Третья индустриальная революция уже в Казахстане

Василий Боков, для "Хвилі"

Что такое «Третья глобальная индустриальная революция» и как это связано с евразийской интеграцией? Стоит ли другим членам Таможенного союза и Украине тоже вооружиться этим знанием?

«Евразийская интеграция — это наше стратегическое преимущество перед вызовом третьей глобальной индустриальной революции. Мы намерены совершить совместный рывок к новым технологиям и укладам», — сказал недавно Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, общаясь с главами дипломатических миссий в Астане.

«Третья индустриальная революция» (ТИР), которую имеет ввиду Назарбаев, это концепт развития человечества, автором которого является  американский ученый, экономист и эколог Джереми Рифкин. Очень кратко эта философия такова: технический прогресс привел человечество к пределу развития. Среди главных вызовов, которые бросает человечеству ТИР — безработица (труд людей заменяют роботы), проблемы экологии (воздух, вода, пища), истощение невозобновляемых источников энергии. Это – основные вызовы ТИР, на которые человечество должно ответить, и свои варианты ответов Рифкин также дает в концепции ТИР. Это переход на возобновляемые источники энергии. Это превращение существующих и новых зданий в минизаводы по производству энергии (за счет оборудования солнечными батареями, ветряками). Это развитие технологий «домашнего» сбережения энергии (прежде всего — водородных). Это объединение сети электроэнергии и передачи данных — электроинтернет. Это перевод транспорта на электротягу. Строительство этой инфраструктуры нового уклада – ответ на вызов безработицы. Другой ответ на тот же вызов – развитие т.н. «третьего сектора» – условно бесплатной работы для людей. Еще один важный элемент концепции – переход к от промышленного к локальному и даже домашнем» производству большинства товаров благодаря развитию технологии 3D-принтеров.

Европа отнеслась к идеям Д.Рифкина более чем серьезно. Его принципы ответов вызовам «ТИР» еще в 2007 году оформлены в Декларацию Европарламента и приняты к исполнению (!). До 2020 года ЕС обязуется на 20% сократить энергопотребление, треть электроэнергии добывать из возобновляемых источников энергии и так далее. Буквально за последние несколько лет популярные мировые автомобильные журналы стали до трети контента посвящать автомобилям на электротяге, водороде и с гибридными силовыми установками. Многие составные части концепции Рифкина стали неотъемлемой частью американского и панъевропейского модернизационного дискурса, она стала видением, которое западные элиты как родное.

Кстати, в этом свете совершенно непонятно, почему, например, украинские евроатлантисты до сих пор не взяли ТИР на вооружение.

Вообще на всем постсоветском пространстве ТИР обсуждают мало, а Рифкина переводят на русский язык с большими опозданиями и далеко не всё. Возможно, дело в том, что российские энергетические гиганты закономерно считают его своим врагом, и, думаю, вполне осознанно препятствуют развитию подобных, «антиуглеводородных» идей. Возможно, в российском «министерстве добрых дел» Д.Рифкина и его проактивный шоу-научный проект ТИР считают проектом Госдепа США, причем злонамеренным по отношению к России.

Назарбаева, впрочем, «не уберегли». И вот, глава государства, 3/4 экспорта которого это «топливно-энергетические товары», говорит: «Евразийская интеграция — это наше стратегическое преимущество перед вызовом третьей глобальной индустриальной революции».

Эта фраза рождает массу вопросов. Чьим преимуществом и перед кем? В чем состоит это преимущество и как его реализовать? Что сам Назарбаев понимает под ТИР, какие принимает меры в ответ на ее вызовы?

Чрезвычайно интересным для анализа в этом контексте является текст «Послания Президента Республики Казахстан — Лидера нации Нурсултана Назарбаева народу Казахстана «Стратегия «Казахстан-2050»: новый политический курс состоявшегося государства». Эта объемная речь, произнесенная совсем недавно, в декабре 2012 года, описывает стратегические ориентиры и векторы развития Казахстана на долгосрочную перспективу и помогает понять, как мыслит свою страну «Лидер нации».

Послание в значительной части строится на необходимости подготовки страны к Третьей индустриальной революции. То есть именно концепт ТИР используется как главный мобилизующий мотив. Речь, при этом, идет о смене технологического уклада: «Человечество находится на пороге Третьей индустриальной революции, которая меняет само понятие производства. Технологические открытия кардинально меняют структуру и потребности мировых рынков. Мы живем уже в совершенно иной технологической реальности, нежели ранее», – говорит Назарбаев.

