретателя к инвестору вертикальным распространением идеи. Но реализованная идея начинает распространяться и территориально. Назовем это горизонтальное распространение идеи.
Для нас здесь важно то, что война стимулирует и вертикальное, и горизонтальное распространение идей. Поскольку судьба элиты страны во время войны опосредованно зависит от технического прогресса, то изобретательство и внедрение изобретений получают режим наибольшего благоприятствования. Ну а распространение изобретений на планете часто происходило на копьях и штыках победителей. Так победы Александра Македонского в значительной степени объясняются применением «фаланги» — нового построения пехотинцев на поле боя, изобретенного отцом Александра, македонским царем Филиппом. Наполеон внедрил атаки колоннами, Нестор Махно – тачанку (передвижной пулемет), а Генри Форд – автомобильный конвейер.
Вертикальное движение идей было бы абсолютно беспроблемным, если бы всякое внедрение идеи не приводило к изменениям в социальной структуре общества, иначе говоря, в иерархическом положении отдельных людей. Но в результате таких изменений положение одних людей может улучшаться, а положения других – ухудшаться. В последнем случае вертикальное движение идей тормозиться. Прогрессивность руководства страны определяется его способностью такие сопротивления преодолевать.
Элита любой страны неоднородна и по-разному реагирует на исторические вызовы. Тем не менее, считается, что период без войн ведет к «застою», а войны ускоряют развитие человечества. Объяснить это можно тем, что в мирное время нужны люди с одними навыками, а в военное – с другими. Но, один раз дорвавшись до власти, «штатские» стремятся в ней закрепиться навсегда. И когда вспыхивает война, то страна к ней оказывается не готовой. Не готовы оказываются не только гражданские, но и военные. Отсюда следует вывод, который Мао Цзедун сформулировал так: «Каждое поколение должно иметь свою войну!»
Данное правило универсально и действует во всех сферах человеческой деятельности. Если новшество противоречит интересам отдельной личности или «корпорации», оно игнорируется. А когда в другом месте идея все же внедряется, то в столкновении с этими другими странами/корпорациями наша личность/корпорация/страна терпит поражение.
Пример с «застоем» хорошо иллюстрирует судьба Уинстона Черчилля в межвоенный период. Сразу после окончания І мировой войны неординарного политика «затерли» и вспомнили о нем только после нападения Гитлера на Британию. А если бы Гитлера не было?
История человечества после 1945г. изобилует множеством войн на периферии великих держав, но сами великие державы между собой уже не воевали. Это привело к почти полной остановке технического прогресса на магистральных направлениях развития человечества, особенно усилившейся после распада СССР в 1991г.
В космос летаем на тех же ракетах, что и во времена С.Королева. Современные авиалайнеры летают с той же скоростью, что и в 1960-ые годы. Автомобили за последние пятьдесят лет стали немного экономичнее, но скорости также не прибавили. Прогресс виден в электронике, но и здесь создание суперкомпьютеров идет путем механического наращивания элементов.
Отсюда следует вывод: человечеству нужна большая война. Ибо только большие войны, в которых участвуют великие державы, по-настоящему стимулируют технический прогресс.

3.Какие типы войн сегодня актуальны?

