«Южный фронт» России и начало краха постсоветского пространства

Александр Сытин, для "Хвилі"

Центральная Азия

Всем очевидно, что на постсовентском протстранстве сложилась совокупность бессменных диктаторских в той или иной степени антидемократических антинародных режимов, опирающихся на коррумпированную чиновничью и силовую верхушку и рассматривающих свою власть как неотъемлемую прерогативу, а подвластные им страны как собственность и коммерческий корпоративный проект, главное назначение которого извлечение ими властной ренты.

Россия, опираясь на свое эксклюзивное в регионе владение ядерным оружием, неизменно претендует на роль гаранта стабильности этого пространства, легитимности и несменяемости этих режимов. Устойчивость системы была нарушена Украиной, совершившей поворот на Запад и путем народного выступления, а затем и вооруженного сопротивления российской агрессии, опрокинувшей эту систему несменяемости и постсоветской «стабильности» диктаторской элиты. Конструкция, поддерживаемая Кремлем, затрещала и стала давать трещины. Два «тяжеловеса» постсоветского пространства – А.Лукашенко и Н.Назарбаев отказали В.Путину в однозначной поддержке его агрессии против Украины и сирийской авантюры, продемонстрировав готовность к интеграционной диверсификации. Москве стало ясно, что самим фактом владения ядерным оружием сохранить контроль над постсоветским пространством ей не удастся. Политическая ситуация и сама жизнь в России настолько непривлекательна, а экономическое падение настолько неизбежно и очевидно, что возможность представить какой-либо позитивный проект под своим руководством и даже со своим участием снизилось до значений, близких к нулю.

Мало того, В.Путин и его окружение не могут не понимать, что смена «несменяемых» диктаторских режимов, связанных советскими еще коммунистическими традициями неизбежна в силу чисто естественных причин. Да, России удалось привести к руководству Грузией своего ставленника, осуществить операцию «преемник» в Азербайджане, в последний момент, запугав военной угрозой со стороны того же Азербайджана и отчасти Турции, втянуть Армению в евразийский интергационный проект, но и в Тбилиси, и в Баку, и в Ереване ситуация не столь однозначна, как хотелось бы Москве. Потребовалась общая внешняя опасность, и тут очень кстати пришлась война населения Сирии против своего диктатора, произошли террористические акты в Париже, появилась возможность примерить на себя имперскую тогу борца с мировым терроризмом. Но вмешавшись в сирийскую гражданскую войну, в очередной раз поддержав несменяемый диктаторский коррумпированный и по сути оккупационный для своей же страны режим Б.Асада, пусть чуть менее постсоветский, чем бывшие республики СССР, но напичканный советским оружием и обученными в СССР и РФ специалистами, Москва в очередной раз наступает на афганские грабли. Как дестабилизация в Афганистане, так и попытка стабилизации в Сирии высвобождает и активизирует такие силы, управлять и договариваться с которыми не представляется возможным.

И вот теперь перед Кремлем отчетливо замаячила перспектива получения удара в «мягкое подбрюшье». В Афганистане после ухода оттуда США усиливаются позиции движения Талибан, а операция в Сирии, проводимая по старым законам фронтовой войны , совершенно не учитывает колоссального идеологически-мотивационного фактора, который присутствует у ИГИЛ. Как бы ни относиться к радикальному исламу, совершенно очевидно, что он несет в себе, помимо религиозной, огромную социальную составляющую. Автору этих строк, много занимавшемуся европейской историей раннего Нового времени, приходят на память религиозно-реформационные конфликты XVI-XVII вв., захватившие более полутора столетий. Исторические параллели всегда хромают, но иметь некоторе представление о природе и социальных составляющих подобного рода конфликтов не помешает. Так вот, главный вывод из этой исторической параллели состоит в следующем: бесполезно и крайне опасно бороться с социально-идеологическим религиозным движением силой оружия и ковровыми бомбардировками в надежде физически уничтожить всех носителей неугодной идеологии или движения. Это всегда ведет к обострению и расширению конфликта, а в конечном счете к поражению инициаторов этих бомбардировок и неизбежному падению диктаторских режимов.

