Украина открывает новый фронт против России

Александр Демченко, для "Хвилі"

международный суд оон

Украина решила перейти от защиты к нападению, начав активную кампанию против России на международной судебной арене. После кропотливого сбора фактов и доказательств российской агрессии, наша страна подала официальный иск в Международный Суд ООН. Тем не менее спор не касается вопросов агрессии, оккупации, аннексии. Украинская сторона направила жалобы о несоблюдении Российской Федерацией двух конвенций: о финансировании терроризма и о расовой дискриминации. На самом деле это очень важный шаг, ведь это нам позволит предоставить дополнительные инструменты мировому сообществу ужесточить санкции против РФ.

Ныне в Международном Суде ООН рассматривается вопрос о введении против России временных мер, которые свяжут Российскую Федерацию по рукам и ногам, обязав её остановить агрессивные действия на Донбассе и в Крыму на период рассмотрения тяжбы. Россия, конечно, может отказаться от выполнения подобного решения, однако при этом рискует усугубить свои и так натянутые отношения с ЕС и США, которые в свою очередь не преминут нанести против РФ новый превентивный удар.

Юридическая стратагема

16 января 2017 года Украина подала иск в Международный Суд ООН (МС) против России, обвинив эту страну в нарушении двух конвенций — о борьбе с финансированием терроризма и о ликвидации всех форм расовой дискриминации. Ныне эта жалоба является основной и в дальнейшем, при позитивном для нас решении, поможет заставить страну-агрессора отвечать за содеянные преступления в Крыму и на Донбассе.

Почему правозащитники, представляющие Украину, избрали именно такую стратегию: обвинять Россию в нарушении этих двух конвенций? Чтобы понять ответ на этот вопрос следует обратиться к определению того, что, собственно, входит в компетенцию Международного Суда ООН.

Для лучшего понимания следует пояснить определённые юридические нюансы. Дело в том, что в компетенцию МС ООН входит лишь рассмотрение споров между государствами, относящихся к нарушению международных договоров, подписанных (и это очень важно) обоими участниками процесса. Другими словами, эта судебная инстанция не может привлечь преступников, в данном случае руководство Российской Федерации, к уголовной ответственности, даже выписать ордер на задержание МС ООН не может.

Подобным занимается Международный уголовный суд (МУС), который, к слову, также находится в Гааге. Однако обратиться в этот суд с жалобой — признать российское руководство в убийствах ни в чём неповинных украинских граждан – ныне невозможно, так как Россия с недавних пор вышла из-под юрисдикции МУС. При этом существует ещё один нюанс: нежелание украинской стороны полностью ратифицировать подобное соглашение, но это не тема заявленной беседы.

Кстати, довольно примечательно, что Российская Федерация решила выйти из состава МУС после публикации ежегодного отчёта главного прокурора этой судебной инстанции Фату Бенсуды. В документе говорится об оккупации РФ Крымского полуострова, притеснении крымских татар. Кроме того, в отчёте утверждается, что ведение боевых действий на Донбассе «указывают на прямое военное противостояние между российскими вооружёнными силами и армией Украины, что свидетельствует о существовании международного вооружённого конфликта».

Представьте на минуту, какой бы был окончательный вердикт в отношении российского руководство, если бы дело попало в Международный уголовный суд, и сторону обвинения представляла бы судья Бенсуда. Однако мы отдалились от темы нашего разговора.

Готовя иск против России, украинские юристы чётко осознавали, что единственный существующий путь – найти международные договоры, которые были подписаны двумя странами, не выполняются РФ, и которые можно привязать к террористическим атакам, организованных российскими силами на территории Донбасса.

Да, сразу следует уточнить, что мы не могли пойти простым путём: просить Суд признать Россию агрессором. Не могли, потому что Россия отказалась от полного подчинения юрисдикции МС ООН, не подписав соответствующей декларации. Так, заместитель министра иностранных дел Украины Елена Зеркаль заявила, что украинская сторона обращалась к России с предложением признать юрисдикцию международного суда и рассмотреть вопрос по Крыму в рамках МС ООН, но не получила никакого ответа на своё обращение. «Требуется согласие России на рассмотрение этого вопроса в международном суде ООН, он не может рассматривать вопрос, если нет согласия другой стороны», — уточнила замминистра.

