Ирак идет на дно: ситуация в декабре

В.П.Юрченко
Ирак идет на дно: ситуация в декабре

 

В декабре в различных районах Ирака активизировались действия террористов, что осложнило ситуацию в сфере безопасности. Наиболее крупные серии терактов были совершены в столице страны Багдаде, а также в городах Халис и Хилла. В целом развитие ситуации в Ираке ставит под все большее сомнение способность властей обеспечить в стране правопорядок и безопасность. Духовный лидер иракских шиитов Великий аятолла А. ас-Систани призвал местных политиков действовать в интересах восстановления безопасности в стране, т. к. нынешние теракты могут спровоцировать в Ираке масштабный конфликт.

[include id=»9″ title=»advert 5″]

По информации иракских правительственных органов, в декабре ноябре число жертв среди мирного населения от различных видов вооруженного насилия в стране вновь сократилось, составив убитыми 90 человек (в ноябре — 116 человек), а число раненых гражданских лиц составило 99 человек. Вместе с тем, эти цифры вызывают серьезное сомнение на фоне происходившего роста террористической активности в стране. Так, по информации тех же правительственных органов, только в результате серии терактов и обстрелов, совершенных 22 декабря в Багдаде число убитых гражданских лиц, а также военных и сотрудников полиции составило 72 человека, а 217 человек получили ранения.

В декабре на севере, в центре и на западе Ирака вооруженные нападения, обстрелы, теракты и другие вооруженные насильственные действия имели место в городах (и прилегающих к ним районах): Багдад, Киркук, Мосул, Эт-Таджи, Баакуба, Тикрит, Эль-Фаллуджа, Рамади, Эль-Искандерия, Абу-Грейб, Ширкат, Самарра, Туз-Хурмату, Эль-Мусаиб, Балад Руз, Эль-Латифийя, Дуджаиль, Талль-Афар, Эль-Мукдадия, Халис, Бухриз, Заху, Эз-Заб, Балад, Хан-Бани-Саад, Исхаки, Дулулуя, Дибис и в ряде других мест.

Ситуация в Багдаде и прилегающих к столице районах остается напряженной. В городе и его окрестностях регулярно происходят теракты, обстрелы, вооруженные нападения, захваты заложников и другие насильственные акции. 22 декабря в Багдаде террористы совершили беспрецедентную серию хорошо скоординированных нападений: в разных районах города с короткими временными интервалами произошло 16 терактов. Кроме того, экстремисты обстреляли из минометов несколько зданий. Главным образом, нападениям подверглись районы, населенные преимущественно шиитами. Причем теракты были совершены в утренние часы, когда многие жители столицы направлялись на работу. Десятки человек были убиты, а сотни — получили ранения.

Нестабильная, с элементами напряженности ситуация сохраняется в крупнейшем городе иракского севера – Мосуле и его окрестностях. Здесь регулярно продолжают совершаться вооруженные нападения, теракты и другие насильственные действия. В 2011 году в результате действий террористов в городе погибли примерно 130 гражданских лиц и около 180 полицейских и военнослужащих.

В соседнем Киркуке в декабре отмечена повышенная активность террористов и боевиков. Напряженная ситуация в городе в значительной степени вызвано сохраняющимся в городе противостоянием арабского и туркоманского населения с курдами.

Напряженная обстановка сохраняется в западной провинции Анбар и в северо-восточной провинции Дияла, где продолжают активно действовать террористы боевики различных экстремистских группировок.

На юге Ирака в декабре вооруженные нападения, теракты и другие насильственные действия имели место в городах (и прилегающих к ним районах) Басра, Хилла, Кербела, Джурф-эс-Сакр и в некоторых других местах. В городе Хилла в результате террористического нападения, совершенного 5 декабря, погибли 22 и получили ранения около 60 человек. Крупный теракт был совершен в декабре на нефтепроводе недалеко от Басры.

В минувшем месяце самолеты турецких ВВС нанесли удар по местам расположения боевиков сепаратистской Курдской рабочей партии на севере Ирака.

Во внутренних районах иракской курдской автономии в декабре ситуация в целом сохранялась стабильной.

Нынешнее обострение шиитско-суннитских противоречий может привести к дальнейшему ухудшению ситуации в сфере безопасности. Так, большая часть терактов и вооруженных нападений, совершенных в минувшем месяце, имела отчетливо выраженную конфессиональную направленность. Действия суннитских экстремистов стали ответом на акции шиитских властей против суннитских политиков. В то же время отмечается активность иракских шиитских вооруженных группировок, спонсируемых Ираном, не прекращаются нападения и убийства бойцов суннитских формирований «сахва».

Сохраняется опасность дестабилизации и без того напряженных отношений между арабами и курдами. Продолжаются различного рода притеснения в отношении проживающих в стране религиозных и национальных меньшинств (христиан, туркоманов, ассирийцев и др.). Эти акции преследуют в конечном итоге вполне определенную цель – вынудить «инородцев» покинуть страну. Представители меньшинств тем самым «получают послание, что Ирак – это не их страна, и они здесь не приветствуются. Это страна для суннитов, шиитов и курдов, но не для них».

