Украина в зеркале плана «Ост»

Юрий Рубцов, доктор исторических наук, профессор (Москва)

А. Гитлер 16 июля 1940 г. на совещании в своей ставке с участием Г. Геринга, главного уполномоченного по выполнению четырехлетнего экономического плана, А. Розенберга, возглавившего в июле 1941 г. имперское министерство оккупированных восточных территорий (Восточное министерство), и других нацистских руководителей решил, что после разгрома СССР территория третьего рейха должна быть расширена на восток, по крайней мере, до Урала. А 31 июля того же года на совещании высшего командования вермахта, посвященном подготовке нападения на СССР, он прямо заявил, что Украина, Белоруссия и Прибалтийские страны отходят к Германии. Финляндии уступалось побережье Белого моря[1].

Один из ближайших соратников Гитлера рейхсфюрер СС Г. Гиммлер, который в октябре 1939 г. одновременно занял пост рейхскомиссара «по укреплению немецкой расы», играл ведущую роль при определении участи, которая в будущем должна была ожидать советское население. 24 июня 1941 г. он поручил начальнику планового отдела рейхскомиссариата, директору института по аграрному делу и аграрной политике Берлинского университета оберфюреру СС профессору К. Мейеру-Хетлингу подготовить план массовой депортации коренного населения из Центральной и Восточной Европы, чтобы высвободить пространство для заселения немцами.

Секретный документ под названием «Генеральный план «Ост»» был представлен Гиммлеру уже 15 июля 1941 г. Помимо депортации 80–85% населения из Польши и 50% из Чехии, планом «Ост» предусматривалось в течение 25–30 лет изгнать с места постоянного проживания 85% жителей Литвы, 75% – Белоруссии, 65% – Западной Украины, по 50% – Латвии и Эстонии. Всего, по подсчетам Мейера, депортации подлежали не менее 31 млн. человек[2].

Особым «вниманием» нацисты удостоили русский народ, имея в виду не только этнических русских, но и представителей других славянских народов, которые составляли основу населения Советского Союза. Один из разработчиков генерального плана «Ост» доктор Э. Ветцель, референт по расовым вопросам в Восточном министерстве Розенберга, в апреле 1942 г. подготовил для Гиммлера текст замечаний к первоначальному варианту генерального плана, где утверждал, что «без полного уничтожения» или ослабления любыми способами «биологической силы» русского народа установить немецкое господство в Европе не удастся[3].

Векторы человеконенавистнического отношения к народам СССР задавали своим подчиненным нацистские бонзы. Гитлер не раз заявлял, что русские и украинцы недостойны какого-либо образования, их не следует приучать ни к какой умственной работе, ибо их удел – служить исключительно в качестве рабочей силы при освоении немцами Востока: «С них будет вполне достаточно умения читать дорожные указатели, немецкому учителю там нечего делать. Под свободой украинцы понимают разрешение мыться только один раз в месяц, а не два раза, как прежде, немец со своей зубной щеткой вскоре будет вызывать у них только раздражение»[4].

В сентябре 1941 г. Гитлер посетил Украину, после чего в гитлеровской ставке стало известно о впечатлениях фюрера: «В Киеве сгорел целый квартал, но в городе проживает все еще довольно большое количество человек. Они производят очень плохое впечатление, внешне походят на пролетариев, и поэтому их численность следовало бы сократить на 80–90%. Фюрер немедленно поддержал предложение рейхсфюрера (Г. Гиммлер. – Ю.Р.) конфисковать расположенный неподалеку от Киева древний русский монастырь… чтобы он не превратился в центр возрождения православной веры и национального духа»[5].

Итак, в случае победы германского оружия славян на Востоке ждало доведение до первобытного состояния. Но это касалось только тех, кому готовилась участь рабов. Остальная же и большая часть славянского населения подлежала физическому уничтожению. К середине ноября 1941 г. только специальные карательные части, т.н. эйнзацгруппы армий «Север», «Центр» и «Юг» истребили в Прибалтике, Белоруссии и на Украине более 300 тыс. мирных граждан. Массовыми убийствами и грабежом они занимались до конца 1942 г. По самым осторожным оценкам, на их счету свыше 1 миллиона жертв.

