Объединенная ПВО СНГ: зачем она Украине?

Дмитрий Тымчук, для Академии Безопасности Открытого Общества, Хвиля

 

 

С первого взгляда, ничего особенного не произошло. Мало ли, зачем организаторам из Объединенной ПВО СНГ понадобилось проводить подобное заседание на территории Украины (кстати, впервые за историю),– т.е. на территории страны, не входящей в эту Объединенную ПВО. Хотя, в то же время, трудно себе представить чтобы, например, Военный комитет НАТО провел свое чисто внутреннее заседание во внеблоковой Финляндии или Мальте (сравнение более чем уместное, если учесть, что Объединенная ПВО – реально единственный действующий военный проект в рамках СНГ, фактически переформатирующийся сейчас в военный проект ОДКБ). В то же время, генерал Зелин во время своего выступления на заседании назвал факт его проведения в украинской столице «историческим», и отметил, что Украина фактически интегрирована в Объединенную ПВО СНГ. Он, правда, не уточнил, что Украина в феврале 1995 года присоединилась к соглашению об Объединенной ПВО СНГ только в части военно-технического сотрудничества, осуществляя партнерские связи с Россией в этой сфере на двусторонней основе.

Интересно, что серьезную заинтересованность в сотрудничестве со странами СНГ (в первую очередь – с Россией) в сфере противовоздушной обороны высказывают украинские военные, указывая на важность такого партнерства для обороноспособности нашей державы. Объективность этого мнения подтверждается уже хотя бы тем фактом, что даже в периоды наибольшего охлаждения в украино-российских отношениях, в 2008-2009 гг, сотрудничество по этой линии продолжалось, и украинские «пэвэошники» проводили стрельбы на полигонах РФ. И это — единственная возможность для украинских военных проводить стрельбы с самых «взрослых» комплексов ПВО – С-200 и С-300, стрельбы из которых в Украине запрещены после трагического инцидента над Черным морем с российским Ту-154.

Стоит также вспомнить официальную историю СНГ. Сразу после распада СССР стало ясным, что развал вместе с Союзом и единой системы ПВО страны означает, что ни одна из постсоветских республик (основная часть из которых, как известно, условно объединилась в рамках созданного СНГ) не может быть полностью суверенной «без полноценного контроля воздушного пространства в своих национальных границах, который возможен только при наличии современной комплексной системы противовоздушной обороны, а также систем контроля за порядком использования воздушного пространства и управления воздушным движением». Аргументация этого постулата, по мнению, например, заместителя председателя Координационного комитета ПВО при Совете министров обороны государств – участников СНГ генерал-лейтенанта Сергея Разыграева, состоит в том, что ПВО, являясь сферой наукоемких и высокоточных технологий, оказались слишком дорогостоящими для самостоятельного поддержания требуемого уровня их боеспособности каждым из суверенных государств Содружества, ведь для этого требуются самостоятельное создание и непрерывное содержание, совершенствование систем вооружения, обеспечивающих зенитное ракетное и истребительное авиационное прикрытие объектов обороны и госграниц в воздушном пространстве, эффективные системы радиолокационной разведки необходимой глубины и информативности, а также системы управления воздушным движением.

Поэтому, исходя из необходимости объединения усилий по противовоздушной обороне и охране национальных границ в воздушном пространстве, 10 февраля 1995 года главы десяти государств СНГ – Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстана, Киргизии, России, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана и Украины — подписали Соглашение о создании Объединенной системы противовоздушной обороны государств – участников Содружества Независимых Государств. Создана она была для решения следующих задач:

— обеспечение охраны границ государств – участников Содружества в воздушном пространстве;

— совместный контроль за порядком использования воздушного пространства;

— оповещение друг друга о воздушно-космической обстановке, предупреждение о ракетном и воздушном нападении;

— ведение совместных действий войск ПВО по отражению воздушно-космического нападения.

Вскоре в рамках этой системы на основании двусторонних договоренностей между Министерствами обороны России, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Узбекистана было организовано совместное боевое дежурство по противовоздушной обороне по охране внешних границ государств – участников СНГ. И между всеми странами-участницами начался обмен данными о воздушной обстановке. Причем все эти годы, вплоть до сегодняшнего дня, Объединенная ПВО СНГ по сути остается первой и единственной реально существующей системой коллективной безопасности в рамках Содружества. Для обеспечения координации действий войск и сил, выделенных в ее состав, а также для согласования усилий по дальнейшему развитию этой системы, был образован Координационный комитет по вопросам противовоздушной обороны при Совете министров обороны государств – участников СНГ, заседание которого и прошло сейчас в Киеве. Главным же организатором и «движущей силой» Объединенной ПВО СНГ является Россия, потому не особенно удивительно, что председателем Координационного комитета решением Совета глав государств Содружества автоматически является главнокомандующий ВВС Российской Федерации, заместителем председателя – заместитель главнокомандующего ВВС Российской Федерации по ПВО (для сравнения, в НАТО военные структуры возглавляют по очереди представители разных стран-участниц).