По оценке американского эксперта-ближневосточника Э. Кордесмана, последние теракты в Багдаде и других местах показали, что суннитская экстремистская группировка «Исламское государство Ирак», которая взяла на себя ответственность за организацию взрывов в столице, поставила перед собой цель – разжечь религиозный конфликт. «По сути, эти акты спровоцировали новый раунд сектантской борьбы между суннитами и шиитами. Они были направлены на создание ситуации, при которой иракскому единству придет конец из-за страхов и возмущения многих суннитов правительством, в котором доминируют шииты». И хотя «Исламское государство Ирак» пытается позиционировать себя в качестве общеиракской организации, но на деле — это «полностью суннитская группировка», которая вербует боевиков в различных арабских государствах и «состоит как из иракцев, так и из иностранных бойцов из разных стран. Из их переписки мы знаем, что у них есть бойцы из Северной Африки, Саудовской Аравии, Йемена и других стран арабского мира». Руководство группировки заявляет, что продолжит защищать иракских суннитов от «иранских планов».

Террористы и боевики продолжают совершать вооруженные нападения, теракты и другие насильственные действия в отношении иракских политических деятелей различных рангов и ориентации, чиновников центральных и местных органов власти, военнослужащих, сотрудников полиции и служб безопасности, религиозных деятелей, судей, журналистов, преподавателей вузов, шейхов племен, иностранцев, работающих в Ираке. Жертвами вооруженного насилия часто становятся дети и предприниматели. Многие теракты совершаются боевиками-смертниками, подрывающими автомашины, начиненные взрывчаткой, в людных местах или вблизи различных государственных учреждений. Для обстрелов различных гражданских и военных объектов боевики используют минометы и ракеты. В ряде случаев террористы и боевики действуют, переодевшись в форму иракских военнослужащих или сотрудников полиции.

Не прекращаются нападения на здания иракских органов власти, объекты армии и МВД, представительства различных политических партий и организаций, банки, офисы иракских и иностранных фирм, медицинские учреждения, различные экономические и другие объекты.

Продолжаются похищения людей, т. ч. иностранцев с целью получения выкупа или по политическим мотивам. В целом похищение людей и рэкет остаются в Ираке прибыльным «бизнесом», борьба с которым не приводит к заметным успехам.

В различных районах Ирака активно действуют криминальные элементы, в т. ч организованные преступные группировки, причем зачастую они хорошо вооружены.

29 декабря представитель правительства Ирака сообщил, что несколько суннитских и шиитских вооруженных группировок изъявили желание сложить оружие и присоединиться к политическому процессу в стране. Речь, в частности, идет о «Бригадах революции 1920 года», «Исламской армии», «Армии моджахедов», «Сторонниках сунны», «Лиге праведников». Более того, было заявлено о том, что сторонники И. ад-Дурри – бывшего вице-президента Ирака в годы правления С. Хусейна – также согласились прекратить вооруженную борьбу и выйти из партии Баас. Ведется диалог и с шиитскими «Бригадами Хизбаллы».

По состоянию на 1 января 2012 года в силовых структурах Ирака числилось около 929,2 тыс. человек, в т. ч. в вооруженных силах 279,2 тыс. человек, в различных структурных подразделениях МВД – 645,8 тыс. человек и в Иракских специальных оперативных силах (подчиняются непосредственно главе правительства) – 4,2 тыс. человек.

Вооруженные силы Ирака состоят из сухопутных войск – 202,4 тыс. человек, ВВС – 5,1 тыс. человек, ВМС – 3,7 тыс. человек, учебных и вспомогательных частей – 68,0 тыс. человек.

В состав МВД входят: муниципальная полиция – 325,0 тыс. человек, федеральная полиция – 45,0 тыс. человек, полиция по охране нефтяных объектов – 31,0 тыс. человек, пограничная охрана — 60,0 тыс. человек, формирования по охране различных объектов – 95,0 тыс. человек, учебные и вспомогательные формирования – 89,8 тыс. человек.

По информации министерств обороны и внутренних дел Ирака, в декабре 2011 года потери военнослужащих и полицейских при проведении боевых и специальных операций, а также в ходе повседневной служебной деятельности составили убитыми 65 человек, в т. ч. 29 военнослужащих и 36 полицейских (в ноябре – 75 человек, в т. ч. 33 военнослужащих и 42 полицейских). Кроме того, ранения получили 180 человек, в т. ч. 88 военнослужащих и 92 полицейских.

По оценке американских военных «у иракцев по-прежнему есть большие пробелы в области обеспечения безопасности: плохо обстоят дела с ВВС и ПВО, защитой их нефтяных платформ, синхронизацией действий сухопутных войск с бронетанковыми силами и артиллерией». Иракской армии все еще «не хватает сплоченности, эффективной структуры командования, разведывательного потенциала, мобильности в воздухе, которые необходимы для быстрого и эффективного реагирования». В целом Ирак все еще не в состоянии «защищать свои границы».

5 декабря министерство обороны Ирака подписало с американской компанией «Локхид Мартин» контракт на сумму 835 млн долларов на приобретение 18 тактических истребителей F-16 Блок 52 (12 боевых машин серии F-16С и 6 учебно-боевых серии F-16D). Также американская сторона обеспечит техническое и логистическое обеспечение поставляемых в Ирак самолетов.

