Индийский прецедент – не случайность, а уже закономерность российского ВПК

Константин Румский, для "Хвилі"

Su-30-MKI ВВС Индии

В августе этого года практически незамеченной осталась некогда весьма памятная и скорее даже эпохальная дата – ровно четверть века назад в Москве состоялось жалкое подобие вооружённого отстранения от верховной власти в СССР условной группировкой «ретроградов-патриотов» условной же группировки «прогорбачёвских реформаторов».

Как это зачастую бывает про планировании и реализации подобного рода сложных мероприятий неподготовленными людьми, которые слабо ориентируются в стремительно меняющихся обстоятельствах и реалиях, проигравшими оказались обе условные группировки, а победу праздновали более агрессивные товарищи третьей стороны, то есть команды Бориса Ельцина, которые приняли совершено рациональное и весьма дальновидное решение – не продолжать бороться за власть в СССР, а легко получить её в РСФСР.

Данное решение было безоговорочно поддержано действующими на то время союзными республиканскими руководителями, которые и определили дальнейшую судьбу СССР – уже в декабре 1991 года первое в мире социалистического государство, занимавшее 1/6 часть суши, прекратило своё существование, а на его месте образовались 15 новых государств во главе с теми же самыми руководителями, пришедшими к власти ещё во времена существования СССР.

Вместе с независимостью новообразованные страны стали обладателями частей всесоюзного народнохозяйственного комплекса, в частности на территории практически каждой из них остались предприятия некогда самого мощного в мире военно-промышленного комплекса – щита СССР.

Наследие Союза

Поначалу судьба этих суверенных осколков ВПК была совершенно безрадостной – предприятия союзного ВПК практически прекратили выпуск военной продукции, сосредоточившись на утопической идее конверсии.

Однако в ситуацию внезапно вмешались международные торговцы военной техникой – посредники и агенты. Эти проворные дельцы всё чаще и чащё стали появляться неподалёку от министерств обороны РФ, Беларуси, Украины, Азербайджана, Казахстана и прочих с выгодными предложениями о покупке готовых видов вооружений и боеприпасов с целью их дальнейшей перепродажи в страны Африки, Азии и Ближнего Востока.

Так как подобного рода техники было хоть пруд пруди. В случае с Украиной был даже её неимоверный излишек, так как вся военная техника ВС СССР, выведенная с территорий стран Варшавского Договора, попросту была оставлена на её территории, а средства за её продажу неожиданно оказались весьма значительными, то руководителями стран СНГ немедленно были приняты решения подчинить себе стихийно возникшую и такую финансово-привлекательную отрасль как военно-техническое сотрудничество (ВТС) с иностранными государствами – были созданы уполномоченные государственные посредники для экспорта вооружений и военной техники.

Разумеется, в условиях буйного расцвета астрономических посреднических процентов для государственных спецэкспортёров на теме конверсии был поставлен жирный крест, а экономический курс стран СНГ теперь всячески поощрял развитие собственных предприятий ВПК.

Однако не всё сразу получалось гладко: в свое время руководство СССР, памятуя горький опыт оккупации европейской части страны в 1941-43 годах, размещало предприятия союзного ВПК таким образом, дабы вероятный противник, вновь вероятно оккупируя часть страны, не смог наладить полноценного и замкнутого производственного цикла на захваченных предприятиях. Поэтому, к примеру, если танки производились в Харькове, то катки к ним – в Верхней Салде Свердловской области, пушки – в Волгограде, Перми и Горьком, а боеприпасы – в Копейске Челябинской области.

Это обстоятельство сильно осложняло работу предприятий ВПК стран СНГ, по производству некоторых видов вооружений одни государства критически зависели от иных. Совсем академические примеры: РФ до сих пор производит и экспортирует истребители, но ракеты к ним изготовляются в Украине, идентичная зависимость РФ от Беларуси – последняя производит колёсные шасси для пресловутого ракетного комплекса «Тополь-М», который, как известно «санкций не боится», двигатели для всех российских вертолётов также производятся в Украине. Однако с течением времени было найдено хоть и половинчатое, но решение этого вопроса – подписаны многочисленные межправительственные соглашения о кооперации в сфере ВПК, которые позволяли размещать каждой из стран заказы на территории иного государства СНГ при нулевой ставке налогообложения.

Помимо всего прочего такое положение дел оказалось очень выгодным РФ – Кремль первым осознал, что кроме нефти и газа можно использовать в своих политических целях и зависимость от поставки комплектующих для вооружений, однажды шокировав «братскую» Украину отказом поставлять для неё 125мм пушки, необходимые для установки на танки Т-80УД, которые предполагалось поставлять в Пакистан (Украина тогда нашла выход из этой ситуации, однако, к сожалению, соответствующих выводов так и не сделала).