Согласно данным Координационного комитета ПВО при Совете МО стран-участниц СНГ, всего с 1998 по 2010 гг были организованы и проведены восемь совместных учений с боевой стрельбой, в ходе которых отрабатывались вопросы приведения войск в высшие степени боевой готовности, организации перебазирования в новые позиционные районы, создания коалиционных группировок войск (сил), подготовки к боевым действиям, организации и ведения совместных боевых действий в регионах коллективной безопасности по отражению воздушного нападения противника, уничтожению террористических групп и бандформирований. Начиная с 1998 года в совместных учениях принимали участие более 60 соединений и воинских частей ВВС (ПВО, ВВС и ПВО, СВО) государств – участников СНГ, в том числе:

— от Республики Армения – зенитные ракетные части с ЗРК С-75э С-125, ОСА-АК, С-300П;

— от Республики Беларусь – зенитные ракетные части с ЗРК С-125, С-200В, БУК, ОСА-А1С С-300ПС, авиационные части на самолетах Су-27, МиГ-29, 2 радиотехнические части;

от Республики Казахстан – зенитные ракетные части с ЗРК С-75, С-125, С-200, С-300ПС, авиационные части на самолетах Су-27, МиГ-27, МиГ-29, МиГ-31;

— от Киргизии – зенитные ракетные части с ЗРК С-75, С-125;

— от Российской Федерации – зенитные ракетные части с ЗРК С-200В, С-300В, С-300ПС, С-300ПМ, авиационные соединения и части на самолетах Су-24, Су-24МР, Су-25, Су-27, Су-27УБМ, Су-30, МиГ-29, А-50э, радиотехнические части;

— от Республики Таджикистан – 1 зенитная ракетная часть с ЗРК С-125, «Печора-2М»;

— от Украины – 1 авиационная часть на самолетах Су-27, зенитные ракетные части с ЗРК С-200 и С-300 (стрельбы на полигоне Ашулук Астраханской области).

Напомним: в ходе нынешнего заседания в Киеве было решено провести в 2011 году совместные учения украинских Воздушных сил (ВВС и ПВО) с российскими военными. Учения будут проведены как на территории Украины, так и РФ.

В Исполкоме СНГ отмечают, что за годы существования Объединенной системы ПВО СНГ произошли серьезные изменения в системе противовоздушной обороны отдельных постсоветских республик по сравнению с тем, что осталось на их территории на момент распада СССР. При этом наиболее позитивно эти изменения произошли в Беларуси, Армении, Киргизии и Таджикистане. На 2010 год группировка Объединенной системы ПВО СНГ включала 7 бригад ПВО, 46 зенитных ракетных частей, имеющих на вооружении комплексы С-125, С-75, С-200 и С-300 различных модификаций. Кроме того, имеются 23 авиачасти, вооруженных истребителями МиГ-29, МиГ-31 и Су-27, а также 22 части радиотехнических войск и 2 подразделения радиоэлектронной борьбы.

Таким образом, для украинских военных сотрудничество в рамках СНГ и на двусторонней основе – с РФ, является отличной возможностью поддерживать боеготовность своих частей и подразделений ПВО. Что на фоне перманентного критического недофинансирования Вооруженных сил Украины крайне важно для поддержания обороноспособности страны. Более того: в условиях, когда с сокращением ВС Украины и катастрофическим устареванием их вооружений и военной техники практически целые направления и области в стране становятся не прикрытыми ПВО, это сотрудничество можно расценивать как жизненно необходимое.

Из всего этого можно сделать вывод: сотрудничество в сфере ПВО с СНГ, и в первую очередь – с Россией, для Украины является объективной необходимостью.

Но не все так однозначно. Ведь, с другой стороны, тесное сотрудничество (как выразился главком ВВС РФ генерал Зелин, «интеграция») нашей державы с Объединенной ПВО СНГ ставит под серьезное сомнение провозглашенную нынешней украинской властью внеблоковость Украины. Логика здесь проста. «Интеграция» означает в первую очередь обмен данными о воздушной обстановке, благодаря чему Украина де-факто является западным форпостом России. То есть в случае воздушного нападения на Россию с западного направления, все данные об атакующих целях, проходящих в воздушном пространстве Украины, автоматически передаются в Москву.

