Ливия в огне. Что помогает держаться Муаммару Каддафи?

Владимир Дмитренко для Академии Безопасности Открытого Общества, "Хвиля"

Вот уже более месяца в Ливии полыхает гражданская война. Многим ранее казалось, что режим Каддафи, правивший в Ливии с 1969 года, слишком суров и авторитарен, чтобы допустить какие-либо массовые протесты, а тем более восстания. Однако, в феврале 2011 года в Бенгази начались массовые демонстрации, которые очень быстро переросли сначала в бунт, а затем и в вооруженное восстание, начавшее распространяться, как степной пожар. Раскололась ливийская армия, раскололся ливийский народ. Вначале восставшие захватили более двух третей страны. Несколько ливийских летчиков перелетели со своими самолетами и вертолетами на Мальту, отказавшись бомбить повстанцев. Даже столица страны Триполи была охвачена беспорядками. К тому же, почти все страны Запада резко осудили действия Каддафи против «мирных жителей» и ввели санкции против режима Каддафи.

Казалось вот-вот и режим Каддафи падет. Но этого не случилось. Не случилось даже после введения против него санкций. Не случилось даже после того, как президент США потребовал от Каддафи немедленно уйти в отставку, и даже после того, как США и несколько других стран НАТО по решению Совета Безопасности ООН перекрыли воздушное пространство над Ливией.

Решение Совета Безопасности ООН предусматривало всего лишь закрытие воздушного пространства над Ливией, с тем, чтобы Каддафи не мог использовать свою авиацию против «мирного населения» и после введения этого запрета Каддафи не пытался использовать авиацию. Но вмешавшиеся в ливийский конфликт государства, значительно превысив пределы того, что было предусмотрено решением Совета Безопасности ООН, вместо того, чтобы закрыть воздушное пространство над Ливией, начали методично бомбить войска Каддафи. Те ничего не могли противопоставить обрушившимся на них крылатым ракетам и суперсовременным бомбардировщикам и истребителям. В бою с таким противником самолеты Каддафи могли быть только мишенями. Авиация Каддафи даже не предпринимала попыток подняться с аэродромов. Имевшиеся у Каддафи устаревшие средства ПВО тоже имели не больше возможностей сбить вражеские самолеты, чем если бы если бы зенитчики Каддафи стреляли по этим самолетам из детских рогаток.

Уничтожив авиацию и основные средства ПВО Каддафи, силы коалиции обрушились на его сухопутные войска, уничтожая его склады, танки, бронетранспортеры, артиллерию. Это уже и вовсе не имело никакого отношения к резолюции Совета Безопасности ООН о закрытии воздушного пространства над Ливией. Коалиция просто вмешалась в гражданскую войну на стороне противников Каддафи. Обретя такую поддержку, повстанцы в течение нескольких дней серьезно потеснили Каддафи. Но тут начало происходить нечто непонятное. Если ранее ливийские войска колебались, теперь под градом бомб и снарядов, абсолютно беззащитные перед ударами с воздуха, лоялисты (так стали называть сторонников Каддафи) перешли в наступление.

Что же случилось?

А случилось то, что в ходе затянувшегося конфликта ливийцы получили возможность сравнить прежний режим Каддафи с новой властью, рвущейся ему на смену.

Режим Каддафи им не сильно нравился. Это и обеспечило поначалу массовость выступлений против этого режима. К тому же выступления, как оказалось, были отнюдь не спонтанными, как казалось ранее, а достаточно хорошо подготовленными. В подготовке этих выступлений приняли участие и сторонники бывшего короля (именно с прежними королевскими флагами идут в бой повстанцы), и отдельные кланы ливийской знати, посчитавшие, что их обошли при распределении постов, и представители ряда радикальных исламских группировок, как ливийских, так и международных, и разведслужбы некоторых иностранных государств. Коалиция получилась весьма пестрой и разноголосой. Пожалуй, единственное, что объединяет эту коалицию, так это желание свергнуть режим Каддафи и самим дорваться до власти и до распределения доходов от ливийской нефти и газа.