Однако, рассматривая войну, как борьбу государств, можно сделать вывод, что существуют и иные формы такой борьбы, на которые можно распространить термин «война». Разумеется, речь идет об употреблении этого термина в переносном виде.
Старейшей формой таких «войн» есть экономическая конкуренция. Она существовала всегда, но на фоне войн обычных была незаметной. Существенную роль здесь играло и то, что в древности и Средневековье экономика обычно представляла собой натуральное хозяйство, которое очень слабо участвует в конкурентной борьбе. Хотя и тут бывали исключения.
Экономика рабовладельческого периода знала крупные производственные предприятия, именовавшееся эргастериями, где широко применялось разделение труда. Древний мир знал колоссальные стройки и ирригационные сооружения, тысячекилометровые дороги с твердым покрытием и оборонительные стены и валы.
Феодализм прекрасно соседствовал с крупным торговым, финансовым и банковским капиталом Северной Италии. Флоренция была ее мастерской. Существовали даже государства-транзитеры с непомерно большим влиянием торгового капитала, как Хазарский каганат и Золотая орда. Наконец, первая «глобализация» в истории человечества наступила при Чингисхане и его потомках, объединивших большую часть Евразии в одно государство.
В современном мире существуют три основных центра экономической мощи и, соответственно, три центра, ведущих между собой и по отношению к третьим странам конкурентные войны. Это США, Западная Европа и Япония. Примечательно, что эти центры имеют уже длительную историю, существуя более ста лет.
До 1991г. еще одним таким центром был СССР. Вторую категорию составят государства-сателлиты мировых центров: Канада, Австралия, Новая Зеландия, Восточная Европа, азиатские «тигры». Еще далее находятся бывшие колонии великих держав в Азии и Африке. Промежуточное положение между вторыми и третьими занимают страны Латинской Америки. И наконец, особое положение занимают — страны СНГ, ЮАР и КНР. И связано это именно с особенностями развития этих стран. Первые от социализма перешли к капитализму, претерпев радикальную трансформацию элиты, а ЮАР — от апартеида к господству черного большинства, но также с радикальной трансформацией элиты. В обоих случаях процесс трансформации элиты сопровождался падением производства и ухудшением управляемости страны. 
В Китае, наоборот, была создана уникальная экономическая и политическая система, объединяющая в себе элементы капитализма и социализма. Некоторая трансформация элиты также присутствует, но о полной трансформации элиты говорить нельзя, т.к. Китаем, как и во времена Мао, правит Политбюро ЦК КПК.
Все три центра мировой мощи входят и входили в т.н. «западный мир» под эгидой США, хотя употребление слова «западный» по отношению к Японии звучит не очень корректно. 
После ІІ мировой войны у правящих кругов США появилась уникальная возможность скроить мир, не входящий в орбиту Советского союза, в соответствии со своими пожеланиями. Вполне возможно, что в условиях однополярного мира эти пожелания были бы другими, но в конкретных условиях «холодной войны» США нуждались в крепком тыле и надежных союзниках. Поэтому Германия и Япония, вчерашние противники США во ІІ мировой войне, получили от Америки политическую структуру англо-саксонского типа, кредиты на восстановление экономики и режим наибольшего благоприятствования в торговле. Т.е. получили доступ, с ограничениями, естественно, к американскому внутреннему рынку. Позднее, в 1990-ые годы, но уже в существенно ограниченном варианте, подобную процедуру ЕЭС проведет в отношении стран Восточной Европы.
Трагично сложилась судьба Британской империи. Неизбежность ІІ мировой войны вытекала из обделенности Америки по результатам І мировой войны. США Версальский мирный договор подписали, но не ратифицировали из-за разногласий по вопросу о роли Лиги Наций. Поэтому германские колонии были разделены между победителями в соответствии с мандатами Лиги Наций и США колоний не получили.