Таким образом, у Украины не было иного выбора, кроме как искать международные конвенции, которые нарушила РФ. И они были не только найдены, но по ним были также представлены весомые доказательства.

Украина требует временных мер

На сегодняшний день основной иск, как ранее было сказано, был принят к рассмотрению МС ООН, однако сам суд не начинал рассмотрения дела по существу.

Действительно, с 6 по 9 марта в Международном Суде ООН (Гаага) прошли слушания по иску Украины в отношении России, однако не по главному иску, а относительно введения против страны-оккупанта временных мер воздействия.

Услышав этот термин в первый раз, довольно непросто понять, о чём собственно идёт речь и для чего нужны эти самые меры. Однако всё куда проще, чем кажется.

Истец (Украина) просит суд на время прений сделать всё от него зависящее для удержания России «от любых действий, которые могут ухудшить состояние рассмотрения или продлить сроки рассмотрения спора в рамках Конвенции о борьбе с финансированием терроризма, или затруднить вынесение решения в рамках данного спора». Идентичное требование касается и Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации.

Кроме того, украинская сторона требует от России осуществлять контроль на границе для дальнейшего предотвращения поставок вооружения боевикам, прекратить все денежные переводы террористам со своей территории. Также речь идёт о пресечении дискриминации украинской и крымскотатарской общин в Крыму, приостановке действия указа о запрете Меджлиса и пр.

То есть (если говорить об обвинении в финансировании терроризма), перед тем, как отправлять очередной гуманитарный конвой на оккупированные земли, в Кремле должны будут задумать о последствиях. В этот раз украинская сторона не просто будет фиксировать нарушения, связанные с незаконным пересечением границы, а записывать информацию о каждом подобном «конвое» и передавать её в суд для дальнейшего рассмотрения.

И в этот раз заявления о грузах гуманитарного характера никого не удовлетворят, так как без подтверждения со стороны украинских пограничников, представителей Красного Креста, наблюдателей ОБСЕ попытка провести подобный конвой через украинскую границу будет равна выделению финансовых средств на поддержания бандформирований на востоке нашей страны.

А любой боевой снаряд с российскими идентификационными номерами или оружие, оставленное военнослужащим РФ на поле боя, будет являться прямым (не косвенным) доказательством помощи (в том числе и финансового характера) террористам со стороны Российской Федерации.

Даже если российское руководство будет отвергать подобные обвинения и не воспринимать должно доказательную базу, вне решения Международного Суда ООН или Совета Безопасности, где у России есть право вето, иностранные партнёры – США и страны ЕС – смогут ужесточить санкции по отношению к России.

Точно так же дело обстоит и с конвенцией о ликвидации форм расовой дискриминации.

Очевидно, что здесь Россия вообще не может отрицать своих злодеяний в отношении крымских татар и украинской общины в Крыму: ведь действительно закрываются оппозиционные каналы на территории полуострова, преследуются крымскотатарские активисты, российские суды незаконно арестовуют несогласных граждан Украины на территории полуострова. И это подтверждают не украинские факты, а наличие обвинительных актов, которые оглашали прокуроры РФ.

И если Международный Суд ООН примет позитивное для нас решение, применив временных меры по конвенции о ликвидации форм расовой дискриминации, каждое уголовное дело, открытое против крымского татарина или украинца российской прокуратурой, будет считаться нарушением постановления суда.

В конечном итоге, при рассмотрении основного иска, Украине будет намного легче доказать, что Россия нарушает обозначенные истцом (Украиной) конвенции. За нас всю работу сделает Россия.

Российская истерика

Представители Российской Федерации в МС ООН пытались доказать, что рассмотрение данного производства не подпадает под юрисдикцию Международного Суда ООН. Впрочем, они допустили ошибку, пытаясь преподнести судьям не факты, а кремлёвские методички, пропахшие скрепами.