Для «очищения» оккупированных советских земель от лишнего людского «элемента» и налаживания там «нового порядка» нацистами был создан разветвленный военно-административный и карательный механизм. Власть на территориях, прилегавших к линии фронта, принадлежала немецкой военной администрации во главе с генерал-квартирмейстером генерального штаба сухопутных войск генерал-лейтенантом Э. Вагнером. Начальниками военной администрации при армиях являлись коменданты тыловых районов, которые опирались на многочисленные гарнизоны, полевые, поселковые и городские комендатуры. В их распоряжении находились охранные дивизии, караульные и полицейские батальоны, части полевой жандармерии. Помощь в «обеспечении безопасности пространства» в оперативном тылу командующим оказывали начальники СС и полиции, в распоряжении которых имелись три бригады СС и ряд самостоятельных полицейских подразделений.

Региональными гражданскими органами власти являлись рейхскомиссариаты. Фактически немцы успели сформировать лишь два из пяти рейхскомиссариатов – «Остланд» во главе с гауляйтером Шлезвиг-Гольштейна Г. Лозе (включал Прибалтийские республики и часть Белоруссии) и «Украина» во главе с гаулейтером Восточной Пруссии Э. Кохом (включал большую часть Украинской ССР). В составе последнего были созданы генеральные комиссариаты (Волынь-Подолия, Киев, Николаев, Житомир, Днепропетровск, Таврия). Территория рейхскомиссариата составляла почти 340 тыс. кв. км при том, что площадь советской Украины накануне войны была чуть больше 530 кв. км[6].

На рейхскомиссаров возлагалось руководство всеми сферами гражданского управления. Командующим оккупационными войсками, в т.ч. генералу К. Критцингеру («Украина»), было дано указание оказывать поддержку рейхскомиссарам в политической и управленческой работе и обеспечивать внутреннюю военную безопасность. К рейхскомиссарам были прикомандированы руководители СС и полиции – в «Украине» обергруппенфюрер СС Г. Прютцманн. При окружных генеральных комиссарах действовали руководители СС и полиции. Рейхсфюрер СС Гиммлер обладал правом через этих руководителей отдавать директивы рейхскомиссарам по вопросам, относящимся к обеспечению политической безопасности. Для решения хозяйственных вопросов рейхскомиссарам придавались учреждения Штаба «Восток», который существовал в ведомстве уполномоченного по четырёхлетнему плану Г. Геринга.

Рейхскомиссариаты еще создавались, а работа по разрушению территориальной целостности и перекройке границ оккупированных советских республик шла полным ходом. 1 августа Западная Украина (Галиция) была включена в состав «генерал-губернаторства Германской империи», образованного в октябре 1939 г. в восточной части захваченной польской территории. 30 августа украинские земли между Днестром и Бугом (часть оккупированных Винницкой, Одесской и Николаевской областей) и Молдавию, названные Транснистрией, Германия передала союзной ей Румынии. 20 октября в составе рейхскомиссариата «Украина» оказались области Винницы, Первомайска, Черкасс, Киева и Житомира, 15 ноября – Николаева, Херсона, Никополя и Днепропетровска.

В любой войне, кроме военных и политических интересов, страна-агрессор всегда преследует еще и экономические выгоды. Не стала исключением и Германия. Чтобы обеспечить реализацию программы завоевания мирового господства, гитлеровский режим стремился истощить материальные ресурсы Советского Союза, разрушить его промышленный потенциал, разграбить сельское хозяйство, вывезти в третий рейх оборудование, запасы сырья и рабочую силу. На совещании с командованием вермахта 9 января 1941 г. Гитлер говорил, что, если Германия «заполучит в свои руки неисчислимые богатства огромных русских территорий», то «в будущем она сможет вести борьбу против любых континентов»[7].

«Война ведется за зерно и хлеб… война за сырье, за резину, железо и руды… – разъяснял немцам министр пропаганды Й. Геббельс. – На необозримых полях Востока колышутся желтые колосья, которых достаточно и сверхдостаточно, чтобы прокормить наш народ и всю Европу… Это и есть цель нашей войны»[8].

Использование советского экономического потенциала, а попросту – грабеж осуществлялись на строго плановой основе. Для эксплуатации ресурсов оккупированной советской территории в марте 1941 г. была создана упомянутая выше военизированная государственно-монополистическая организация – Штаб экономического руководства «Восток».

Целью военной кампании против СССР в области сельского хозяйства штаб 23 мая 1941 г. определил «снабжение немецких вооруженных сил, а также обеспечение на долгие годы продовольствием немецкого гражданского населения». Реализовать эту цель планировалось за счет «уменьшения собственного потребления России». Те, кто готовил эти указания, прекрасно осознавали, что это приведет к голодной смерти миллионов советских граждан. Рейхсмаршал Геринг еще в феврале 1941 г. заявил на совещании Штаба «Восток»: «Задача состоит в том, чтобы изъять из новых восточных районов самое большое количество сельскохозяйственных продуктов, сырья, рабочей силы». Что после этого ожидало мирное население, захватчиков не волновало: «…Если мы сумеем выкачать из страны все, что нам необходимо, то десятки миллионов людей умрут голодной смертью»[9].