Теперь вернемся на грешную землю кремлевской Realpolitik. Если не получается связать постсоветские режимы «внутренним» страхом перед Москвой – поражение в борьбе с Украиной, крах авантюры «Новороссия», неспособность серьезно ответить Турции, сбившей российские военный самолет, достаточно отчетливо показали, что на самом деле Россия «ничего не может» — значит надо сковать это единство внешним страхом перед угрозой радикального ислама в лице Талибана и ИГИЛ.

Перед лицом этих угроз Кремль предпринимает попытку сплотить «родственные» режимы Азербайджана, Армении, Беларуси, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана в более плотном военном и информационном сотрудничестве, призывая их к кооперции в рамках созданного Россией, Ираном, Ираком и Сирией информационного центра в Багдаде. Сплочение также должно идти по линии повышения эффективности Антитеррористического центра СНГ. Наибольший отклик российские инициативы нашли у глав Узбекистана и Таджикистана – И.Каримова и И.Рахмона. Они по-видимому лучше других понимают отношение к ним подавленного нищего народа, в отсутсвии политической и общественной жизни в наибольшей степени склонного к восприятию идей радикального ислама.

Соответственно, в наименьшей степени в фарватере путинской политики готовы следовать лидеры Беларуси и Казахстана, в настоящее время активно занимающиеся диверсификацией своей как экономической, так и международной политики. Можно согласиться с А.Гольцем по поводу того, что А.Лукашенко прекрасно понимает, что своей антизападной антинатовской политикой Кремль может втянуть его в очень опасную игру. По-видимому, лидер Беларуси совершенно не склонен ради интеграции с деградирующей экономикой РФ предоставлять свою территорию в качестве плацдарма для ее военных авантюр, направленных на шантаж восточноевропейских стран-членов НАТО в ответ на усиление контингентов Альянса в Балтии. Неуступчивость Беларуси в вопросе о размещении авиационной базы в Барановичах подтверждает общий тезис о слабости Кремля. Лишним подтверждением этой слабости стала совершенно бессильная злоба и пустые угрозы Москвы в адрес Турции, а ведь еще совсем недавно прокремлевские эксперты-«востоковеды» (М.Шевченко в интервью «Эху Москвы») говорили о нерушимости русско-турецкого союза, готовности Анкары поддерживать инициативы Москвы в обход НАТО и о том, что совместные усилия двух стран позволят быстро и эффективно справиться с террористической угрозой. Позволю высказать предположение, что русско-иранский союз, на который так сейчас уповают российские дипломаты и эксперты стоит ненамного больше русско-турецкого.

Теперь представим себе, что в результате действий Талибана или поражения Б.Асада и русских в Сирии радикальный исламизм проникнет на территории бывших советских среднеазиатских республик, и на смену арабской весне придет центральноазиатская. Думаю, очевидно, что они не устоят перед этим напором, а готовность и способность Казахстана выступить в этом случае в роли щита России выглядит сомнительно, к тому же напрямую связана с жизнью и здоровьем его главы. К тому же сирийская авантюра, затронувшая каспийский регион, не может не беспокоить Астану, Баку, да и Ашхабад. Надо думать и в Тегеране при всей его готовности поддерживать Б.Асада, не могут не видеть и не просчитывать всех рисков этой игры. И если нынешние режимы, за исключением может быть турменского, многое свзывает с Москвой, то у их преемников таких связей уже не будет. В.Путин вынужден торопиться, а как говаривала еще Екатерина II, “быстро только кошки родятся!”

Итак, подводим итоги не только статьи, но и внешнеполитического года: поражение России в конфликте с Украиной, обреченная на поражение сама по себе и тем более в условиях конфликта с Турцией сирийская авантюра, начало информационной подготовки к конфликту с Саудовской Аравией и Катаром, усиление позиций НАТО у западных российских рубежей, неустойчивая «многовекторная» политики Беларуси, Казахстана и Азербайджана, за которой трудно не разглядеть тенденцию к дезинтеграции постсоветского пространства и ослабление, а то и полную утрату позиций статуса регионального лидера Москвой. Об экономической составляющей вообще можно не говорить. Наконец, в более отдаленной перспективе крах диктаторских режимов в постсоветских государствах в непредсказуеых пока формах и с непредсказуемыми последствиями.

Хорошая многоходовочка получилась! Ваш следующий ход, кремлевские господа!?




Комментирование закрыто.