После этого правящие круги США взяли курс на развал Британской империи, как своего важнейшего геополитического противника. Делаться это должно было усилиями Германии, Японии и, возможно, СССР. С этой целью они кредитовали восстановление экономики Германии (план Дауэса, план Юнга) и поддерживали агрессию Японии в Китае. Сталинский СССР имел возможность закупать в США любые станки и оборудование, а американские специалисты участвовали в проектировании и строительстве почти всех важнейших строек «сталинских пятилеток». Результатом ІІ мировой войны стало крушение Британской колониальной системы, а следствием – фактическое превращение Британии в доминион США. Сейчас британцы вынуждены участвовать на стороне США во всех крупных международных военных конфликтах.
Контроль США над Европой и Японией многогранен. Господство США над Западной Европой и Японией держится на использовании американского доллара, как средства международных расчетов и международного средства резервирования. В Германии и Японии находятся американские войска. Часть высокотехнологического оружия, как, например, ракеты и бомбардировщики, не производятся в этих странах и закупаются в США. Полностью американской является система навигации GPS.
Специфическим видом современных экономических войн являются валютные кризисы, периодически устраиваемые в разных странах Джорджем Соросом. Наиболее известные соросовские операции это «черная среда (16.09.92г.)», рекордно обесценившая британский фунт, и атака на валюты стран ЮВА (1997г.).
Стандартная валютная атака выглядит, как реализация следующих шагов:
1. Создание пула валютных спекулянтов;
2. Аккумуляция пулом денежных средств в сумме нескольких миллиардов долларов и передача их инвестиционному фонду Сороса;
3. Создание в стране-жертве инвестиционного бума путем скупки активов и осуществления портфельных инвестиций;
4. Получение структурами Сороса кредитов в национальной валюте;
5. Последующая конвертация полученных кредитов в доллары и вывоз долларов из страны;
6. Свертывание деятельности инвестиционных фондов в стране, продажа активов и ценных бумаг, конвертация полученной выручки в доллары и вывоз их из страны;
7. Девальвация нацвалюты нацбанком страны из-за невозможности обеспечить паритетный обмен вследствие уменьшения валютных запасов;
8. Погашение структурами Сороса ранее взятых кредитов обесцененной нацвалютой;
9. Получение страной-жертвой кредитов МВФ на стабилизацию нацвалюты под политические условия;
10. Скупка отечественных предприятий западными ТНК.
Атака экономик стран ЮВА была полностью неожиданной для их правительств, т.к. все они считались верными союзниками Вашингтона. Предательский «удар в спину» со стороны банкиров США был вызван тем обстоятельством, что США после развала СССР больше не нуждались в этих странах, как союзниках.
Ну и уже традиционным видом войн можно назвать войны информационные. Возникли они не вчера, и даже не во времена доктора Геббельса. Пожалуй, первой информационной войной следует считать пропагандистскую подготовку к Крестовым походам. У Папы римского были талантливые идеологи-пропагандисты, как Петр Пустынник. Был и пропагандистский аппарат в лице белого и черного духовенства, присутствие которого ощущалось в любом селе. Был и мощный стимул для крестоносцев: прощение грехов. А кто у нас без греха, пусть кинет в Папу камень.
Из современной «классики» следует назвать пропагандистское обеспечение двух американских войн в Ираке (1991г., 2003г.). В армии США для этого имеются специальные подразделения, занимающиеся радиоразведкой и дезинформацией. Кроме этого, в последней войне американцы координировали свою информполитику с союзниками по НАТО, в результате чего иракские военные и гражданское население были лишены возможности слышать иную точку зрения, кроме как американскую.