Кроме того, в декабре иракское военное ведомство разместило в США заказ на дополнительную партию из 18 истребителей F-16IQ. Сумма потенциальной сделки оценивается в 2,3 млрд долларов. Согласно новой заявке, иракцы, помимо самолетов, заказали также 24 двигателя F100-PW-229 или F100-GE-129IPE, 24 РЛС APG-68(v)9 с механическим сканированием, 19 20-мм пушек M61, 100 ракет «воздух-воздух» AIM-9L/M-8/9 «Сайдвиндер», 150 ракет «воздух-воздух» AIM-7M-F1/H «Спарроу», 50 ракет «воздух-земля» AGM-65D/G/H/K «Мейверик», 200 авиационных бомб GBU-12 «Пэйвэй II», 50 бомб GBU-10 «Пэйвэй II» и 50 бомб GBU-24 «Пэйвэй III». Кроме того, иракские ВВС намерены приобрести оборудование радиоэлектронной борьбы и противодействия, системы предупреждения об облучении, прицеливания, целеуказания и самозащиты. Напомним, что первую партию из 18 истребителей F-16IQ Ирак закупил в США в 2011 году.

В декабре министерство обороны Ирака подписало с турецкой компанией «Рокетсан» контракт на поставку 70-мм управляемых ракет «Сирит Сабах», которые будут использоваться на 24 вертолетах «Еврокоптер» EC635, закупленных во Франции в 2009 году. Поставка ракет начнется в 2012 году. Ракета «Сирит» разработана в 2009 году, а ее производство ведется с 2011 года. Изделия, оснащенные лазерной головкой самонаведения, способны поражать наземные цели на дальности до 8 км.

Начальник генштаба вооруженных сил Ирана генерал Х. Фирузабади сообщил о готовности иранской стороны к укреплению связей с Ираком в сфере безопасности и обороны после «вынужденного ухода американцев, вызванного решительностью сопротивления иракского народа и правительства». Соответствующее письмо генерал направил начальнику генштаба ВС Ирака генералу Б. Зибари и министру обороны Ирака С. аль-Дулайми.

По заявлениям американских экспертов, программа создания правоохранительных органов в Ираке все еще остается не выполненной. Более того, качество работы иракской полиции «стремительно ухудшается», она «становится все более политизированной и локальной». По причине неготовности полиции и других структур МВД фактически был сорван план правительства по выводу армейских частей к концу 2011 года из основных городов и передаче ответственности за безопасность полиции. Тем самым иракское МВД открыто расписалось в том, что оно еще не готово самостоятельно противостоять террористам и боевикам.

Таким образом, иракские силовые структуры «развиваются медленнее, чем планируется», но при этом «становятся все более политизированными», в них очень сильно ощущается влияние религиозных, национальных и племенных факторов. Армию и полицию разъедает всепроникающая коррупция. «Наиболее эффективные» подразделения силовиков подчиняются непосредственно главе правительства Н. аль-Малики, который руководит ими, основываясь на «телефонном праве».

{advert=1}

В декабре Ирак подписал с ООН соглашение, предусматривающее переселение из страны нескольких тысяч обитателей лагеря Ашраф, где находится база иранской Организации моджахедов иранского народа, ведущей борьбу против нынешнего режима в Тегеране. В соответствии с соглашением правительство Ирака переведет обитателей лагеря во временный транзитный пункт, где Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев начнет процесс определения статуса беженца, что является необходимым первым шагом для переселения иранских граждан за пределы Ирака. Соглашение закрепляет «четкое обязательство правительства Ирака обеспечить охрану и безопасность жителей в новом месте». Переселение будет носить добровольный характер.

15 декабря в Багдаде в присутствии главы Пентагона Л. Панетты, председателя Комитета начальников штабов ВС США генерала М. Демпси, главы Объединенного центрального командования ВС США генерала Дж. Мэттиса и посла США в Ираке Дж. Джеффри состоялась официальная церемония завершения американской военной миссии в Ираке. Иракскую сторону на церемонии представляли спикер министерства обороны М. аль-Аскари и начальник генштаба ВС Ирака генерал Б. Зибари. 16 декабря ВС США передали местным властям свою последнюю военную базу в Ираке в городе Эн-Насирия, а 18 декабря иракскую территорию покинул последний американский солдат.

Всего за период с марта 2003 года по декабрь 2011 года через Ирак прошли более 1,5 млн военнослужащих ВС США. Их официальные потери в этой стране составили 4487 человек убитыми и 32226 человек ранеными. При этом 3528 человек погибли в ходе боевых действий или от терактов, а 959 человек – в результате различных происшествий, не связанных с непосредственным участием в боевых операциях. Кроме того, один американский военнослужащий продолжает числиться пропавшим без вести.

Потери иракцев, по самым минимальным подсчетам, составили 126 тыс. погибших гражданских лиц, около 20 тыс. военнослужащих и полицейских, а также примерно 19 тыс. боевиков различных национальностей.

По данным Исследовательской службы Конгресса США, к концу 2011 финансового года расходы Соединенных Штатов на войну в Ираке составят 802 млрд долларов, причем 747,6 млрд долларов из этих средств уже освоено. В то же время лауреат Нобелевской премии экономист Дж. Стиглиц и Л. Билмз из Гарвардского университета считают, что, учитывая эффект войны на экономику США, ее реальная цена составляет около трех триллионов долларов.

После вывода войск в офисе сотрудничества по безопасности с Ираком посольства США в Багдаде будут работать 157 американских военнослужащих и 763 гражданских специалиста, задачей которых является обучение иракских силовиков главным образом использованию вооружения и военной техники, приобретенной Ираком в Соединенных Штатах.