Немого позже примерно такой же сценарий был разыгран в вопросе поставок российских вооружений в Сирию и Армению. После получения аванса осуществлялись первые поставки, затем сделка замораживалась и иностранные партнёры становились заложниками новых условий, выдвигаемых Кремлём.

До поры до времени, такая схема кооперации устраивала все предприятия ВПК стран СНГ, но выстроенная за последние 15 лет конструкция практически одномоментно обвалилась в 2014 году.

Результатами российских действий по оккупации полуострова Крым и начала вооружённого вторжения на востоке Украины стали международные санкции, в том числе и по линии поставок товаров военного назначения, которые были наложены на РФ. Следующим сокрушительным ударом для предприятий ВПК РФ стали санкции уже от Украины, которая запретила украинским предприятиям осуществлять любую деятельность со страной-агрессором.

Реакция Кремля была прогнозируемой – «мол, не слишком-то и нужны вы нам все, скоро сами отмените и санкции, и извинитесь, и вообще – это вы во всём виноваты, а мы и без вас всех проживём, ведь сейчас-то мы уже встали с колен, «Крымнаш» и прочий набор вербальных небылиц и откровенных глупостей»…

Однако реальность вносит свои коррективы, а уж техника, тем более военная – и подавно.

Реалии нашего времени

Начиная анализ проблем, которые встали перед РФ после введения санкций в сфере ВПК, мы не можем не упомянуть о таком факторе, как выстраивание военно-технического сотрудничества с иностранными государствами.

Если новообразованные страны СНГ были вынуждены начинать свою деятельность в этой сфере, как говориться, с нуля, открывая для себя новые рынки, пытаясь на них закрепиться и упрочиться, вкладывая в эти мероприятия значительные средства и наполняя их политической составляющей и подчас конкурируя между собой, то РФ чувствовала себя на международном рынке ВТС вполне вольготно и раздольно.

Москва без всяких финансовых расходов и при полном отсутствии конкуренции замкнув на себя огромные объёмы поставок для всех традиционных и финансово состоятельных партнёров СССР, что позволяет ей уже около двух десятилетий прочно удерживать 2-е место в списке крупнейших экспортёров вооружений в мире. Вот лишь некоторые из них: Алжир, Египет, Китай, Ирак, Иран, Сирия, Вьетнам, Венесуэла, Ангола, Эфиопия ну и, разумеется, самый крупный алмаз в короне российского ВТС – Индия, которая до сих пор ежегодно радует кремлёвских коррупционеров контрактами на многие миллиарды долларов США.

Российская политическая доктрина всегда предполагала наличие сильной армии, поэтому будет несправедливо, если мы не отметим, что под руководством Путина на развитие собственных вооружённых сил направлялись значительные государственные ассигнования, армия и флот регулярно пополнялись новыми типами вооружений. Правда, вопрос их качества и внедрения новейших разработок в данном случае не столь принципиален.

Важным является то обстоятельство, что перевооружение армии и флота осуществлялось и поныне осуществляется ещё на кадровом и промышленном потенциалах, доставшихся РФ в наследство от СССР, развитие фундаментальной военной и технической наук не происходит, профильные ВУЗы, готовящие научные кадры для работы в конструкторских бюро и на специализированных предприятиях, либо уже ликвидированы, либо, образно говоря, существуют лишь на бумаге, ибо современная российская молодёжь своим жизненным путём выбирает отнюдь не научные изыскания в плохо отапливаемых помещениях середины 60-ых годов постройки.

Технологического перевооружения станочного парка и технологического оборудования также не произошло, куда ни кинь взглядом, всюду на предприятиях российского ВПК увидишь некогда полный достоинства шильдик «Сделано в СССР». Правда, стоит отметить, что на самых передовых и до сих пор функционирующих предприятиях иногда встречается ещё «Произведено в ГДР» или «Выпущено в Чехословакии», что рассматривается как более совершенное и качественное оборудование по сравнению с советским. Работники российских предприятий ВПК, подготовленные в эпоху существования СССР, тоже, к сожалению, не вечны, а замены им нет.

Проблем больше, чем кажется

Как следствие, зависимость РФ от поставок импортных комплектующих росла с каждым годом, а зависимость от таких комплектующих в сложных системах и агрегатах (радиолокационных, космических, авиационных, навигационных, управления огнём, баллистических вычислителях, спецсталям, сплавам, композитным материалам и прочим) стала просто всеобъемлющей.

