Дональд Трамп и дары НАТО: в чём проблема брюссельского саммита?

Илия Куса, Украинский институт будущего, "Хвиля"

donald-trump-and-nato

После нынешнего саммита НАТО в Брюсселе мнения многих людей, которые следили за ним, разделились. Одни утверждали, что президент США Дональд Трамп показал там всем «кузькину мать» и заставил членов Альянса увеличить финансирование на оборону. Другие говорили, что он вёл себя абсолютно неадекватно, продолжая разрушать традиционный союз с европейцами. Со своей стороны, я считаю, что и те, и те в чём-то правы, но в чём-то обманывают себя.

Проблема НАТО на сегодняшний день состоит даже не в Дональде Трампе как таковом, а больше в самом НАТО как структуре. После окончания «холодной войны», Североатлантический альянс значительно утратил свою актуальность. Исчез главный и единственный для НАТО враг, ради которого и создавали союз – СССР. Уже не существовало двух блоков стран в Европе. А социалистический лагерь сменился целой плеядой новых государств со сложной для восприятия (в первую очередь западными европейцами) постсоветской социально-культурной и ментальной системой, коррумпированными старыми посткоммунистическими элитами и кучей внутренних проблем, в которые никто не хотел вникать. НАТО абсолютно не входило в этот контекст, и уже тогда начали ходить разговоры о его реформировании под новые мировые реалии.

Постепенно НАТО становилось обычной региональной военно-политической организацией Западной и Северной Европы, защищающей её от различных не масштабных угроз. Несмотря на расширение Альянса на восток, оставались сомнения в реальной готовности и желании членов НАТО вмешиваться в дела Центральной и Восточной Европы, особенно тех стран, которые входили в сферу влияния России. А поскольку Россия в её постсоветском обрубленном виде уже не предусматривала угрозу «красного вторжения» для Европы, то и активность НАТО на этом направлении снизилась. Ну, повоюют русские в своём «ближнем зарубежье», ну и хрен с ним – приблизительно такое отношение НАТО к РФ сохранялось долгое время после 1991 года. Воевать с Европой завязанные на Запад российские элиты не будут, а учитывая, что все их финансы сохраняются на счетах западных банков, то они были довольно управляемы.

После 1991 года с началом глобальных трансформаций в мире поменялась и сама концепция мировой системы и геополитики. Намного весомее стала экономика и торговля, а геополитика уступила геоэкономике. Количество танков, солдат и самолётов играли всё меньшую роль в определении «величия» той или иной страны. Рулить стали технологии, инновации, информационные ресурсы и уровень вовлеченности в мировую торговую систему. Опять же – НАТО в этот контекст не очень вписывалось в своём первоначальном виде, и на протяжении 2000-х продолжали говорить о переосмыслении роли Альянса в Европе и мире.

Поскольку подвижек на этом направлении не было, НАТО продолжало чахнуть и превращаться в чисто политический кружок европейских государств с частыми сеансами тимбилдинга в виде военных учений и саммитов, создающий психологический эффект защищённости и безопасности для своих членов. Поскольку бизнес играл уже большую роль, нежели политика или военное дело, то и затраты внутри государств-членов НАТО стали соответствующими. Отсюда и проблема финансирования оборонки в НАТО, которую так усердно поднимал Дональд Трамп на саммите. Ведь для США НАТО оставалось инструментом влияния и экспансии, продвижения своих интересов в Европе. Хотя у США самих были и остаются проблемы с восприятием НАТО в новых геополитических реалиях, для Вашингтона Альянс всё-таки что-то большее, нежели обычная политическая платформа. Это способ удерживать своё влияние на европейском континенте за счёт военно-технического доминирования, от которого зависят многие европейские государства. То есть для США НАТО – это даже не способ сдержать Россию или Китай, а инструмент, через который Штаты продвигают свои интересы в Западной и Северной Европе в первую очередь.

Самих европейцев это вполне устраивало. Они тратили на оборонку намного меньше, отдавая предпочтение экономике, торговли и инфраструктуре. За счёт небольших издержек на армию, Германия стала экономическим центром Европы. Огромная страна, которая после войны оказалась зажата в жёстких пацифистских рамках и ограничениях, решила, что оно и к лучшему, и взяла курс на экономическое возрождение, за которым последовало создание Евросоюза. Для Германии последние 70 лет прошли под знаком экономического развития, навязанного пацифизма и постоянного чувства вины и стыда за Вторую мировую войну. Соответственно, НАТО для Берлина стало таким себе «зонтиком», который защищал её от всех нападений, по крайней мере так казалось немецким элитам. А раз НАТО защищает от военных угроз, то можно забить на армию, которая никому не нужна, и дальше продолжать развиваться экономически, таща на себе остальные страны ЕС, особенно после кризиса 2008 года. Думаю, не слишком ошибусь, если предположу, что небольшие траты Германии на оборонку стали залогом их продолжающегося пацифизма и геополитической пассивности, а НАТО просто олицетворяет собой психологическую защищенность Германии от всех угроз, даже если реально Альянс не мог этого сделать. Именно поэтому, когда Дональд Трамп говорит про Германию, которая не тратит достаточно денег на НАТО, он забывает, что в некотором смысле такой статус-кво позволял избежать экономического коллапса ЕС, а Германии – продолжать тащить на себе Еврозону.