Отношение иракцев к уходу американских США было неоднозначным. В связи с этим событием в различных городах Ирака прошли массовые демонстрации и митинги, на которых местное население приветствовало вывод ВС США. В то же время против ухода из страны американских войск выступали ведущие курдские политики. Заместитель премьер-министра Ирака С. аль-Мутлак (суннит) заявил 16 декабря, что Америка должна была вывести свои войска из страны, оставив после себя хотя бы подобие стабильности. Фактически же США «стремительно бегут из Ирака», а после них не остается никаких стабильных политических механизмов и реальна возможность начала гражданской войны, которая расколет страну.

17 декабря завершила свою деятельность в Ираке военная миссия НАТО. Переговоры о продлении сроков пребывания в стране действовавшей около восемь лет миссии зашли в тупик из-за разногласий с иракским правительством по вопросу о предоставлении советникам НАТО иммунитета от судебного преследования. В Ираке по состоянию на начало декабря 2011 года работало около 130 советников из 13 стран НАТО и Украины. Начиная с 2004 года, миссия Североатлантического союза подготовила свыше 5000 местных военнослужащих и более 10000 полицейских, а еще почти 2000 человек для иракских сил безопасности были подготовлены за пределами Ирака, в различных странах НАТО. Североатлантический альянс предоставил правительству Ирака военную технику на сумму свыше 115 млн евро. Кроме того, на обучение кадров национальных сил безопасности в специальный трастовый фонд союзниками по НАТО было перечислено 17,7 млн евро.

Таким образом, в декабре 2011 года ситуация в сфере безопасности в Ираке осложнилась. В стране продолжали активизировать свою деятельность террористические и экстремистские группировки различной ориентации. Американские разведывательные службы предупреждают, что после ухода из Ирака войск США эта страна «может погрузиться» в «межконфессиональное насилие».

Внутриполитическая ситуация в Ираке в декабре 2011 года серьезно обострилась. Страна вновь оказалась в состоянии глубокого политического кризиса, вызванного новым обострением противоречий и борьбы за власть между ведущими иракскими политическими силами.

По мнению многих экспертов, после окончания американской оккупации у премьер-министра Ирака и лидера умеренной шиитской исламистской партии «Ад-Даава аль-исламий» («Исламский призыв») Н. аль-Малики больше нет причин маскировать свои притязания на всю полноту власти в стране.

До ухода вооруженных сил США глава правительства выжидал с тотальной атакой на суннитских оппонентов. При этом Н. аль-Малики спланировал собственную игру, «скрывавшуюся» от американских союзников, которую в настоящее время он ведет уже открыто, энергично приступив к овладению всеми рычагами власти путем устрашения и арестов своих политических противников, большинство из которых принадлежит к суннитскому меньшинству. Сотни людей попали за решетку в последние два месяца по обвинению в принадлежности к правившей при С. Хусейне партии Баас. Также арестовано примерно 30 приверженцев бывшего премьер-министра Ирака А. Алауи, который, кстати, является шиитом. И вот в середине декабря начат «огонь по штабам» — наиболее влиятельным суннитским политикам вице-премьеру С. аль-Мутлаку и вице-президенту Ирака Т. аль-Хашими, а любому заметному суннитскому политику грозит обвинение либо в баасизме, либо в терроризме. Некоторые эксперты полагают, что шиитское руководство не решилось бы инициировать нынешний кризис без негласной поддержки Тегерана.

Со своей стороны, сунниты опасаются, что консолидация всей власти в руках шиитских политиков во главе с премьер-министром окончательно превратит их в граждан второго сорта. В то же время имеются предположения насчет того, что иракских суннитов к более активному противодействию политике правительства Н. аль-Малики могли подтолкнуть правящие круги Саудовской Аравии, недовольные поддержкой, которую официальный Багдад оказывает сирийскому режиму во главе с президентом Б. Асадом, а также не желающие окончательного утверждения во власти в соседней стране шиитов и дальнейшего усиления иранского влияния в соседнем Ираке.

17 декабря, за день до завершения вывода американских войск из страны, руководство ведущего оппозиционного блока «Аль-Иракия» во главе с А. Алауи объявило о приостановке своей деятельности в парламенте «до особого уведомления» в знак протеста против узурпации власти в руках нынешнего главы правительства Н. аль-Малики. Оппозиционер также обвинили премьер-министра в отказе от ранее данных обещаний по формированию специального политического органа для А. Алауи, в установлении единоличного контроля над силовыми структурами и т. д. Лидеры «Аль-Иракии» также пригрозили отозвать из правительства девять своих министров, которые также приостановили свою деятельность. Одновременно оппозиция призвала к проведению «круглого стола» для поиска решений в поддержку «демократии и гражданских институтов» в Ираке.

18 декабря Н. аль-Малики обратился к парламенту с предложением лишить полномочий своего заместителя С. аль-Мутлака, обвинив его в срыве процесса политического урегулирования в стране. Кроме того, С. аль-Мутлак публично назвал главу правительства «диктатором хуже Саддама Хусейна». В этот же день власти запретили вице-президенту Ирака и лидеру Исламской партии Ирака Т. аль-Хашими (сунниту) выезжать за пределы страны, т. к. ему были предъявлены обвинения в причастности к террористической деятельности. Соответствующие показания были получены в МВД от трех арестованных охранников вице-президента. Затем власти выдали ордер на арест Т. аль-Хашими, который укрылся на территории иракской курдской автономии и категорически отвергает предъявленные ему обвинения, называя их «политически мотивированными», а себя – «жертвой преследований со стороны правительства Нури аль-Малики». Также Т. аль-Хашими отказывается предстать перед иракским судом, объясняя это тем, что нынешняя судебная система Ирака «находится в кармане» Н. аль-Малики. Вместе с тем, он заявил, что готов предстать перед судом, если процесс будет проходить на территории Иракского Курдистана. Т. аль-Хашими также сообщил, что пока не собирается уезжать из Ирака, однако не исключил такой возможности в случае возникновения угрозы его жизни.