Так, представители России в Суде не преминули сказать о борьбе «народа Донбасса с хунтой», о законности проведения референдума в Крыму в 2014 году, о том, что правоохранительные органы РФ с особой тщательностью разыскивают всех пропавших без вести граждан всех национальностей и т.д.

Говорили защитники интересов Кремля и о невозможности называть так называемый народ Донбасса террористами: ведь в мире только Украина признает их таковыми и больше никто другой.

Однако самое главное, на что обращает внимание российская сторона – нарушение Украиной процедуры, мол, суд вообще не должен браться за рассмотрение этого дела, так как Киев не пытался мирно договориться с Москвой, не исчерпав, таким образом, все пути решения конфликта.

Так, например, Матиас Форто, один из адвокатов, представляющих РФ, заявил, что «Украина никогда не просила Россию отменить запрет Меджлиса». По его словам, это свидетельствует о нежелании «решить спор дипломатическим путем». Во время своего выступления в суде Форто настаивал, что запрет Меджлиса была вызван исключительно мотивами борьбы с экстремизмом в Крыму.

На самом деле российские представители в очередной раз солгали; ведь в апреле 2016 года МИД Украины в своём заявлении требовал от России отменить запрет деятельности Меджлиса. «Украина требует от государства-оккупанта немедленной отмены этого ничтожного по своей сути и юридической природе решения и полного прекращения притеснений крымскотатарского сообщества в Крыму», — указывалось в заявлении.

В октябре было принято также соответствующее обращение Верховной Радой.

Российские представители – неглупые люди, они прекрасно понимают, что для них это дело заведомо проигрышное, а очернять свою карьеру неудачным судебным разбирательством не один адвокат не захочет.

Именно поэтому представитель российской делегации Роман Колодкин пытается отойти от участия в рассмотрении этого иска – он уже выставил свою кандидатуру на должность судьи в Международном трибунале по морскому праву, выборы в котором состоятся в июне.

И даже судья самого МС ООН, представитель РФ Кирилл Геворкян, взял самоотвод при участии в слушаниях (сейчас его место временно занимает гражданин РФ Леонид Скотников).

Ныне Россия пытается осуществлять давление на Суд, ведь как ещё можно назвать подобное высказывание российского представителя: «Если Международный суд признает РФ виновной, то, что тогда делать с другими странами, которые, например, ведут боевые действия в Сирии?».

Иными словами Кремль передаёт чёткий сигнал: если суд будет проигран, сирийская марионеточная власть засыплет МС ООН подобными исками, руководствуясь при этом украинским прецедентом.

Министр иностранных дел Украины Павел Климкин заявил, что Россия боится поражения, именно поэтому и пытается давить на Суд всеми возможными методами. В то же время он считает, что украинская сторона, выиграв этот процесс, сможет хотя бы частично вернуть уважение к международному праву. Глава украинского внешнеполитического ведомства при этом мыслит довольно рационально, говоря, что «суд, конечно, полностью не пойдет нам навстречу по каждому пункту. Но сам факт и его результаты будут иметь фундаментальное значение. И то, что россияне сейчас пытаются сделать, то, какие силы привлекают, говорит о том, что они тоже понимают, какое влияние окажет их поражение в суде».

***

Что ж, многие отечественные и зарубежные специалисты международного права уверены, если Украине удастся добиться применения временных мер в отношении к России, это будет означать большую победу в битве, пока не в войне, на юридическом фронте. Выиграв этот иск, нашим представителям в последующем будет легче доказать нарушение Российской Федерацией заявленных международных конвенций. А это, в свою очередь, повлечёт за собой ужесточение санкций против России со стороны США и ЕС.

И заместитель министра иностранных дел Украины Елена Зеркаль абсолютно права, когда говорит, что «решение суда поставит РФ перед дилеммой: либо прекратить свое противоправное поведение, либо окончательно превратиться в государство-парию, с которым никто не будет иметь дела».




Комментирование закрыто.