Именно поэтому РФ до сих пор производит и продаёт по всему миру вооружения, созданные или спроектированные ещё во времена СССР, даже не планируя обременять себя созданием новейших и перспективных образцов.

Мало кто знает, но ещё в 1985 году в Нижнем Тагиле были завершены все необходимые работы над созданием технического проекта «Объекта 148», который по происшествии «всего лишь» 30 лет Кремль наконец-то смог представить миру как самую передовую российскую разработку – танк Т-14 «Армата».

К данному выбору РФ толкает не только отсутствие квалифицированного персонала, научного и промышленного потенциалов, а ещё и огромные запасы запасных частей, агрегатов, узлов и боеприпасов, доставшихся ей после распада СССР, запасы которых казались неисчерпаемы.

По оценкам специалистов, промышленная отсталость, отсутствие кадров, зависимость от импорта, международные санкции и отсутствие кооперации с украинскими предприятиями рано или поздно должны были привести к существенным проблемам в российском ВПК. Однако никто даже не мог предположить, что это произойдёт столь стремительно.

Хотя первые, казавшиеся случайными и досадными, проблемы появились ещё в сравнительно безоблачном 2007 году – Алжир, получив 15 истребителей МиГ-29СМТ, вернул их РФ, сославшись на огромное количество узлов и систем, изготовленных ещё в 80-90-е годы, что нарушало условия контракта.

Затем Чехия отказалась принимать поставленные ей вертолёты Ми-35 по той же самой причине.

Позже Индия отказалась принимать построенную в РФ подводную лодку «Синдувиджай».

Это всего лишь те конфликты, которые по своему градусу напряжённости стали достоянием общественности, о количестве технических проблем, которые конфиденциально решались путём снижения цены или замены уже поставленных изделий на корпоративном уровне, нам остаётся лишь догадываться.

Индийский «подарок»

Но в конце июля этого года случилось экстраординарное событие – индийская сторона внезапно обнародовала заключение аудиторского агентства (аудит проводился весной 2015 года) о техническом состоянии уже поставленных РФ 16-ти (из общего количества по контракту в 40 единиц) палубных истребителей МиГ-29К и МиГ-29КУБ, которые были приняты на вооружение в Индии.

Результаты оказались ошеломительными – 46 из 65 двигателей РД-33МК вышли из строя, российские специалисты, в 2015 году прибывшие в места несения службы данных истребителей, так и не смогли решить технические проблемы, связанные со складывающимся крыльями, на истребителях постоянно выходит из строя электродистанционная система управления ЛА, исправность истребителей ужасно мала и не соответствует заявленной в контракте.

Раскроем небольшую тайну: по приглашению отчаявшейся российской стороны авиационные специалисты из других стран также посещали Индию, пытаясь устранить, что называется, на колене выявленные дефекты, однако тщетно, ибо уровень технических проблем – критический.

Кроме того, в этом же аудиторском заключении изложена информация о техническом состоянии двухместных истребителей Су-30МКИ, которые были поставлены РФ в Индию немного ранее, что, впрочем, никоим образом не сказалось на их отвратительном качестве – из 210 единиц Су-30МКИ 120 регулярно находятся в ремонте, на истребителях фиксируются постоянные проблемы с той же самой электродистанционной системой управления, катапультами, приёмниками предупреждения о радиолокационном обнаружении, в ходе эксплуатации потеряно 7 истребителей, зафиксировано 35 выходов их строя двигателей, исправность самолётов составляет 55-60% против 75%, отмеченных в контракте.

Итогом очередного скандала с участием РФ в сфере ВТС стало вполне справедливое требование Индии бесплатно устранить все технические проблемы, зафиксированные на истребителях.

Пока реакции российской стороны не последовало, но можно предположить, что её фактически не будет.

И уж точно российская сторона не будет устранять выявленные дефекты и неисправности, на это у неё тривиально нет ни промышленных ресурсов, ни финансовых средств, ни квалифицированного персонала.

Скорее всего, индийская и российская стороны смогут прийти к промежуточному консенсусу: например, РФ вернёт уже полученные авансы в рамках подписанного контракта и стороны перелистнут эту неприятную страницу своего сотрудничества.

В тоже время перспектива индийского резкого отказа от российских вооружений, из которых на 70% состоит её армия и флот, всё-таки весьма маловероятна, хотя тенденции к этому уже наметилась – Дели и Вашингтон заявляют о перспективных совместных проектах в сфере ВТС. Москва же, в свою очередь, пытается давить на Дели путем банального шантажа, постоянно заявляя в последнее время об активизации масштабного ВТС с Исламабадом.




Комментирование закрыто.