Лидер «Аль-Иракии» А. Алауи считает обвинения в адрес Т. аль-Хашими «сфабрикованными». Аналогичную позицию занимает и спикер Иракского парламента У. ан-Нуджайфи (суннит). Кроме того, блок «Аль-Иракия» и ряд видных суннитских политиков высказался за отставку нынешнего премьер-министра. В то же время у руководства двух главных курдских партий — Демократической партии Курдистана (лидер – президент автономии М. Барзани) и Патриотического союза Курдистана (лидер – президент Ирака Дж. Талабани) — имеются некоторые различия в позиции по отношению к нынешнему политическому кризису в стране. Так, М. Барзани поддерживает Т. аль-Хашими, в то время как Дж. Талабани больше склоняется в сторону Н. аль-Малики, хотя и предоставил убежище беглому вице-президенту в Эрбиле. Кроме того, М. Барзани назвал законными требования жителей суннитских провинций о предоставлении им автономии, т. к. «это право им гарантирует федеральная конституция». По словам курдского политика, если в ближайшее время не будет найден выход из тупика, то неизбежным станет проведение в Ираке внеочередных всеобщих выборов. Отметим также, что оба ведущих курдских политика активно посредничают в деле урегулирования кризиса.

В ряде городов с преимущественно суннитским населением в декабре прошли массовые демонстрации, участники которых осуждали действия правительства Н. аль-Малики и требовали прекратить преследования С. аль-Мутлака и Т. аль-Хашими.

{advert=7}

Союзник Н. аль-Малики по правящей коалиции, но при этом его постоянный критик радикальный шиитский лидер М. ас-Садр выступил за политическое разрешение возникшей кризисной ситуации «в интересах всех иракцев», назвав «несправедливой и опасной» наметившуюся тенденцию к концентрации власти в одних руках. При этом сторонники М. ас-Садра считают, что новые выборы – единственный путь решения продолжающих обостряться политических проблем, поскольку действующее правительство «не может предложить варианты решения» проблем, которые «могут расколоть страну». В то же время М. ас-Садр призывает действующего премьер-министра не ограничиваться полумерами в отношении суннитской оппозиции и указывает ему на необходимость в ответ на ее «забастовку» в правительстве и парламенте вообще разогнать протестующих депутатов и министров. Вместе с тем, сторонники радикального шиитского политика заявили о своем отказе занять посты министров из блока «Аль-Иракия», в случае их ухода в отставку.

Н. аль-Малики потребовал от властей курдской автономии выдать бежавшего Т. аль-Хашими Багдаду, утверждая, что его дело является уголовным, а не политическим. Одновременно глава правительства сообщил, что в его распоряжении имеется информация о причастности ряда иракских политиков к насильственным действиям и другим нарушениям закона, однако пока воздержался от оглашения их имен. Кроме того, Н. аль-Малики заявил, что назначит других министров, если члены кабинета из блока «Аль-Иракия» не возобновят работу в правительстве, а также пригрозил сформировать правительство без участия «Аль-Иракии».

Нынешнее обострение ситуации в Ираке заметно активизировало действия США и Ирана в этой стране. В Вашингтоне с повышенной тревогой наблюдают за стремительным развитием политического кризиса в Багдаде. Вашингтонская администрация опасается, что созданные ею иракские государственные институты и силовые структуры могут превратиться в инструменты подавления демократии. Вице-президент США Дж. Байден, курирующий в администрации Б. Обамы «иракское досье», провел телефонные переговоры с ведущими политиками Ирака, призвав их «работать над преодолением трудностей вместе». По сообщениям СМИ, в Багдад для переговоров с Н. аль-Малики прилетал глава ЦРУ генерал Д. Петрэус, который ранее занимал пост командующего войсками США в Ираке.

По информации СМИ, иракские политические партии контактируют с Ираном по вопросам разрешения нынешней кризисной ситуации. В частности, сообщается, что курдские лидеры М. Барзани и Дж. Талабани приняли иранскую делегацию во главе с заместителем командующего силами «Кудс» С. Моджади, в состав которой входили высокопоставленные офицеры разведки и вооруженных сил ИРИ.

Министр иностранных дел Турции А. Давутоглу заявил, что Анкара исключает возможность причастности Т. аль-Хашими к террористическим актам в Ираке. А. Давутоглу также сообщил, что Турция готова принять иракского вице-президента у себя, но считает, что ему лучше «оставаться в Ираке».

События, происходящие в Сирии, и вывод американских войск усилили тенденцию к автономии суннитских провинций Ирака. В то же время Н. аль-Малики усматривает в действиях своих оппонентов «подрывной характер» и «религиозный подтекст». Шиитские политики пытаются если не сорвать, то приостановить этот процесс. В декабре шииты, проживающие в преимущественно суннитской провинции Дияла на северо-востоке страны, провели в административном центре региона г. Баакуба массовую демонстрацию, требуя от провинциального совета отозвать декларацию о предоставлении провинции автономии. Демонстрация была разогнана местной полицией.