У текста есть несколько очень интересных особенностей.

Во-первых, это довольно длинный горизонт планирования (2050), постановка долгосрочных целей по всему спектру государственного функционала. В Украине говорить о будущем дальше 1 года вообще не принято, это считается дурным тоном (если не считать единичных форсайтов типа ВикиСитиНомики). Но даже и в России, например, такой длинный горизонт планирования существует лишь в отдельных отраслях типа атомной энергетики. Русские мэтры футурологии (такие, например, как Сергей Переслегин) предпочитают работать с периодом 20-25 лет, особенно, если речь не идет о какой-то узкой специализированной сфере. А большинство прогностических и форсайтных исследований, государственных и корпоративных российских стратегий в качестве самого амбициозного горизонта ставят 2030 год.

Во-вторых, очень «геополитичное» видение мира. Такое видение свойственно только американской школе. Даже в известных семи статьях Путина этот градус меньше. При этом в тексте Назарбаева сделан акцент на национальной (казахстанской, совершенно отдельной от ЕврАзЭС) идентичности, которая и должна превратиться в мощный и самостоятельный геополитический субъект середины нынешнего столетия.

В-третьих, заявлена как приоритетная политика ускоренной распродажи природных ресурсов: «Технологическая революция меняет структуру потребления сырья. К примеру, внедрение технологии композитов и новых видов бетона  обесценивает запасы железной руды и угля. Это еще один фактор, чтобы наращивать темпы добычи и поставки на мировые рынки природных ресурсов с тем, чтобы использовать нынешний высокий мировой спрос в интересах страны», – говорится в Послании.

Но самое, пожалуй, главное – это чужой язык (западные понятия типа рапаевского культурного кода), чужая, не вполне традиционная для Евразии, повестка (энергосбережение, переход на возобновляемые источники энергии, глобальная безопасность, экология и др.) и вообще – чужая парадигма. Парадигма, которая не могла быть рождена ни в голове отдельно взятого Н.Назарбаева, ни в Казахстане, ни в России последних 20-ти лет. Очевидно, что г-н Рифкин или кто-то из его агентов (если называть вещи своими именами) консультирует Назарбаева, и в качестве бонуса к контракту имеет монополию на дискурс о казахстанском будущем. Это же может легко случиться и с любым другим президентом любой постсоветской страны. Хорошо это или плохо?

Чужая парадигма – особенно в условиях отсутствия какой-либо своей – это совсем не обязательно плохо. Казахстану концепция ТИР, например, позволяет мобилизовывать нацию и проводить ускоренную реиндустриализацию, а также системные реформы.

Просто важно помнить о том, что это все таки чужая парадигма, и ты в ней – как бы это ни маскировалось – объект, а не субъект. Ведь главный секрет будущего состоит в том, что оно рукотворно. Какое будущее ты к себе будешь придвигать, такое и наступит. И если с индивидуального уровня переложить этот вывод на человечество вообще, то становится понятно, почему у концепции ТИР такой агрессивный маркетинг. Ведь чем больше людей и стран реализуют твой прогноз, тем вероятнее он сбудется. Именно это делает возможным превращение будущего в чей-то проект. ТИР не является чистой наукой, поскольку реализуется как проект. И этот проект не направлен прямо против Казахстана или России, но исходит, разумеется, из примата интересов США.

Назарбаеву приходится приходится пользоваться концепцией ТИР, потому что других таких – понятных и доступных для реализации, принятых референтными странами типа стран Старой Европы – конструктов просто нет. И поэтому для Казахстана это оправдано, ведь думать о будущем – своем, своей страны, своего народа – безусловно хорошо. Хорошо заботиться о будущих поколениях и стараться реализовать благоприятные для себя сценарии. Но вот хорошо ли так безропотно реализовывать только американские сценарии? Полагаю, школу будущего, альтернативную американской, миру полезно было бы иметь. Это разрушило бы складывающуюся сейчас монополию и учесть для будущего интересы других стран и народов. И если Франция, Япония, Финляндия и ряд других стран все же пытаются включиться в эту игру, развивая свои форсайтные школы, то на постсоветском пространстве (кроме Казахстана) будущим вообще никто не озабочен.




Комментирование закрыто.