Совершенно очевидно, что при конфликте России с Западом, даже если Украина заявит о своем невмешательстве и неприменении своих Вооруженных сил, ее территория в любом случае будет атакована. Нынешний пример операции в Ливии – яркое подтверждение азбучных истин, известных с ХХ века: в масштабных военных операциях в первую очередь уничтожаются средства ПВО противника. В данном случае украинские ПВО работают на Россию, а значит, удар по украинской территории будет нанесен не потому, что кто-то не любит украинцев, а просто в силу оперативной необходимости.

Стоит также вспомнить еще один очень важный момент. А именно – процессы, происходящие сегодня вокруг Объединенной ПВО СНГ. В частности, Москва совершенно официально заявила, что система ПВО СНГ является основой для создающейся Объединенной системы ПВО ОДКБ. А это уже – совершенно другая игра. Ведь если СНГ никого особо не раздражает в силу отсутствия серьезных военных амбиций, то ОДКБ изначально создавалась как военно-политический блок под управлением России.

Согласно российским планам, Объединенная система ПВО ОДКБ будет включать в себя системы ПВО отдельных регионов, а интеграция будет происходить по трем направлениям — Восточно-Eвропейском, Кавказском и Центрально-Азиатском. В ОДКБ указывают, что эти региональные системы ПВО являются первым шагом. В частности, по примеру региональной системы ПВО, созданной на сегодня РФ и Белоруссией, создается аналогичная система ПВО в Кавказском регионе — между РФ и Арменией. Одновременно с созданием двусторонних ПВО Россия-Беларусь, а затем Россия-Армения, будет создаваться система Россия-Казахстан.

Все тот же главком ВВС РФ генерал-полковник Александр Зелин в свое время обрисовал картину следующим образом: «время показало, что решение по созданию объединенной системы ПВО было своевременным и продуманным… Практика показала, что пространственное ограничение применения дежурных сил ПВО национальными границами существенно снижает их возможности… Поэтому интегрирование национальных систем ПВО в регионах коллективной безопасности становится требованием времени». Вывод из этих слов – Украина просто необходима в новой Объединенной системе ПВО на правах участницы, на что прямо указывают российские военные

И здесь складывается весь пасьянс. С одной стороны, Россия создает «отдельные» системы с державами СНГ на двусторонней основе, как отдельные элементы Объединенной ПВО ОДКБ, в итоге замыкающейся на России (заметим, очень мудрый со стороны РФ шаг, учитывая перманентное состояние «разброда и шатаний» в СНГ, а теперь – и в ОДКБ). Это значит, что ВСЕЙ информацией, то есть всей картиной о воздушной обстановке в регионе, будут владеть только в Москве. Т.е. Россия будет четко отслеживать воздушную обстановку с южного, юго-западного и западного направлений далеко от своих границ с помощью ПВО других стран, входящих в Объединенную систему ПВО. В то же время, информация, которая может заинтересовать, например, Украину, пойдет не из Минска в Киев, а сначала из Минска в Москву, а потом уже, если будет на то воля россиян, ее получат украинцы.

Но Бог с ним, если Украина доверяет России, в этом алгоритме ничего страшного нет. Самое главное в ином. Еще на стадии обсуждения перспективы создания этой системы, в октябре 2008 года, в секретариате Союзного российско-белорусского государства совершенно вразумительно пояснили: единая система ПВО будет российским «ответом» на размещение ПРО США в Европе. На сегодня, как известно, Россия не договорилась с НАТО о создании пресловутой совместной ПРО, и по прежнему болезненно реагирует на западные планы создания такой системы в Европе. А это, в свою очередь, означает, что на данный момент Украина «интегрирована» в Объединенную систему ПВО СНГ, на базе которой создается Объединенная система ПВО ОДКБ, которая, в свою очередь, является «ответом» на ПРО в Европе.

Учитывая заявленную Украиной внеблоковость, а равно ее официальный курс на евроинтеграцию, можно резюмировать: сотрудничество в сфере ПВО с СНГ, и в первую очередь – с Россией, для Украины является угрозой ее национальной безопасности.

Таким образом, с военной и военно-политической точки зрения мы имеем два совершенно противоположных вывода о пользе для Украины от ее участия в Объединенной системе ПВО. Вопрос: что делать? Ситуация весьма схожа с нынешними дебатами вокруг присоединения Украины к Таможенному союзу на фоне заявленного стремления к СЭЗ с Евросоюзом. Ответ видится в том, что Киев должен изначально определиться в приоритетах, выработать четкие, понятные, и – главное – нерушимые (хотя бы на срок каденции нынешнего президента) основы военной и внешней политики, и следовать согласно этим ориентирам. В противном случае украинская власть сама загоняет себя в глухой внешнеполитический и военно-политический угол.

Автор является руководителем Центра военно-политических исследований




Комментирование закрыто.