Таким образом, по состоянию на начало января 2012 года, все попытки разрешить острый политический кризис в Ираке не привели к успеху. Ситуация даже осложнилась после отрицательного ответа Н. аль-Малики на предложение М. Барзани созвать в столице курдской автономии Эрбиле встречу по общенациональному диалогу. Глава кабинета настаивает на проведении такого форума в Багдаде.

Отметим, что нынешний иракский политический кризис чреват очень серьезными последствиями. В качестве предельного варианта можно говорить о возможности развязывания в стране гражданской войны между суннитами и шиитами с весьма вероятным втягиванием в нее курдов. Причем итоги этой войны очень трудно предсказать, но, скорее всего, Ирак, как единое государство, исчезнет с карты мира. Другое последствие кризиса — удар по престижу США, которые с 2003 года «проводили насильственную демократизацию общества с чуждыми им и плохо знакомыми традициями, положив за это время четыре с половиной тысячи американских солдат и угробив в иракских песках более триллиона долларов».

В целом сложной остается экономическое положение страны. У многих экспертов не ослабевают сомнения по поводу того, как правительство регулирует деятельность тех или иных областей экономики.

Очень тяжелая ситуация сложилось в иракском сельском хозяйстве. В нем занято примерно 22 проц трудоспособного населения, но оно дает лишь 9,7 проц от ВВП. В настоящее время в Ираке лишь половина земель пригодна для ведения сельскохозяйственной деятельности, а в ближайшие годы их площадь может сократиться в несколько раз. Все острее ощущается дефицит водных ресурсов, что во многом связано с нерешенностью проблем их распределения между Ираком, Турцией и Ираном. Не хватает транспорта, для вывоза производимой продукции, специализированных хранилищ. В итоге иракцы все сильнее ощущают перебои с продовольствием. Одна из главных причин бедственного состояния сельского хозяйства — опустынивание, борьба с которым малоэффективна.

Вместе с тем, Международный валютный фонд позитивно оценивает перспективы развития иракской экономики. Так, по данным МВФ, если в 2009 году экономический рост в стране составил 4,2 проц, в 2010 году – 0,8 проц, то в 2011 году этот показатель резко возрос, составив 9,6 проц, а на период до 2016 года эксперты Фонда планируют средний годовой экономический рост в Ираке в пределах 9 процентов. Высокую оценку МВФ получил проект государственного бюджета страны на 2012 год в размере примерно 100 млрд долларов, который будет способствовать тому, чтобы действующая программа помощи Фонда позволяла проводить необходимые реформы в случае падения мировых цен на нефть. «Проект бюджета ограничивает рост расходов и в то же время высвобождает ресурсы для инвестиций в инфраструктуру и социальную сферу». Глава МВФ К. Лагард подчеркнула готовность «помогать Ираку в его усилиях по ускорению экономического роста, созданию условий по развитию рынка труда и повышению уровня жизни для всех иракцев».

Наиболее успешно продолжает развиваться нефтяная отрасль. В конце 2011 года объем добычи нефти в Ираке достиг трех миллионов баррелей в сутки, что является рекордным показателем, как минимум, за 20 последних лет. В то же время зарубежные эксперты считают, что увеличение добычи нефти в стране будет происходить медленнее, чем предполагают в иракском министерстве нефти. А это может создать существенные трудности для национальной экономики. Ведь нефтяной сектор обеспечивает до 90 процентов государственных доходов и до 80 процентов поступлений иностранной валюты.

Очень сложной остается социальная ситуация в Ираке. По данным министерства планирования, около 23 процентов населения страны живет за чертой бедности. Официально уровень безработицы оценивается в 18 процентов, но по неофициальным оценкам этот показатель составляет 28 или даже 40 процентов. Особую опасность представляет рост безработицы среди молодежи. Прирост населения заметно опережает темпы создания новых рабочих мест.

Нехватка электроэнергии приводит к регулярным отключениям подачи электричества населению и различным объектам. Более 70 процентов населения Ирака ощущают нехватку питьевой воды. Как результат, в стране все чаще фиксируют распространение таких опасных заболеваний как холера, сибирская язва, вирусный гепатит, корь, дифтерия, туберкулез. Растет детская смертность. Страна страдает от нехватки врачей, причем 70 процентов больниц не имеет необходимого оборудования. Растущее недовольство иракцев вызывает сокращение рациона продовольственных пайков, выдаваемых беднейшим слоям населения, всеобщая коррупция, неэффективность работы государственного аппарата. Несомненно, что все это создает питательную почву для радикализма.

Таким образом, в декабре 2011 года внутриполитическая обстановка в Ираке серьезно осложнилась. Страна в очередной раз оказалась в состоянии глубокого политического кризиса.

В декабре 2011 года в сфере внешней политики иракское руководство по-прежнему уделяло наибольшее внимание отношениям с США и сирийскому направлению.

В декабре главным в иракско-американских отношениях стало завершение вывода войск США из Ирака и обсуждение вопросов, связанных с дальнейшим развитием отношений между двумя государствами.

