Как Иран готовится к войне: «ракетная угроза»

Дмитрий Тымчук

С подачи США и стран НАТО усиленно муссируется тема ядерной и ракетных программ Ирана, однако на самом деле иранское высшее военно-политическое руководство активизировало разработку и развитие вооружений всех видов вооруженных сил и практически всех родов войск. Причем развивая как наступательные, так и оборонительные вооружения. Их цель — предоставить своим вооруженным силам способность проводить операции в регионе с целью защиты национальных интересов, а также (и актуальность этой задачи в последнее время все время возрастает) отразить агрессию со стороны западных держав.

В то же время, по понятным причинам именно ракетные программы Ирана вызывают особый резонанс и интерес в мире. Причина кроется даже не в способности Ирана представлять угрозу для Европы и США (к чему он явно не стремится, если речь не идет об ответе на агрессию против самого Тегерана), а в том, что именно эти программы стали формальным поводом для развертывания ПРО в Европе. Что, как известно, вызвало серьезное обострение в отношениях США и НАТО с Россией.

Вместе с тем, на Западе стремятся объединить темы ракетных и ядерной программ Ирана, пытаясь доказать, что способность этой державы создать ядерное взрывное устройство вкупе с созданием средств доставки в виде межконтинентальных баллистических ракет, является серьезной угрозой для Европы и США. Хотя, насколько известно, ядерные возможности и способность иранцев выйти на создание МБР с ядерной боеголовкой уже в кратчайшие сроки явно преувеличивается. Сами же по себе самые «страшные» баллистические ракеты «Саджиль-2» (Sejil-2, об успешном пуске которой Тегеран заявил в 2009 году), а также разрабатываемые «Шехаб-5» и «Шехаб-6» с дальностью стрельбы 3 тыс. км и 5-6 тыс. км соответственно, играют на данном этапе скорее роль военно-политического оружия, поскольку без ядерной боевой части их применение едва ли имеет большой военный смысл.

По сути, Запад приложил огромнейшие усилия, чтобы загнать Иран в глухой военно-политический угол. С одной стороны, в США и Европе (в первую очередь во Франции) напрямую, а также через своего «глашатая» в регионе в лице Израиля, выдвигают Тегерану ультиматум: дальнейшее продолжение ядерной программы и разработки в области ракетных вооружений повлекут за собой санкции, вплоть до военного вмешательства. С другой, в Тегеране прекрасно понимают (и яркий пример в лице соседнего Ирака — под рукой): прекращение даже всех программ военного характера никак не повлияет на планы агрессии против Ирана, если будет принято соответствующее решение. А значит, у Ирана только один выход: готовиться всеми силами к войне. Опять-таки, эту подготовку на Западе истерично трактуют как угрозу, формируя общественное мнение в том ключе, что при всем «миролюбии» западных стран, только военная сила может усмирить иранское руководство. Таким образом, круг замыкается.

То есть ясно, что стремление Ирана обезопасить себя демонстрацией своих оборонительных возможностей также трактуется как угроза. При этом ситуация усложняется тем, что по понятным причинам Тегеран не раскрывает полные ТТХ своих вооружений (в частности, перспективных разработок), и представление о них во многом базируется на расчетах специалистов, что оставляет место для разнообразнейших политических спекуляций на этом вопросе.

Стоит вспомнить, какой ажиотаж в западных СМИ вызвал не столь давний случай, когда в конце июня 2011 года иранское государственное телевидение продемонстрировало зрителям подземные ракетные шахты, в которых на боевом дежурстве стоят ракеты дальнего радиуса действия. В сюжете, в котором были показаны шахты, рассказывалось о ходе проходивших ракетных учений «Великий пророк 6».

По словам иранских офицеров, размещенные в шахтах ракеты являются частью системы быстрого реагирования на возможное нападение и «в любой момент готовы нанести удар по заранее намеченным целям». Что это за цели, в сюжете не сообщалось. Место расположения новых объектов иранских ракетных войск не называлось, однако ранее западные эксперты предполагали, что они строятся на северо-западе страны.

The New York Times указывала, что шахты, прикрытые массивными стальными плитами, значительно повысят шансы на сохранение иранских ракет в целости в случае внезапного нападения — любому понятно, что под землей их значительно труднее поразить, чем на стартовой площадке или мобильной платформе на поверхности. Иранцы заявляют, что технологии, использовавшиеся при строительстве этих объектов, почти столь же сложны, как технологии изготовления самих ракет. При этом офицеры-ракетчики рассказали, что шахты были построены усилиями местных инженеров и техников.

