Иран: причины внутреннего сопротивления

Stratfor, перевод Александра Свитыча

Members of the Iranian Revolutionary Guard Navy march during parade to commemorate anniversary of Iran-Iraq war, in Tehran

Корпус Стражей Исламской революции (КСИР), наряду с другими консервативными группами в Иране, пытается оказать воздействие на правительство президента Хассана Рухани и, в частности, повлиять на ход переговоров об иранской ядерной программе с США. Противники Рухани стремятся не к полному прекращению переговоров, а к их изменению с целью защиты своих интересов. Хотя КСИР и его союзники имеют ограниченное влияние на дипломатическую деятельность страны, президент Рухани в итоге будет вынужден найти способ устранить их опасения. Несмотря на неоднократные срывы и задержки, переговоры в долгосрочной перспективе будут направлены на всестороннее урегулирование между Ираном и США.

Анализ

Принято считать, что дипломатические переговоры между США и Ираном крайне неустойчивы. Акцент обычно делается на иранской стороне. Так, правящие круги Ирана являются заложником своей идеологии и, следовательно, не могут изменить линию поведения. Казалось бы, данный тезис подтверждается высказываниями представителей религиозной, военной и политической элиты Ирана.

На самом деле, значительная часть внешнеполитического дискурса Ирана является игрой на западную публику и скрывает истинные интересы и мотивации. В этой связи более интересным является диалог между центрами власти внутри страны, который представляет собой сложную систему взаимных связей и интересов между преимущественно консервативными игроками, включая КСИР. Оппоненты Рухани признают, что Иран достиг предела своего развития. Это стало предельно ясно после того, как последняя серия санкций, инициированная США, поставила под угрозу суверенное право Ирана на поддержание внутренней стабильности и осуществление внешней политики. Поэтому противники президента не могут выступать против этих переговоров, имеющих историческое значение, и вместо этого пытаются перенаправить их в нужную сторону в надежде отстоять свои интересы.

Сторонники «экономики сопротивления»

Противники администрации президента Рухани традиционно выстраивали свое отрицательное отношение к переговорам о ядерной программе с помощью идеи «экономики сопротивления». Данная концепция является попыткой ослабить аргументацию Рухани и его союзников в том, что иранскую экономику нельзя оживить без отмены международных санкций. Сторонники экономики сопротивления утверждают, что страна не должна идти на большие уступки по ядерному вопросу для восстановления экономики, которое может быть достигнуто с помощью грамотного государственного управления и рационального использования внутренних ресурсов. Сторонники данной политики приводят в пример деятельность КСИРа в послевоенный восстановительный период 1990-х годов и говорят, что опыт и знания Корпуса могут быть успешно применены и в нынешних обстоятельствах.

Как сообщило иранское информационное агентство «ФАРС» от 16 апреля 2014 года, иранский министр нефтяной промышленности Бижан Намдар Загане договорился с Корпусом Стражей о сотрудничестве в четырех строительных проектах для западных нефтехимических компаний в провинции Фарс. Данное соглашение является исключением из экономической политики президента Рухани, направленной на неучастие в проектах строительных компаний под опекой КСИРа. Интересно, что договорённость была достигнута через два дня после того, как командующий Корпусом Стражей генерал-майор Мохаммед Азиз Джафари сообщил, что Корпус готов помочь правительству в осуществлении политики сопротивления.

Мнение Джафари разделяют и другие. Верховный лидер Ирана Аятолла Али Хаменеи является приверженцем идеи экономики сопротивления. Однако те, кто поддерживают данную политику, все-таки не считают ее альтернативой переговорам, а поэтому выступают за их возобновление.

Высокопоставленный представитель Корпуса Стражей Исламской революции и заместитель главы генштаба армии Ирана бригадный генерал Масуд Джазаери 14 апреля сообщил, что «Вооруженные силы Ирана не примут необоснованный результат (ядерных) переговоров». Примечательно, что Масуд Джазаери не сказал о блокировании проведения переговоров. Более того, Начальник Генштаба Вооруженных сил Ирана генерал-майор Сейед Хасан Фирузабади 10 апреля категорически заявил, что Вооруженные Силы Ирана поддерживают, и будут поддерживать политику президента Рухани.

Все эти высказывания подчеркивают отсутствие консенсуса внутри КСИРа по политике Тегерана касательно переговоров с Соединенными Штатами. Даже противники переговоров расходятся во мнениях насчет масштаба оппозиции или способов блокирования переговоров.

Трудности для Корпуса Стражей

Ключевая дилемма для Корпуса Стражей Исламской революции заключается в том, что президент Рухани подчеркивает умеренный характер своей администрации, обвиняя при этом своих оппонентов в приверженности к экстремизму. Учитывая идеологическую подоплеку свой организации, КСИРу нелегко защищаться от такой риторики, и поэтому ему приходится занимать оборонительную позицию. В редакционной колонке ежедневной газеты «Джаван» (принадлежащей КСИРу) от 3 марта, глава политического отдела бригадный генерал Ядолла Джавани назвал сдержанность «превосходной и приемлемой идеей» и подчеркнул умеренность политики Корпуса. Данные заявления подтверждают, что Корпус Стражей не может структурно ответить на риторику президента Рухани, не считая полемики в открытой печати

Учитывая, что Верховный лидер Ирана не препятствует шагам Рухани, как это было в случае с президентом Махмудом Ахмадинежадом, а законодательная власть поддерживает нынешнего президента, у Корпуса Стражей нет эффективного юридического инструментария для изменения планов правительства. На самом деле, даже критика политики правительства должна осуществляться в определенных рамках. Об этом свидетельствует иск Верховного совета Национальной безопасности Ирана против юриста Джавада Карими Кодуси, который резко осудил временное соглашение Тегерана с группой P5+1 (группа 6 ведущих стран, включая 5 постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германию, участвующих в переговорах об иранской ядерной программе – прим. переводчика). Как известно, Кодуси подал встречную жалобу, мотивируя свою критику исключительно профессиональной обязанностью.

