Почему США невыгодно тотальное поражение России в Украине

Павел Горский, "Хвиля"

Украина США Россия ЕС

Вот уже чуть больше года идет война на Донбассе, а в целом украинская революция и последовавший за ней кризис мировой архитектуры безопасности имеют уже полуторагодовую историю. События развивались стремительно, но сейчас в период затишья, имеет смысл посмотреть на ближайшее прошлое во временной перспективе для определения стратегии и тактики игроков, так или иначе влияющих на события вокруг Украины, ведь понимание интересов и ресурсов сторон — необходимое условие для выстраивания собственной адекватной стратегии.

Сначала общий тезис, верный как для США, как для России, так и для ЕС. Никто, не ожидал Майдан-2 в том виде, в котором он случился. Американцы, например исходили из осенних опросов 2013 года, которые показывали полную деполитизацию украинского общества. Те страны ЕС, которые имели дело с Украиной (прежде всего Германия), рассматривали Майдан как повторение 2004 года — общность людей вокруг политической силы оппозиционных партий, которыми можно управлять в соответствии своим целям и задачам. Ни ЕС ни США не понимали, что в Киеве впервые на постсоветском пространстве гражданское общество само стало политическим субъектом. Это гражданское общество было враждебно как всем политическим силам образца 2013 года (включая формально оппозиционные партии), так и системе евробюрократии. Проблемой ЕС в декабре — феврале 2013-2014 года стало отсутствие контрагента — партнера по переговорам. Они пытались использовать в качестве переговорщиков Яценюка и Кличко, но эти лица просто не обладали реальным мандатом Майдана, а значит и не могли влиять на события 20-22 февраля. При этом, ирония в том, что российское руководство искренне считало Майдан — дело рук западных спецслужб, так как другого объяснения появления такого общественного движения они найти просто не могли в рамках своей картины мира «вертикальной» зачистки всех независимых гражданских движений внутри самой России. ( автор оставляет за скобками вариант, когда Россия разыгрывала карту Майдана изначально, подогревая проевропейские настроения в Украине, чтобы через управляемый хаос достичь более выгодных позиций в контексте повестки 2014-2015. Этот вариант мы неоднократно рассматривали на «Хвиле«)

Вернемся к США. На конец 2013 года Украина, по признанию самих американцев, не то, чтобы не находилась на повестке дня, но даже не была на «экране компьютера». Как бы не было обидно украинцам и россиянам, до 2014 года, регион Восточной Европы вообще не входил в американскую актуальную политику — их гораздо больше волновал тот же Ближний Восток. На практике это означало, что у Штатов не было стратегического видения желаемого развития региона, и вся Восточная политика была отдана институтам ЕС и НАТО, о результате деятельности которых будет позже. Поэтому, когда разразился кризис американцы просто действовали по стандартной схеме: заявления поддержки движению общегражданского протеста, требование невмешательства третьих стран в украинские дела. Последнее послужило дополнительных катализатором для агрессии России, но для украинцев важно понимать, что изначально Штаты не собирались провоцировать Россию, а уж тем более идти с нею на конфликт. В отсутствии продуманной стратегии, практически все действия США в 2014 году были адаптивной политикой — реакцией на российские шаги. Стратегии у США нет и сегодня, что и обуславливает их генеральную слабость в регионе. Тактически, они пытаются надавить на Россию, с той целью, чтобы она «одумалась» и хотя бы формально вернулась к старому формату отношений.

Вывод: у Штатов априори есть возможности влиять на регион, но нет понимания как именно они должны влиять, есть ресурсы, но нет целей, кроме одной.