{advert=4}

Западные масс-медиа указывали: ракеты, стоящие на вооружении иранской армии и Корпуса стражей исламской революции, способны достигать целей в Персидском заливе, Афганистане, Ираке и Израиле. В зоне их досягаемости находится множество американских военных баз и вся территория Израиля.

Ранее агентство IRNA сообщило, что Иран в ближайшее время начнет серийное производство баллистических противокорабельных ракет. Об этом, в частности, заявил командующий Корпусом стражей исламской революции бригадный генерал Мохаммад Али Джафари (Mohammad Ali Jaafari). По его словам, ракеты способны развивать скорость, в три раза превышающую скорость звука, и невидимы для радаров противника. На Западе высказывались предположения, что речь идет о завершении проекта по созданию ракет с дальностью действия до 300 километров. Эта программа была начата два года назад. По словам Джафари, не уточнившего название новых ракет, изначальный проект был доработан, в результате чего было создано более точное оружие. Также указывалось, что по оценке иранских военных, большая часть вероятных угроз для Ирана исходит с моря и воздуха. С учетом именно этих угроз и ведется разработка нового оружия и авиационных систем.

В конце августа этого года в Иране было объявлено о завершении трех крупных военных проектов, среди которых — презентация ракеты «Гадер» («Могучий»). Как сообщило иранское телевидение, ракета морского и берегового базирования «Гадер» имеет радиус действия до 200 километров и предназначена для поражения целей на море и береговых объектов противника. Выступая на церемонии, министр обороны Ирана Ахмад Вахиди заявил, что Иран усилиями отечественных специалистов достиг самообеспеченности в производстве многих видов вооружений. В настоящее время национальный ВПК производит 233 вида вооружений и военной техники, подчеркнул министр.

Подобные сообщения имеют двойственный эффект С одной стороны, они позволяют прежде всего Израилю и США, а также европейцам говорить о реальности «иранской угрозы». С другой — явно призваны сдержать возможных агрессоров. В то время, как ясно, что чувствующие себя в безопасности Соединенные Штаты такая демонстрация иранских возможностей не сильно пугает.

Что касается Израиля, яркий пример. После испытаний Ираном своей баллистической ракеты «Саджиль-2» с наибольшим радиусом действия, бывший руководитель ракетной программы министерства обороны Израиля, участвовавший в разработке системы ПРО «Эрроу» доктор Узи Рубин заявил, что эта ракета имеет дальность не 2 000, как заявляют иранцы, а минимум 2 500 км. Таким образом, по его словам, в случае развертывания стартовых позиций этого комплекса в северо-западных районах Ирана в зону поражения попадают объекты на территории Греции, Румынии, Болгарии, восточной части Польши, Венгрии и Словакии. Таким образом, европейцам стоит быстрее развертывать систему ПРО для защиты от Ирана.

Эти заявления прозвучали на фоне того, что многие западные специалисты (East West Institute, Стокгольмский SIPRI) оценивают ракетные возможности Ирана значительно ниже. Западные эксперты (пока речь не идет о «политическом заказе») считают, что нынешние иранские ракеты имеют дальность до 2 000 км. Идеальным местом для их базирования в мобильном варианте (имеется в виду твердотопливная «Саджиль-2») является юго-запад страны с его сложной гористой местностью и кратчайшим расстоянием до Израиля. Таким образом, иранские ракеты способны поражать цели на территории Израиля, перекрывают некоторые государства Юго-Восточной Азии и американские базы в районе Персидского залива. США и европейским странам бояться этой мощи едва ли стоит.

Интересно, что еще год назад европейские военные аналитики (вспомнить тот же SIPRI) указывали, что в ближайшие 10-15 лет не может идти речь о создании Ираном «полноценных» МБР, которые могли бы перекрыть Европу и достичь континентальной части США, и имели бы ядерные боевые части. Кроме объективных причин — уровень развития технологий и технических возможностей Ирана, свою роль играет также способность ВС Ирана обеспечить подготовку необходимых специалистов. Однако сейчас эти прогнозы «забыты», и в условиях развертывания ПРО в Европе о них просто никто не вспоминает.

Мы ранее отмечали, что сегодня Запад делает угрозу и из имеющихся на вооружении Ирана тактических и оперативно-тактических ракет (ОТР), которые представляют опасность для стран НАТО разве что в случае непосредственного нападения на Иран.

