После неолиберализма: республиканская демократия в новые времена

 

Это один путь разрушения неолиберализма. А каковы другие?

Двадцатого января 2009 года Брак Обама стал новым президентом Соединенных Штатов. В своей инаугурационной речи Обама намекнул на старую политическую философию как проводника в наше новое время. Вспомним, что самые первые слова его речи были «мои дорогие граждане», а не «мои дорогие американцы». Это живо напоминает нам, что инаугурация это событие в жизни республики, где живут отдельные граждане государства, а не просто индивиды с определенной национальной идентичностью, причем граждане являются участниками определенного политического проекта, что подразумевает права и обязанности.

В одной своей проницательной статье Карма Небалси (Karma Nabulsi) уже указал на то, что Барак Обама провел свою избирательную кампанию как республиканец. В своей инаугурационной речи отметил то, как он будет восстанавливать демократический республиканизм в роли ведущей политической философии.

Так что же это такое, этот политический проект «Республики»? Я считаю, что этот проект предлагает гораздо более прогрессивную теорию и средства, чем послевоенная социал-демократия. Кроме того, он предлагает захватывающую альтернативу различным версиям неоконсерватизма, которые, как мы видим, уже возникают.

 

Что такое республиканская демократия?

Первый вопрос очевиден: что мы подразумеваем под «республиканской демократией»? На обычном политическом языке «республиканизм» часто предлагает не более чем оппозицию монархии и приверженность выборности главы государства. Однако сегодня он стал чем-то гораздо большим, чем раньше.

Давайте вернемся к инаугурационной речи Обамы. Обама напоминает своим гражданам, что «Америка существует не просто потому, что ее руководители обладают способностями или видением ситуации, но и потому что мы, народ, верим в идеалы наших предков и верность наших основополагающих документов». Эти слова «мы, народ», здесь жизненно важны. Они выражают современный, демократический республиканский взгляд, что законная власть основана на суверенитете народа. Основополагающим законотворцем является народ, а не политические лидеры. В британском конституционном контексте часто говорится, что носителем суверенитета является парламент. Республиканские демократы с этим не согласны: для них единственный суверен это народ.

Обама говорит, что «Пришло время подтвердить стойкость нашего духа… эта благородная идея прошла от поколения к поколению: данное Богом слово, что все люди равны, все одинаково свободны, и все заслуживают шанса стремиться к полноте своего счастья». Жизнь, свобода, безопасность и экономические возможности являются важнейшими для всех граждан, и народ должен использовать свою власть, чтобы принимать законы, служащие его интересам, обращаясь с интересами любого гражданина как равными любым другим. Это современный, демократический способ понимания идеи, что государство должно работать на общее благо всех граждан, а не чьи-то частные интересы.

Как подразумевают слова Обамы, общая заинтересованность граждан в свободе является важнейшей предпосылкой стремления к общему благу. По мнению таких современных республиканских философов, как Ф.Петит и К.Скиннер, свобода это «не-доминирование» или «не-принуждение» одного гражданина другим. Это такое состояние, когда один человек не зависит от произвола другого. Чтобы обеспечить свободу, граждане должны быть защищены от всякого произвола, в том числе и со стороны государства. В то же время, они должны использовать свою суверенную власть для принятия законов и создания институтов власти, которые защитят все общество от произвола.

Как выразился Обама, «…нация не может долго процветать, когда ее единственным стремлением является процветание. Успех нашей экономики всегда зависел не только от размеров ВВП, но и широты нашего процветания, от нашей способности открыть возможности процветания каждому стремящемуся сердцу – не благодаря милосердию, но поскольку это есть надежнейший путь к нашему общему благу». Здесь Обама выражает республиканский взгляд, требующий ограничения экономического неравенства. Кроме того, как предположил Обама, экономические возможности для всех являются важным элементом общего блага сами по себе.

Республиканство подчеркивает важность активного и ответственного гражданина. Гражданин, это не просто законный статус, а и определенные моральные качества. Эта идея проходит через всю речь президента: «То, что нам нужно, это новая эра ответственности – признание каждым американцем того, что мы имеем обязанности перед собой, нашей нацией и миром. Которые мы выполняем не по принуждению, а с радостью, убежденные в том, что нет ничего более радующего наш дух и более свойственного нашему характеру, чем отдать всего себя этой трудной задаче».