С этой целью премьер-министр Ирака Н. аль-Малики посетил Соединенные Штаты с официальным визитом, где провел переговоры с президентом Б. Обамой и другими высокопоставленными деятелями американской администрации. По итогам двусторонних переговоров президент США Б. Обама заявил, что после вывода войск американо-иракские отношения не пойдут на спад и «Багдад не останется один на один со своим будущим», т. к. будут иметь в лице Америки «постоянного партнера» и надежного союзника. Вашингтон планирует «усилить демократические институты в Ираке, расширить научно-технический обмен, а также увеличить объем торговли» между двумя странами. Кроме того, планируется «упростить межчеловеческое общение между нашими гражданами посредством образовательных программ». По словам Н. аль-Малики, в самое ближайшее время США и Ирак подпишут ряд документов в сфере двустороннего экономического и политического сотрудничества «на основе обоюдного уважения к суверенитету». Глава иракского правительства предложил американским компаниям оказать помощь в восстановлении его страны, подчеркнув, что ведущую роль в определении будущего Ирака играют не генералы, а корпорации и лидеры бизнес-сообщества. Вместе с тем, по словам Н. аль-Малики, иракские власти не удовлетворены нынешним малым числом американских компаний в стране и хотят, чтобы их было больше. Иракский премьер поблагодарил США за взятые на себя обязательства, отметив, что две страны должны продолжать сотрудничество, особенно в вопросах борьбы с терроризмом, подготовки сил безопасности и оснащения иракской армии.

{advert=2}

Н. аль-Малики и Б. Обама обсудили и сирийский вопрос. Причем, по словам главы Белого дома, у сторон несколько разные подходы к решению этой проблемы. Н. аль-Малики заявил в Вашингтоне, что Ирак выступает против любой интервенции в Сирию. Глава правительства Ирака также подтвердил, что в Багдаде намерены решительно противостоять любым попыткам Ирана вмешиваться в иракские дела страны после ухода американских войск и, если ранее Иран «оправдывал свои действия тем, что присутствие войск США в Ираке создает угрозу (иранской) национальной безопасности, то теперь эта опасность позади». С учетом этого фактора «все оправдания, расчеты, возможности для вмешательства во внутренние дела Ирака под другими лозунгами» являются несостоятельными.

По информации СМИ, в ближайшие семь лет американский бизнес намерен инвестировать в Ирак, в основном нефтегазовую отрасль, более 200 млрд. долларов. Для обеспечения реализации этих планов и «присмотра» за иракцами в Ираке останется 16-тысячный контингент американских дипломатов и частных охранников, которые фактически и будут обеспечивать американское военно-политическое присутствие в этой стране. Эти «дипломатические» экспедиционные силы, обладающие необходимым иммунитетом, будут размещены на четырех главных (в Багдаде, Басре, Эрбиле и Киркуке) и семи второстепенных объектах, более похожих на крепости или военные базы. Кроме того, нанимаются специальные фирмы, которые обеспечат авиационную поддержку и проводку дипломатических конвоев. Предполагаемая стоимость содержания расширенной дипломатической миссии составит около 3,8 млрд долларов.

В то же время, по словам Н. аль-Малики, штат американского посольства в Багдаде составляет от 1,5 до 2 тыс. человек. При этом число американских дипломатов может быть либо увеличено, либо сокращено по просьбе иракской стороны.

Радикальный шиитский лидер М. ас-Садр резко раскритиковал Н. аль-Малики за его «унизительный для иракцев» визит в Вашингтон и, особенно, за возложение венка на Арлингтонское мемориальном кладбище, где находятся могилы американских военнослужащих, погибших в Ираке. По словам шиитского деятеля, премьер-министр этим поступком «переступил через реки крови, пролитой американцами на иракской земле».

В минувшем месяце иракское правительство продолжало активно действовать на сирийском направлении. Так, в декабре в Дамаске побывали личные представители премьер-министра Ирака Н. аль-Малики во главе с советником по национальной безопасности Ф. аль-Файядом, которых принял президент Сирии Б. Асад. Посреднические усилия Багдада способствовали тому, что Дамаск согласился на прибытие в Сирию миссии наблюдателей от Лиги арабских государств. Иракские власти пытались посредничать и в налаживании диалога между сирийским правящим режимом и оппозиционными силами, однако успеха здесь достигнуто не было.

Характер действий Ирака на сирийском направлении во многом продиктован стремлением сохранить тесные торгово-экономические связи с соседней страной, учитывая, что в 2010 году товарооборот между САР и Ираком достиг 5 млрд долларов. «Мы выступаем против кровопролития и разделяем обеспокоенность ЛАГ, но воздерживаемся от введения санкций против Дамаска, исходя из своего географического положения, заинтересованности в партнерстве и по причине присутствия в этой стране большой иракской общины», — подчеркнул министр иностранных дел Ирака Х. Зибари. Комментируя решение ЛАГ о введении санкций против Сирии, Н. аль-Малики заявил, что международные экономические санкции и блокада, которые были введены в свое время против Ирака из-за политики С. Хусейна, причинили «вред не бывшему режиму, а иракскому народу». Поэтому сейчас «мы отказываемся от введения экономических санкций в отношении любой другой страны, независимо от причин. Потому что они влияют не на режимы, а на народы». Глава иракского правительства также предостерег арабские государства от недооценки той опасности, которую влечет для региона дестабилизация ситуации в Сирии: «Те страны, которые думают, что они далеки от ветров перемен, дующих в регионе, могут оказаться в самом центре шторма». Н. аль-Малики считает, что падение режима президента Б. Асада может привести к крупному межконфессиональному конфликту в регионе. Кроме того, власти Ирака опасаются, что возможный приход к власти в Сирии правительства суннитов может способствовать активизации сепаратистских группировок в соседней иракской провинции Анбар, населенной преимущественно суннитами.