Конкретно по ракетам. Речь идет о ОТР WS-1 (дальность стрельбы до 80 км), «Назеат» различных модификаций (дальность стрельбы до 150 км), CSS-8 (дальность стрельбы до 180 км), «Зелзал» и других ОТР с дальностью стрельбы до 300 км. Как считают аналитики, эти ракеты не могут быть использованы в качестве носителей ядерного оружия, но они способны поражать морские цели в зоне Персидского и Оманского заливов, что ставит под угрозу транспортировку нефти из этого региона.

Еще одна угроза — реализация программы «Шехаб». Опубликованный в мае 2009 г. Институтом «Восток-Запад» совместный доклад российских и американских ученых: «Иранский ядерный и ракетный потенциал» (Iran’s Nuclear and Missile Potential) указывает, что созданная в Советском Союзе баллистическая ракета Р-17 (по классификации НАТО — SCUD-B) и ее модернизированные аналоги (прежде всего северокорейские) послужили базой для технологических разработок в области строительства иранских баллистических ракет. Первоначально Иран закупал ракеты этого типа за границей: частично — в Ливии, но главным образом — в Северной Корее.

{advert=1}

Первая иранская БР «Шехаб-1» имела дальность полета 320 км, полезный груз равнялся 985 кг. Ее производство продолжалось до 1991 г. Практическим одновременно с «Шехаб-1» иранские конструкторы начали разрабатывать ее модификацию — «Шехаб-2». Для этого в течение 1991-1994 гг. Тегеран закупил в Северной Корее от 250 до 370 ракет SCUD-C, а позднее — и значительную часть технологического оборудования, что позволило в 1997 г. развернуть собственное производство ракет этого типа. Согласно некоторым данным, Ирану удалось наладить изготовление ракет «Шехаб-2» в Сирии. На протяжении 2004-2006 гг. иранцы использовали такие ракеты в ходе военных учений.

Программы «Шехаб-1» и «Шехаб-2» были полностью свернуты в 2007 г, однако, по имеющимся данным, Иран сейчас хранит в своих арсеналах от 250 до 600 ракет «Шехаб-1» (вариант SCUD-B) и 50-150 ракет «Шехаб-2» (вариант SCUD-C).

Сейчас речь идет о реализации ракетной программы «Шехаб-3», в которой активно использовались конструкторские решения северокорейских баллистических ракет типа «Нодон». К испытаниям ракеты «Шехаб-3» Иран приступил в 1998 г. параллельно с разработкой ракеты «Шехаб-4». Первый успешный запуск «Шехаб-3», на которой был установлен новый северокорейский двигатель, состоялся в июле 2000 г. Производство же ракет «Шехаб-3» иранцы смогли наладить только в конце 2003 г. при активной помощи со стороны ряда китайских компаний. С сентября 2006 г. Иран, по некоторым данным, обладает 30 ракетами «Шехаб-3» и 10 мобильными пусковыми установками для них.

Модернизированная «Шехаб-3М» имеет возможность размещения на ней контейнеров для доставки химических и биологических веществ. Предполагается, что данный вариант ракеты имеет дальность полета 1,1 тыс. км при весе головной части в 1 т (по другим данным — до 2 тыс. км с 700-килограммовой головной частью).

Существует и твердотопливный вариант ракеты «Шехаб-3D» (IRIS). Предполагается, что именно эта ракета была использована в качестве второй ступени двухступенчатой ракеты-носителя «Сафир-2» («Посланник-2»), которая 2 февраля 2009 г. вывела на низкую околоземную орбиту первый национальный спутник «Омид».

Как мы упоминали, в перспективе Тегеран планирует разработать баллистические ракеты «Шехаб-5» и «Шехаб-6» с дальностью стрельбы 3 тыс. км и 5-6 тыс. км соответственно (программа создания ракет «Шехаб-4» с дальностью 2,2-3 тыс. км была прекращена или приостановлена в октябре 2003 г. по политическим причинам).

Имеющиеся ракеты еще пару лет назад были поставлены на вооружение пяти ракетных бригад, которые подчиняются непосредственно верховному главнокомандующему Ирана. Участвуя в учениях, эти бригады демонстрируют высокий профессионализм и уровень подготовки — но это если верить иранским СМИ и заявлениям военно-политического руководства державы. Оценки же израильских и западных экспертов их реальной способности выполнять поставленные задачи сильно варьируются, как и в случае с оценкой ТТХ иранских ракет. Играет ли такой разнобой в политическом плане на руку самому Ирану, либо же наоборот — сказать трудно.




Комментирование закрыто.