В этом лежат ключевые идеи республиканской демократии. Однако все это, вероятно, звучит несколько абстрактно. Позвольте очертить некоторые конкретные следствия этих идей и то, какие из них расходятся с «лейборизмом» послевоенной социал-демократии, и проектами типа «красных тори».

 

Отличия от лейборизма

Собственность для всех. Послевоенная социал-демократия в Британии обращала не слишком много внимания на вопросы собственности, отрицая требования социалистов поставить все основные отрасли промышленности под контроль государства. Республиканские демократы наоборот, призывают обратить внимание на вопросы собственности, а также распределения дохода и работы государственных служб.

Стоит обратить внимание на то, как вопросы собственности проникают в современную политику. Например, недавний правительственный документ «Новые возможности: равные шансы на будущее», касающийся вопросов социальной справедливости. Хотя в документе содержится много хороших идей, он относительно мало говорит о политике распределения богатства, хотя это практически самый важный вопрос для создания «равных шансов для всех».

Можно также ознакомиться с докладом независимой Комиссии по социальной мобильности. Хотя в нем содержится ряд интересных предложений, но нет и намека на то, как уменьшить растущее социальное неравенство или ликвидировать бедность.

Наконец, коснемся книги, которая готовится к печати, «Возможности для Новой Британии», подготовленной командой из Оксфорда при финансировании Совета по экономическим и социальным исследованиям. Книга содержит массу интересных идей, однако, снова и снова, в ней очень мало говорится, если вообще упоминается, как решить проблему социального неравенства и бедности. Для республиканских демократов напротив, вопрос распределения общественного богатства и контроля над бедностью должен быть центральным в политике.

Расширение круга владеющих собственностью также критически важно для расширения экономических возможностей, что является частью общего блага. Богатство необходимо не только для того, чтобы начать бизнес, переехать, обучиться новой профессии или просто выйти с рынка труда на какое-то время. Для этого республиканская демократия предлагает распространить владение собственностью на всех граждан, либо создать схему базового дохода для всех граждан, даже если они не работают. Предлагается и схема наследования, при которой граждане, достигшие зрелости, получают безвозмездно капитал, который они могут свободно использовать по своему усмотрению. Этот грант может частично финансироваться путем налога на наследование богатства. Правительственный Детский Трастовый Фонд может стать полезным учреждением, реализующим базовый принцип гражданского наследования. Кроме того, есть и другие, не менее радикальные предложения по распределению и контролю богатства, основанные на идее суверенитета народа.

Хотя демократия и капитализм частично дополняют друг друга, они частично и противоречат друг другу из-за контроля над инвестициями относительно немногочисленной элиты, ограничивающей возможности демократически избранного правительства: если оно «зайдет слишком далеко» в реформах, будет забастовка капиталов, и реформы придется отставить, чтобы оживить экономику. Чтобы преодолеть это противоречие между капитализмом и демократией, республиканские демократы стремятся поставить решения об инвестировании под демократический контроль и ответственность. Это не значит, что контроль окажется в руках правительства. Скорее, это означает контроль общества над инвестиционными фондами, в том числе над пенсионными фондами.

Вообще-то такие радикальные изменения очень трудно провести. Однако в нынешних экономических условиях радикальные изменения становятся нормой.

Вторым важным отличием республиканцев от социал-демократов является идея активного гражданского общества, управляющего некоторыми частями общественного богатства.

Есть ряд причин, почему социал-демократы так провалились с гражданским обществом, не учтя то, что привлечение граждан к управлению само по себе развивает их гражданское чувство и способности. Привлечение граждан к общественным делам вытаскивает их из скорлупы узко частных интересов и взглядов на мир, открывая взаимозависимость людей и усиливая чувствительность к интересам других. Это отмечал еще А.де Токвиль в 19-м веке. Эхом мыслей Токвиля звучат заявления современных теоретиков социального капитала вроде Р.Патнэма, агитирующего за возрождение местных органов управления, чтобы усилить политическую активность граждан.