Ирак не разрешил Иордании использовать его территорию для транзита грузового транспорта в Турцию в обход Сирии, т. к. «не хочет участвовать в проектах, затрагивающих экономику Сирии и интересы сирийского народа».

В то же время ряд иракских суннитских политиков поддерживают борьбу сирийской оппозиции против правящего в Сирии алавитского режима. Также имеется информация о том, что иракские радикальные суннитские группировки направляют в соседнюю страну деньги, оружие и боевиков.

Иран всячески стремится упрочить свои позиции в Ираке после ухода оттуда войск США. В то же время в Вашингтоне считают, что, несмотря на все приложенные ранее усилия, иранские власти так и не смогли распространить свое политическое влияние на соседнюю страну. Американская администрация уверена, что подобная ситуация сохранится и в дальнейшем. Что же касается утверждений о проиранской направленности политики Н. аль-Малики, то в Вашингтоне изначально не считали иракского премьер-министра проиранской фигурой, «как, впрочем, и многих шиитов». Однако борьба с суннитами за власть так или иначе вынуждает его правительство принимать в том или ином виде иранскую помощь.

Сложными остаются отношения Ирака с Кувейтом. Совет Безопасности ООН 16 декабря призвал Ирак принять меры к нормализации отношений с этой страной. Как отмечают в ООН, до сих пор остается неизвестной судьба многих жителей Кувейта и иностранцев, пропавших во время иракской агрессии 1990-1991 годов. Неизвестно также местонахождение многих материальных ценностей и большей части государственного архива Кувейта. Новое иракское правительство пообещало выполнять обязательства, наложенные на Ирак в соответствии с международными резолюциями, однако, как говорится в недавнем докладе ООН, за прошедшие два года власти в Багдаде ничего не сделали в этом направлении. Ирак все еще остается должен Кувейту почти 20 млрд долларов в качестве компенсации за ущерб, причиненный в ходе войны и оккупации. Два государства до сих пор не заключили договор о демаркации границ между ними. Отношения Ирака с Кувейтом обострились в последнее время в связи со строительством Кувейтом порта Мубарак на острове Бубиян вблизи иракских территориальных вод. Ирак расценил это строительство как угрозу его национальным интересам.

На декабрьском саммите Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива в Эр-Рияде руководители аравийских монархий выразили поддержку Кувейту и высказались за то, чтобы Ирак соблюдал положения резолюций Совета Безопасности ООН, согласно которым была определена иракско-кувейтская граница. С точки зрения стран-членов ССАГПЗ, Кувейт строит порт на своей территории, в пределах его территориальных вод, и, соблюдая границу, которая была обозначена в соответствии с решениями ООН. Также была подчеркнута необходимость полной выплаты Ираком компенсаций Кувейту. Кроме того, от Ирака потребовали предоставить Кувейту сведения о военнопленных и пропавших без вести гражданах Кувейта и других стран, которые были угнаны в Ирак, а также вернуть кувейтское имущество, в первую очередь, национальный архив Кувейта, похищенные в период иракской оккупации страны.

Саудовская Аравия заявила о готовности после ухода американцев из Ирака активизировать свои связи и контакты с Багдадом, чтобы «сохранить эту страну как часть арабского мира». 11 декабря премьер-министр Ирака Н. аль-Малики обвинил Турцию во вмешательстве во внутренние дела его страны, поддержке «различных личностей и блоков». «Мы приветствуем их на экономическом фронте, однако отрицательно оцениваем в политической сфере», — подчеркнул Н. аль-Малики.

Совет (министров) Евросоюза 22 декабря выдал разрешение на подписание соглашения о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Ираком. Данное соглашение станет первым контрактным документом в истории отношений Европейский союз — Ирак. Документ закладывает основу как для активизации двусторонних торгово-экономических связей и обеспечения притока инвестиций, в частности в энергетику и сектор услуг, так и для противодействия терроризму и распространению оружия массового поражения. О дате подписания документа не сообщается.

Выступая 31 декабря на праздновании в честь завершения вывода из страны американских войск, премьер-министр Ирака Н. аль-Малики подчеркнул стремление Багдада иметь хорошие отношения со всеми соседними государствами и намерение работать в интересах реорганизации «арабского дома» в интересах всех его жителей. Также было заявлено о желании Ирака строить сбалансированные отношения со всеми странами мира на основе взаимных интересов и невмешательства во внутренние дела. Ирак, как было отмечено, продолжит политику позитивного нейтралитета в отношении региональных и международных конфликтов, будет активно действовать по снижению региональной напряженности.

Таким образом, в декабре 2012 года военно-политическая обстановка в Ираке заметно осложнилась. После ухода из страны американских войск премьер-министр Н. аль-Малики открыто взял курс на монополизацию властных полномочий в своих руках, на прямое подавление своих политических оппонентов, главным образом из числа ведущих суннитских политиков, что усилило политическую напряженность в стране, привело к очередному глубокому политическому кризису. На этом фоне продолжали активизировать свою деятельность террористические и экстремистские группировки различной ориентации, ухудшилась ситуация в сфере безопасности.

Источник: Институт Ближнего Востока

[include id=»7″ title=»advert 10″]

 


Комментирование закрыто.