Таким образом, КСИР должен быть осторожен даже привлекая общественность для оппонирования президенту Рухани. Хаменеи и Рухани уже призвали Корпус Стражей воздерживаться от вмешательства в политику. Несмотря на свое привилегированное положение в политической системе Ирана, у Корпуса осталось мало пространства для маневра.

Во избежание осложнений, администрация президента Рухани использует Вооруженные силы Ирана («Артеш») как инструмент воздействия на КСИР. Ярким свидетельством этому послужил инцидент с насильственным похищением пяти пограничников белуджи-суннитскими моджахедами из Пакистана (Белуджистан – историческая область сопредельных государств Афганистана, Ирана и Пакистана – прим. переводчика). КСИР настаивал на трансграничной операции, однако правительству Рухани удалось освободить четырех из пяти заложников путем переговоров. Более того, предварительное согласование совместных учений в Персидском заливе между иранскими и пакистанскими военно-морскими силами помогло Тегерану удержать Корпус от вмешательства в острый момент. Напряжение между Ираном и Пакистаном оставалось высоким, учитывая призыв КСИРа к военной операции. Однако благодаря запуску морских учений и их подробному освещению в прессе правительству Рухани удалось нивелировать намерения Корпуса и осуществить деэскалацию конфликта.

У Корпуса Стражей Исламской революции нет другого выхода, кроме как импровизировать в ответ на решительные действия правительства. Корпус находится в обороняющейся позиции, так как не может соперничать с частным сектором, связанным с западными инвесторами. Стране необходимы финансовые инвестиции и технологии для восстановления сектора энергетики. Именно эти ресурсы не может предложить КСИР.

СтратегияКорпусаСтражей

КСИР и его союзники понимают пределы своих возможностей, и поэтому в ответ на дипломатическую деятельность Вашингтона и Тегерана задействуют двойную стратегию для обеспечения своих интересов.

Во-первых, они ходят добиться гарантий безопасности для своих экономических активов. С этой целью они посылают сигнал, что не будут вмешиваться в политику в случае сохранения своих активов. КСИР уже добился увеличения своего годового бюджета на 20%, но явно не готов оставаться на попечительстве государства. В этой связи, заявление Джафари о том, что правительство должно вовлечь Корпус в управление экономикой, является знаковым. Еще в самом начале переговоров с США правительство Рухани заявило, что нуждается в помощи Корпуса для восстановления экономики. Другими словами, Джафари напоминает Рухани, что исполнительная власть должна была привлечь КСИР к управлению экономическими вопросами. В то время, когда правительство пытается оживить гражданский частный сектор и привлечь западные инвестиции, Корпусу необходимы гарантии, что он продолжит пользоваться привилегированным статусом.

Во-вторых, хотя КСИР и его сторонники не хотят прямо срывать переговоры, они надеются изменить их ход в виду подозрений США по поводу намерений Ирана в развитии ядерной программы. К примеру, в недавнем заявлении экс-главы иранской Организации по вопросам атомной энергетики Ферейдуна Аббаси, опубликованном в ежедневной газете «Хорасан», говорится о том, что Иран скрывал информацию от Международного агентства по атомной энергии по меньшей мере семь лет. Как сообщил Аббаси, такое сокрытие было обусловлено опасениями Ирана в том, что западные разведывательные службы использовали делегации МАГАТЭ для саботажа иранской ядерной программы.

Время данного заявления указывает на то, что его целью было убедить западных противников переговоров – особенно среди членов Конгресса США – что иранцам нельзя доверять. А это, в свою очередь, дает оппонентам переговоров рычаги для блокирования отмены санкций. На данный момент, Конгресс отверг кандидатуру от президента Рухани на должность постпреда Ирана при ООН. Конгресс также разработал законопроект, предусматривающий санкции для ближайшего негосударственного союзника Ирана – ливанской шиитской организации «Хезболла» – а также связанных с ней центральных банков. Помимо этого, Иран начинает сталкиваться с трудностями в поставке запчастей для гражданских самолетов от корпораций Boeing и General Electric, которым было разрешено сотрудничать с иранской стороной в рамках временного соглашения.

Таким образом, оппоненты президента Рухани внутри страны могу компенсировать свою неспособность прямо блокировать прогресс в переговорах с правительством и работать в сторону ослабления его дипломатической активности. Хотя правительство Рухани не сталкивается прямо с проблемой, оно обязано умиротворить своих критиков. Однако пока ему только удается устранять экономические опасения КСИРа.

Наличие источников дохода вне государственного бюджета дают КСИРу преимущество перед остальными центрами силы. Но теперь, когда правительству необходимо стабилизировать экономику страны и создать динамичный частный сектор, Корпус сильно обеспокоен угрозой потери своей уникальной позиции. Возможно, Корпус Стражей Исламской революции не обладает большой возможностью влиять на формирование той или иной политики. Однако, учитывая первоочередное значение Корпуса в сфере обеспечения безопасности, с ним нельзя не считаться — особенно теперь, когда президент сталкивается с препятствиями в осуществлении реформ из-за противоречий между реформаторами и прагматиками-консерваторами. Поэтому Рухани, настойчиво продолжая переговоры с США с целью окончательного урегулирования ядерного вопроса, вынужден будет действовать в период тектонических трансформаций в иранской политике и экономике.

Источник: Stratfor, перевод Александра Свитыча


Загрузка...


Комментирование закрыто.