Следует ли нам отказаться от иконы Бандеры?

Владислав Сердюк, для "Хвилі"

Степан Бандера2

Отношения Польши и Украины находятся просто на великолепном уровне, если мы говорим об экономике и базовых, рабочих межличностных контактах. Но, как только речь между Украиной и Польшей заходит о истории, то мы тут же забываем о позитивных моментах и переходим на язык антагонизмов, непонимания, а главное – нежелания примирится.

Намерения в речах политиков, естественно, свидетельствуют об обратном, они постоянно заявляют о желании найти общий знаменатель в данном вопросе, но на деле их слова не находят подтверждения.

Особую и важную роль в существующем конфликте играют СМИ.

Пример, новость о том, что польский беспартийный депутат Роберт Винницки провел акцию под украинским посольством, где потоптался по красно-черному флагу, а также сжег портреты Шухевича и Бандеры. СМИ в принципе очень неразборчивы в таких вопросах, их не сильно интересует политические взгляды Винницкого, который в открытую прикрывает польских неонацистов. Зато их явно «заводят» подобного рода новости, потому что они провоцируют читателя на реакцию.

Естественно, не осветить данное событие нельзя, но это ни в коем случае не является показателем для польской политики, как после случившегося начали твердить некоторые эксперты.

Вспомнить хотя бы о том, как украинские националисты провели акцию во Львове, где напрямую обратились к «польским панам». Почему наше правительство не осудило данное событие, как разжигание национальной розни? Ведь националисты не по случайному стечению обстоятельств выбрали именно Львов, как город, к которому поляки питают ностальгические чувства. Их задачей была именно провокация, поданная под соусом защиты собственных интересов. Ведь пока Украина существует, как государство, Львову не «грозит» оказаться в границах Польши.

Тут следует упомянуть достаточно интересное интервью с Бартошом Цихоцким заместителем главы польского МИД, в котором он прямо заявляет, что правительство РП не собирается вмешиваться в украинскую историческую политику. При этом, Цихоцкий приводит пример негативного влияния героизации украинцев, которых в Польше считают преступниками:

Як приклад дипломат навів історію польської медсестри, яка розірвала документ українки, побачивши, що вона прописана на вулиці Бандери.

«Це прикрий випадок, проте я хотів би вступитися – ми не знаємо про родинну історію цієї людини, можливо, її родичі були вбиті послідовниками Бандери. Звичайно, що і українська дівчина ні в чому не винна – мало хто на який вулиці прописаний? Але це показує, що героїзація Україною людей, яких ми вважаємо злочинцями, продовжує отруювати наші відносини».

Действительно этот пример интересен тем, как совмещение существовавших в Польше исторических взглядов с нынешней украинской исторической политикой приводит к единичным, но неприятным последствиям для конкретных людей.

Естественно, Бартош Цихоцкий не упоминает о том, что нынешнее правительство Польши лишь подогревает историческую «боль» у своих граждан, но и мы не должны забывать, что нелюбовь поляков к Бандере не является заслугой «ПиС», виной тому действия подчиненных самого Степана Андреевича.

Во время сессии Верховного Совета Украины, когда решалась судьба Надежды Савченко, депутат Олег Ляшко сказал следующую вещь: «Украинцы никогда не были террористами». И тут же ему великолепно возразил Сергей Дацюк, который моментально перечеркивает всю украинскую историческую политику одним предложением. Ведь украинский герой Степан Андреевич Бандера использовал в своей борьбе «террор», точно также, как и Шухевич. Для примера взять хотя бы историю Тадеуша Голувко, который был убит по инициативе Романа Шухевича, Зенона Коссака и Ивана Габрусевича. Это было признано индивидуальным террористическим актом.

Волынская трагедия, которая в Украине вызывает саркастичную реакцию, связанный с активностью пророссийских политиков вроде Олега Царева, для поляков является совсем уж черным моментом в истории. На момент 14 июля 2013 г. известны по фамилиям 22 113 погибших от рук УПА, неопознанных – ок. 16 490. Общее количество задокументированных убитых – ок. 38 600 человек.

Украинский Институт Народной Памяти в данном случае не имеет похожих данных для оперирования во время исторических дискуссий, что является его главной слабостью и о чем прекрасно осведомлены поляки. Потому, как верно подчеркнул философ Мирослав Маринович в своем интервью:

Сьогодні Україна у дискусіях із Польщею про історичне минуле програє. Досить часто українській стороні бракує фактів і аргументів, говорячи про якісь минулі події, переважають емоції.

Мы идем по тропе «отказов», не признавая задокументированных преступлений наших героев, что и является нашей главной ошибкой. При этом, украинский МИД продолжает твердить о необходимости продолжения дискуссии по типу «оставим историю историкам». В тот же момент в годах 1997-2000 было проведено 7 конференций на тему совместной польско-украинской истории. По вопросу Волынской трагедии соглашение не было достигнуто, вместо этого участники подписали протокол разногласий. Соответственно, нерешенная тема Волыни тянется «красной нитью» практически весь период украинской независимости.

Украинская историческая политика также вполне понятна. Последний Майдан (как раз после которого украинский народ обрел еле ощутимое понимание своей истории) нуждался в героях. Образ Бандеры и бойцов УПА вполне подходил для борьбы с властью Януковича, а сегодня он же подходит для ведения войны с Россией. Но негативная сторона этого образа не осознавалась множеством граждан. Об этом свидетельствуют исследования Украинского Института Будущего, которые отлично демонстрируют, что лишь 13,1% украинцев были хорошо осведомлены о событиях на Волыни в 1943 г.

В тот же момент множество украинских политиков и граждан после действия польского руководства задаются вопросом, должны ли мы из-за исторической истерики отказываться от своих героев? Зачастую ответа на данный вопрос никто не ждет, что также является ошибкой, поскольку нам не мешало бы понять, чего мы на самом деле ожидаем от актуальной исторической политики. Готовы ли мы дать нашему прошлому испортить наши нынешнее, и с большой долей вероятности будущие отношения с соседом (если «ПиС» выиграет следующие выборы)? В каком фактическом положении мы находимся, чтобы акцентировать внимание на исторических аспектах двухсторонних отношений?

Если Украина и ее граждане готовы стоять горой за своими историческими героями, то в таком случае, следует приготовиться и к негативным последствиям сделанного выбора. В данном случае, наша историческая позиция ошибочна (в том числе с учетом нашего сегодняшнего положения) и антагонистична с польской, потому ожидать снижения напряжения без уступок одной из стороны бессмысленно, а самое главное – фатально. Потому что мы не можем оставить этот факт без внимания и просто «пережидать» очередные нападки со стороны польского руководства. Нам просто необходимо, либо найти адекватные подтверждения нашей истории, либо заняться ее пересмотром с учетом нынешних потребностей и окружающих условий.

Вам понравился текст? Вы можете отблагодарить автора на карточку Приватбанка 4149 4391 0519 0437. Сердюк В.В.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, страницу «Хвилі» в Facebook.

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.