Начав действовать, и на первом этапе восстания успешно использовав накопившееся у народа недовольство режимом Каддафи, повстанцы, как это часто бывает в ходе разных революций, очень скоро и сами наделали немало ошибок, растеряв часть сторонников и нажив немало врагов.

К нам поступала из Ливии лишь информация о том, как жестко подавляет любые протесты режим Каддафи. Но информация о том, что стало со сторонниками Каддафи в городах, захваченных повстанцами, к нам не поступала. Между тем, и в Бенгази и в других городах, перешедших под контроль повстанцев, было немало тех, кто поддерживал Каддафи.

Неужели жители Бенгази, все как один, поддерживают повстанцев? Если верить сообщениям из Бенгази, то все именно так и есть. Но тогда где сейчас солдаты и офицеры, оставшиеся до конца верными Каддафи? Какова их судьба? Их оставили на свободе или расстреляли? Или бросили в тюрьмы? Что с ними случилось? Что случилось с теми ливийскими чиновниками и обычными мирными жителями, которые имели отличное от повстанцев мнение?

Судя по всему, повстанцы ведут себя ничуть не менее авторитарно, чем режим Каддафи.

Ливийцам пришлось делать выбор, выбирая между плохим и худшим. Похоже на то, что значительная часть ливийцев, не питая иллюзий по поводу режима Каддафи, сочла что рвущиеся к власти повстанцы являются для Ливии еще большим злом.

Даже официальный представитель Центрального Разведывательного Управления США 30 марта 2011 года вынужден был признать недавно, что в рядах повстанцев действуют эмиссары «Аль-Каиды» и некоторых других крайне экстремистских организаций. Представитель ЦРУ старался выражаться, как можно мягче. После того, как президент США Обама открыто поддержал повстанцев, мог ли американский чиновник открыто назвать хотя бы часть этих самых повстанцев бандитами и террористами? Конечно же, нет. Но даже этих его слов вполне достаточно, чтобы понять, что военное вмешательство США в гражданскую войну в Ливии на стороне повстанцев оказалось не самым мудрым решением. Во-всяком случае, польза для США и для других стран Западного мира от этого вмешательства представляется весьма сомнительной.

Видя, как забуксовала и начала откатываться назад армия повстанцев, западная коалиция рассматривает все новые и новые меры давления на Каддафи и все новые варианты поддержки повстанцев. Рассматривается, например, возможность снабжения повстанцев оружием и предоставления им военных инструкторов.

Между тем, лидерам западной коалиции не мешало бы задуматься над вопросом о том, почему под мощнейшими авиаударами, оказавшись в почти безнадежном положении, армия Каддафи не рассыпалась и не разбежалась, а еще более упорно воюет за каждый клочок своей земли, — за деньги так не воюют. Весьма упорно воюют и повстанцы.

Ранее Ливия была соединенным королевством. Ожесточенность гражданской войны и полярное разделение симпатий населения разных районов страны на сторонников и противников Каддафи, показывает, что за 42 года существования режима полковника страна отнюдь не успела прочно склеиться в единое целое. Правильно ли в этих условиях поддерживать извне одну из сторон?

Мне кажется, что только сами ливийцы имеют право решать, какой быть их стране.

Возможно, гораздо более мудрым решением со стороны коалиции было бы, не лезть в ливийские зыбучие пески, в которых можно увязнуть на многие годы, как увязли западные коалиции в Ираке и Афганистане, а настоять на прекращении огня и начале переговоров между лоялистами и повстанцами.

Конечно же, если коалиция будет продолжать постоянно бомбить войска Каддафи, да еще и начнет снабжать повстанцев оружием, режим Каддафи будет свергнут.

Но будет ли это победой демократии?

Владимир Дмитренко для Академии Безопасности Открытого Общества




Комментирование закрыто.