Здесь можно вспомнить о всевозможных инициативах граждан и общественных организаций, способствовавших избранию Б.Обамы. Было бы ошибкой сводить их роль только к избранию президента. Не менее важна их роль в создании активных гражданских движений, определяющих саму обстановку, в которой работают избираемые на выборах политики. Без поддержки и наставлений народных движений, прогрессивные политики весьма уязвимы к давлению со стороны других, финансово влиятельных общественных сил.

 

Отличия от «красных тори»

Из-за углубляющихся расхождений между республиканцами и социал-демократами некоторые могут увидеть черты сходства первых со странными новыми обитателями современного идеологического ландшафта: «красными консерваторами». Все они выражают недоверие к государству. Все стоят за активное гражданское общество. Все агитируют за более широкое обладание собственностью.

Некоторое сходство действительно есть, хорошо это или плохо. Однако, важно указать на некоторые фундаментальные различия.

Во-первых, в то время как республиканские демократы с подозрением относятся к централизованному государству, тем не менее, они считают его роль критически важной в достижении общего блага. Они не сторонятся государства, но хотят ограничить его способность действовать безответственно, и сделать его более открытым перед гражданами. В то же время, они хотят использовать государство для борьбы с экономическим неравенством и, следовательно, защищать личную свободу граждан, создавать возможности для создания общего блага и защищать суверенитет народа.

Во-вторых, республиканские демократы определенно приветствуют гражданское общество, но не просто как видение торжества свободы от государства. Гражданское общество, которое Эдмунд Берк называл «маленькие отряды», имеет свои ограничения.

В-третьих, республиканские демократы стремятся к более широкому распределению богатства. Но в отличие от «красных тори», они имеют множество действительно радикальных идей: это и предложение, чтобы все граждане получали определенную сумму, не облагаемую налогом, при рождении, или по достижении зрелости. Это и принудительное распределение прибыли на всех предприятиях и фирмах в пользу работников; это и общественно управляемые социальные фонды, которые, как уже указывалось, обеспечивают выплатами всех граждан.

Более глубокое различие с «красными тори» республиканских демократов в том, что они вовсе не против того, что называется либерализм. Либерализм сделал огромный вклад в наше понимание свободы и равенства, столь важных для общего блага республики. Конечно, религиозные чувства, столь важные для тори, могут мотивировать многих для участия в политике, однако ключевые ценности публичной сферы – народный суверенитет, свобода, равенство и гражданская ответственность, независимы от религиозных убеждений, и именно на нашей общей приверженности этим ценностям и развивается гражданское чувство.

 

Заключение

Послевоенная социал-демократия в 1970-е годы оказалась в глубоком кризисе, столкнувшись с самоуверенной альтернативой в лице различных теорий Новых Правых. Неолиберализм шаг за шагом заменил социал-демократию своим социальным видением. Если сегодня неолиберализм сам столкнулся с серьезным социальным кризисом в форме жестокой экономической рецессии и (никогда не надо об этом забывать), ухудшающейся экологии, новая альтернатива может оказаться республиканской демократией.

Критики могут возразить, что для этого потребуется время. Сегодня – время экономического кризиса. Кого волнует что-то, называющееся «республиканство», когда люди теряют работу и доходы? Что нам нужно, это просто серьезные усилия государственной власти.

Данная критика игнорирует тот факт, что республиканская демократия это не просто узкая политическая теория, но также и социально-экономическая. Как мы уже убедились, республиканская демократия предлагает конкретные идеи того, как перестроить экономику, чтобы решить ряд проблем, которые терзали ее в последние годы. Более того, она предлагает ряд альтернатив, которые выходят за рамки простого усиления государства перед рынками.

Республиканская демократия предлагает, чтобы государство активно распространяло собственность и делегировало властные полномочия принимать решения по всему обществу. В то же время, она призывает к более активному участию граждан в политике. Государство, рынок и гражданское общество – все имеет свое место, но все должно занимать именно свое место. Только таким путем можно построить общество, в котором, выражаясь словами Обамы, признается «ценность гражданского общества».

Стюарт Уайт

Перевод Андрея Маклакова, Диалоги

Полный текст документа доступен по адресу: http://www3.interscience.wiley.com/journal/122407830/abstract?CRETRY=1&SRETRY=0




Комментирование закрыто.