А цель, как неприятно Украине, такова: больше всего США (как и ЕС) не хотят поражения России, которое привело бы к развалу страны. Проблема заключается в глобальной безопасности. В течение последнего года весь регион Ближнего Востока и Центральной Азии ускоренными темпами погружался в хаос — американцы уходят из Афганистана, исламисты различных мастей воюют друг с другом. Центральноазиатские авторитарные режимы с их коррупцией, бандитизмом и беспределом силовиков переполнены молодым, безработным населением, у которого объективно очень мало перспектив — идеальная среда для терроризма и радикальной пропаганды. Регион уже превращается в мировую черную дыру — источник хаоса, наркотрафика и терроризма, а распад России ускорит центральноазиатский кризис (экономика региона завязана на мигрантов и российские рынки).

Другими словами, мировая безопасность и так стоит перед проблемой, не имеющей решения. И в этих условиях распад 140 миллионной страны с неконтролируемым ядерным арсеналом — страшный сон любого западного политика. А поражение путинской России в Украине, без «сохранения лица» к такому распаду неминуемо приведет, ведь весь нынешний социально политический консенсус внутри страны основан на бартере «ужасная жизнь в обмен на чувство национальной гордости». Больше населению российской элите просто нечего предложить — все своровано. Российская внутренняя жизнь уже неуправляема (недавние демарши Кадырова отчетливо это свидетельствуют), и внешнее унижение запустит сценарий 1917 года, главная черта которого — непредсказуемость и неизвестность. Объективно, решение «проблемы России», требует такого количества финансовых, политических и людских ресурсов, которые Запад не готов тратить. В определенном смысле, РФ нужна программа, сравнимая с денацификацией и реконструкцией Германии после II мировой войны, которая включала бы:

1)комплекс мер экономической поддержки: по-простому территорию России надо кому-то кормить, иначе центральноазиатский терроризм покажется детской шалостью.

2)обеспечение безопасности на ее территории — некий международный миротворческий контингент, который бы прикрывал «условно демократическое правительство».

Западные политики просто не в состоянии объяснить своему населению такие расходы. Поэтому, несмотря на все разговоры и демарши, реальные шаги по сдерживанию России в Украине очень скромны.

Теперь про ЕС, точнее говоря, о Германии. Именно Германия и РФ запустили весь нынешний кризис. Как представляется, на конец 2013 года между этими игроками сложился своего рода консенсус о разделе украинского рынка на две части. Под это дело Януковичем была сорвана ассоциация с ЕС. Далее, ожидалось, что начнется раскол страны, с перспективой федерализации с возможностью ориентации на различные экономические блоки. Помешал этому сценарию фактор X — майдан. Майдан оказался неподконтрольным и сверг Януковича, впервые заявив о субъектности украинского гражданского общества. В итоге ЕС оказался в ситуации вынужденной конфронтации с РФ, конфронтации, которой он не хотел, и на которую он не знает как реагировать, кроме как повторяя мантры о «необходимости мирного диалога». Старая стратегия — чисто экономическая и политическая, в которой Украина — просто объект для экономического дележа более сильными державами ушла в прошлое, а новой стратегии у ЕС нет. Ведь новая стратегия должна ответить на важнейший вопрос — «что делать с Россией?»

Вывод: Европа хочет закончить конфронтацию с Россией, так как последняя не входила в ее планы, а готовность использовать ресурсы безопасности у европейских политиков не наблюдается. План минимум — поддержание «минского статус-кво». В идеале — замена Путина на приемлемого политика, и сохранение за Россией функции опоры безопасности в центральноазиатском регионе.