Контрнаступление Красной армии под Москвой заставило нацистов несколько поумерить свои грабительские аппетиты, но весной 1942 г., с перехватом стратегической инициативы перед ними, казалось, открылись новые горизонты. В Берлине взялись за совершенствование генерального плана «Ост». Референт по расовым вопросам Восточного министерства доктор Э. Ветцель подверг критике вариант плана, подготовленный К. Мейером в июле 1941 г. Свои соображения он изложил в документе под названием «Замечания и предложения Восточного министерства по генеральному плану «Ост» рейхсфюрера войск СС».

Поддерживая идею колонизации Центральной и Восточной Европы, Ветцель вместе с тем критиковал план Мейера за то, что в нем была существенно уменьшена численность жителей захваченных Германией земель Польши, Чехии, Прибалтики и Западной Украины. Таковых, по его мнению, насчитывалось 60–65 млн. человек, а число тех, кого надлежало депортировать в Сибирь или уничтожить, составляло не 31, а 46–51 млн. Недостаток плана Мейера Ветцель усматривал и в том, что не были предложены практические меры депортации постоянно проживавших на этих землях и заселения территории немцами. Именно в этом документе Ветцель сделал вывод, что «без полного уничтожения» или ослабления самыми разными способами биологической силы русского народа установить немецкое господство не удастся.

По приказу Гиммлера Мейер продолжил работу над программой расширения германского «жизненного пространства» на Востоке (в основном за счет российской территории) и в июне 1942 г. подготовил меморандум «Генеральный план «Ост»: правовые, экономические и территориальные основы обустройства на Востоке». В этом документе речь шла уже не столько о депортации местного населения с захваченных восточных территорий, сколько о заселении их представителями германской расы. После разгрома СССР намечалось «в течение кратчайшего срока» создать и заселить три имперских округа: Ингерманландия (Ленинградская, Псковская и Новгородская области), Готенгау (Крым и Херсонская область) и Мемель – Нарев (Белостокская область и Западная Литва). Для обеспечения связи Германии с Ингерманландией и Готенгау предполагалось построить две автострады, каждая протяженностью до 2 тыс. км. Одна доходила бы до Ленинграда, другая – до Крымского полуострова. Чтобы обезопасить автострады, вдоль них планировалось создать 36 военизированных немецких поселений: 14 в Польше, 14 в Прибалтике и 8 на Украине.

Еще один, доработанный уже с учетом пожеланий Гиммлера вариант «Генерального плана поселений» был представлен рейхсфюреру в конце декабря 1942 г. По нему территория немецких поселений на Востоке должна была превысить всю территорию рейха в 1938 г.[10]. Главными направлениями колонизации были названы северное (Восточная Пруссия – Прибалтика) и южное (Краков – Львов – Причерноморье).

В период разработки «Генерального плана «Ост»» в 1941–1942 гг. расселение немецких колонистов на территории советской Прибалтики и Украины, хотя и в ограниченных масштабах, но проводилось. Предел всем работам, связанным с планированием послевоенного «нового порядка», был положен победой Красной армии под Сталинградом. Можно лишь представить, что ждало бы народы СССР, в том числе население Украины, в случае, если бы события на советско-германском фронте развивались в ином ключе. Ибо политика геноцида, проводившаяся фашистскими оккупантами даже в сравнительно ограниченные сроки (1941–1944 гг.), привела к гибели 4,5 млн. лиц гражданского населения советской Украины[11].



[1] Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск 1939–1942 гг. М., 1968–1971. Т. 2. С. 81.

[2] Мировые войны ХХ века. Кн. 3. Вторая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 397.

[3] Там же.

[4] Цит. по: Вторая мировая война. Дискуссии. Основные тенденции. Результаты исследований. М., 1996. С. 505–506.

[5] Там же. С. 506.

[6] Немецко-фашистский оккупационный режим (1941–1944 гг.). М., 1965. С. 40.

[7] Цит. по: Мировые войны ХХ века. Кн. 3. С. 395.

[8] Новая и новейшая история, 2002, № 6. С. 33.

[9] Цит. по: Мировые войны ХХ века. Кн. 4. Вторая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 133.

[10] Вторая мировая война. Дискуссии. Основные тенденции. Результаты исследований. С. 674.

[11] Немецко-фашистский оккупационный режим (1941–1944 гг.). С. 49.

Одна Родина




Комментирование закрыто.