4.Какие новые типы войн можно выделить?

Опять-таки, рассматривая «войну», как борьбу государств, можно выделить специфическую деятельность по «перепрограммированию», если можно так выразиться, цивилизационной матрицы целых стран. Если обычная пропаганда ставит своей целью внести раскол в мировоззрение населения потенциального противника, обострить противоречия в его стране и в конечном итоге всеми способами страну ослабить, то «перепрограммирование» ставит своей целью сделать так, что бы потенциальный противник вообще не видел своего врага, принимая его за друга и союзника.
Разумеется, всегда действует рузвельтовское правило, что «нельзя все время обманывать весь народ», но «Поки сонце зійде, роса очі виїсть!»
«Классика» здесь — развал Советского союза в 1991г. и опыт управления Восточной Европой и странами СНГ с 1990-ых годов и до настоящего момента. Слабость Советского союза заключалась, во-первых, в том, что он был многонациональной страной и национальный вопрос коммунисты хотели решить путем ассимиляции нерусских народов, и во-вторых, в сталинском наследии.
Поясню свою мысль. Государство, построенное Сталиным, не имело механизмов саморегуляции, не считая самого тов. Сталина. Т.е. эффективность государственного менеджмента основывалась на таланте Сталина-кадровика и на страхе исполнителей перед контролерами, опять же назначенными Сталиным. Но со смертью диктатора исчез и страх. Во главе страны оказался не самый лучший, а самый пронырливый из членов Политбюро – Никита Хрущев, сумевший организовать дворцовый переворот и устранить своего конкурента Лаврентия Берию. Но и сам Хрущев был смещен за «волюнтаризм», т.е. за попытку править сталинскими методами. Ситуацию довершило то, что в стане советского руководства начался идеологический кризис, выразившийся в забвении идей Сталина и в неспособности выработки новой идеологии, отвечающей современным вызовам. После чего падение СССР стало лишь делом времени.
Все послевоенное время (1946-91гг.) страны Запада вели подрывную работу против СССР и его союзников, главным образом средствами радиопропаганды. Но и в самом Западном мире, и прежде всего в его цитадели – США, произошли большие перемены, вызванные тем обстоятельством, что элите этих стран реально ничего не угрожало. «Застой» на Западе выразился в росте влияния идей либерализма, являющегося идеологической оболочкой власти финансовой олигархии.
Банковский капитал превращается в финансовую олигархию, как только политическая сила, его представляющая, становится в стране доминирующей. Тем самым страна, сохраняя все формальные признаки демократии, де-факто становится олигархической республикой.
В демократической стране разные группы элиты уравновешивают друг-друга, но все же, доминирующими являются те, что представляют интересы производственного капитала, даже если он объединен в финансово-промышленные группы. Ибо только производственный капитал, как указывалось выше, заинтересован в техническом прогрессе. Новшества в банковской сфере за последние 60 лет свелись к внедрению пластиковых карточек и «изобретению» хедж-фондов. И все.
ІІ мировая война была международным конфликтом производственного капитала за рынки сбыта и лишь во вторую очередь – борьбой банкиров за приложение капитала.
Строго говоря, либерализм является не идеологией, задача которой — структурирование системы ценностей, а псевдоидеологией, задача которой — выдать за истинные ложные цели и задачи.
Любая страна на этапе подъема и развития руководствуется идеями национализма, как единственно правильными идеями, ставящими своей целью экспансию нации в пространстве и сохранение ее во времени. Задача любого правительства заключается в отстаивании национальных интересов, т.е. интересов нации.
Нация понимается нами в иррациональном «шевченковском» ее понимании, как совокупности живых, мертвых и нерожденных (…і мертвим, і живим, і не рожденним землякам моїм, в Украйні, і не в Украйні живущим). Аналогичное определение имеется и у Бенито Муссолини. Подобные критерии не позволяют современникам предавать отцов и воровать у детей (не родившихся).
Именно манипуляция сознанием и применение либеральных идей позволило провернуть в странах Восточной Европы, а потом и в СНГ приватизацию – передачу кучке олигархов общенародной (до 1991г.) собственности. Разумеется, ни один нормальный человек в здравом уме и памяти на подобное не согласиться. Но были внушены ложные ценности, вроде свободы, конкурентной среды, рынка, который все расставит на свои места и сделает экономику эффективной. 
Как-то обманутые люди не предполагали, что «эффективная экономика» означает, тотальные сокращения и что именно ты станешь безработным. Что «конкурентной среды» давно уже нет и на самом Западе, где существует жесткое госрегулирование, но басни про то, как секретарь райкома командовал в колхозе, что сеять и убирать, сердцу милее. Давно уже нет и колхозов, а украинские чернозёмы – лучшие в мире, зарастают бурьяном. Любой малый предприниматель понимает, что смешно ему конкурировать с транснациональными корпорациями, но студентам в вузах преподают либеральные теории.
Всякому грамотному человеку понятно, что страной правит компрадорская буржуазия, хранящая свои деньги в западных банках и поэтому всецело от Запада зависимая. Но сколько еще должно пройти времени, пока эта мысль станет господствующей.
Но есть, по крайней мере, две страны, где либеральные идеи в политике не прошли, это Китай и Беларусь. И есть страны, именуемые «азиатскими тиграми», которые добились потрясающих результатов в экономике, вопреки рекомендациям МВФ. Анализ ситуации в этих странах выходит за пределы ответа на вопрос, но сам факт существования этих стран дает нам, украинцам, надежду, что мы сможем преодолеть все трудности.

5.Что есть человеческий мир между войн или без войн?

Честно говоря, вообразить мир между войн (interbellum) достаточно легко – это подготовка к новой войне. А вот мир без войн – однозначно застой. Может быть, с точки зрения абстрактного гуманиста, войны следовало бы заменить чем-то другим, ну хотя бы экономической конкуренцией. Однако, нет уверенности, что это будет гуманней. Экономическая война тоже штука достаточно жестокая. Валютные кризисы, организованные «дядюшкой Соросом», тоже ведут и к голодной смерти сотен тысяч людей, и к росту самоубийств, и к безысходности и тотальной бедности.
Двадцатилетие «демократии» в Украине привело к деиндустриализации страны, когда наши заводы были порезаны на металлолом, а металлолом отправлен в Турцию. Или когда были вырезаны «на шкуры» колхозные коровы, а шкуры отправлены в страны Средиземноморья. Из страны выехало 5-7 млн. гастарбайтеров и трудятся они теперь на благо стран пребывания. Наши самые красивые в мире девушки промышляют по всей Европе проституцией. «І нема на те ради!» — как говорят в Западной Украине.
Но рада есть! Позавчера видел на каком-то сайте соцопрос: 45% украинцев ожидают наступления гражданской войны. На этой оптимистической ноте и заканчиваю свой доклад.

 




Комментирование закрыто.