Наконец о России. В отличие от предыдущих двух участников у Путина есть как внешняя стратегия, так и набор тактик. В стратегии он стремится вернуться в 1945 год, когда Великие Державы рисовали в Ялте границы и решали судьбы народов. Поэтому, майдан 2014 года, общество свободных людей, — экзистенциальный враг российского президента, ставящего на первое место свое право распоряжаться судьбами всех внутри своей зоны влияния. Неудивительно, что реакцией на первый акт самостоятельной политической воли майдана — стала военная агрессия. Тактическое оружие Путина — сочетание инновационной пропаганды (пожалуй впервые в истории мы действительно имеем дело с информационным оружием в прямом смысле слова), гибридной войны и шантажа ядерным оружием. На первый взгляд — вышеописанное выглядит логично. На самом деле, нет. За прошедшие 70 лет мир изменился, даже при желании просто некому на Западе садиться с Путиным за «ялтинский стол». Это иллюзия, которая не перестает быть таковой от того, что в нее верит российское руководство. Более того, стратегически Россия не в состоянии конкурировать с Западом: не может 1% мирового ВВП конкурировать с 50%. Ради своей иллюзии Путин ведет Россию к самоуничтожению, но по крайней мере он точно знает чего хочет, получая тем самым стратегическое преимущество. К счастью Украины, российский президент допустил одну роковую ошибку, которая не позволяет Европе и США договориться с РФ за счет Украины. Ошибка заключается во включении Крыма в состав Российской Федерации. Если бы был бы реализован «абхазский сценарий», то уже давно был бы мир. Постмайданные политики в Минске показали, что они готовы сдавать территории в виде «федеративной реформы», Европа дала на это свое согласие. Но вот признать аннексию Европа не может — это нарушение основы европейского мира: «В Европе границы не меняются посредством агрессий». Вывести же Крым из состава РФ Путин не может, по описанным выше причинам — а значит конфликт будет продолжаться, и Украина получает главный ресурс — время.

Вывод: Россия не может не продолжать конфликт до тех пор пока она не достигнет ситуации «почетного мира» в понимании российского президента. Этот сценарий принципиально нереализуем, так что вялотекущий конфликт с периодами обострений на Востоке — будет оставаться частью украинской реальности.

Теперь про Украину. Лучше всего положение страны характеризует поговорка «кризис — это и опасность и возможность одновременно». Возможность открыта только для одной группы людей — украинского гражданского общества, и тех реформаторов, которые стремятся выстраивать принципиально новую систему отношений в регионе. Из анализа мотиваций предыдущих игроков можно сделать ряд важных выводов. Во-первых, чтобы стать партнером Запада, другими словами получить доступ к его ресурсам не в качестве просителя, Украина должна предложить этому условному Западу нечто ценное. Во-вторых, главной ценность в настоящий момент является безопасность в Восточной Европе вплоть до Урала. Соответственно, наивные мечты многих украинских сограждан «отгородиться от России и начать жить хорошо» — несбыточны. Украина только тогда станет полноценным союзником США и ЕС, когда предложит им себя в качестве гаранта безопасности — смотрящего за порядком на территории постпутинской России. Сюда входит и интеграция российского населения в европейские ценности, разрушение последствий работы пропагандистской машины Кремля, и поддержание определенного экономического уровня развития. Это грязная, неприятная и дорогая работа, но именно на нее и есть спрос. Если Украина не покажет себя способной в перспективе решить российский хаос, у ее западных партнеров будет продолжать оставаться мотивация договариваться с Путиным или любым другим российским политиком, что для Украины неприемлемо. А показать себя способной на такую работу Украина может только, решив такие же проблемы внутри своей страны. Успешная модернизация 40 миллионной страны — тот аргумент, которым может заставить США и ЕС признать новую роль Украины, как замены России в архитектуре международной безопасности. Поэтому уже сейчас необходимо начать процессы кардинального переустройства политических, экономических и социальных институтов в стране, и прихода к власти людей, осознающих описанные вызовы и готовых их решать.

События в Украине в 2013-2014 гг стали воплощением тезиса историка Ахиезера: «История — это вулкан, который иногда кажется потухшим, усыпляя бдительность живущих вокруг него людей, но иногда оживает, разрушая все живое, прежде чем люди успеют понять, что произошло». Внезапность и непредсказуемость майдана стали «черным лебедем», запустившим маховик разрушения всего постсоветского миропорядка. Только отдавая себе отчет в масштабе и сути происходящих событий, и не строя иллюзий относительно своего нынешнего статуса и роли, Украина сможет выйти победителем в войне за будущее, начавшейся в декабре 2013 на Майдане.

Изображение: russia-insider.com




Комментирование закрыто.