Когда Россия аннексировала Крым и вторглась на восток Украины, возник реальный вопрос: в чём смысл существования НАТО? В некотором смысле, Москва помогла снова возродить этот дискурс в кабинетах Брюсселя, чем помогла НАТО найти для себя новый стимул для продолжения существования. События 2014 года подтолкнули страны Европы и США к переосмыслению роли Альянса и укреплению его роли в европейской региональной системе безопасности. Однако несмотря на это, попытки реформирования НАТО были лишь поверхностными. Многие страны ЕС продолжали торговать с РФ, как и, собственно, США. Противостояние санкциями было явно не желаемым, невольным и проходило с огромным скрипом со стороны бизнес элит на Западе. Все понимали, что воевать с Россией на территории Украины не будут, а НАТО объективно к такому не готово. Это снова вернуло нас в самое начало дискуссий, разжигавшихся в 1990-х годах: что такое НАТО и зачем оно нужно? Если Россия снова угрожает миру и стабильности Европы, как и в своё время СССР, то стоит ли вернуться к НАТО, заточенном чисто под антироссийскую деятельность? Где проходит та самая «красная линия» для НАТО, за которую России нельзя заходить? Это западная Украина, Балтия, Польша или Румыния? Является ли Россия такой же угрозой, как и в своё время был Советский Союз и есть ли у них вообще возможности быть такой угрозой? Хочет ли РФ вообще захватывать территории, или же это кратковременная вспышка нео-имперского безумия для решения внутренних проблем? На все эти вопросы в Европе до сих пор, кажется, не дали ответов.

Последний саммит НАТО в Брюсселе продемонстрировал все эти экзистенциальные проблемы. Европейцы, пытаясь реформировать Евросоюз и удержать Еврозону, еле пытаются тратить больше 1,5% ВВП на оборону, хотя ранее с Обамой они договаривались о 2% ВВП. Объективно и субъективно, они этого сделать не могут, а некоторые страны, как Германия, не будут этого делать, поскольку это нанесёт вред другим статьям расходов, намного более важных для немцев, нежели оборона. А если их заставят это сделать, то скорее всего, правящая коалиция потеряет рейтинг и к власти придут те, кто точно будет тратить 2% ВВП – «Альтернатива для Германии», культивирующая идею более агрессивной и активной Германии в мире – с сильной армией, гипер-амбициями и отдельным центром тяжести в мире. Насколько это стратегически выгодно США и Европе в целом – это открытый вопрос.

Прав ли Дональд Трамп, когда говорит, что страны Европы должны тратить на оборону больше, если говорят об угрозах со стороны РФ или кого-нибудь другого? Безусловно, прав. Странно слышать каждый год о стратегической угрозе Европе со стороны России, но при этом читать доклад парламентской комиссии в Берлине про жалкое и ничтожное состояние немецкой армии, где танки не заводятся, самолёты не летают, а подлодки никогда не спускали на воду.

Прав ли Дональд Трамп, когда ломает своих союзников через колено, принуждая их увеличивать финансирование? Безусловно, нет. Во-первых, Трамп, как и свойственно ему, прав в аргументах, но жестоко ошибается в методе их донесения до публики. Да и по большому счету, ему плевать на то, как он это делает. Он делает и всё. В этом весь Дональд Трамп. Он не пытается убедить своих союзников и европейское население поддержать его аргументы, он их шантажирует, ругает, открыто лжёт и ведёт себя, как шериф из какого-нибудь Тумстоуна, пытающийся запугать Джонни Ринго и его парней. Во-вторых, способ, которым он доносит информацию – абсолютно неадекватен. Своей риторикой Трамп подрывает моральный дух членов НАТО и чувство единства и коллективных ценностей, которые лежат в основе Альянса. Агрессивная риторика в комбинации с анти-глобализмом и протекционизмом у всех вызывают опасения, что истинная цель Трампа – сломать систему, а не повышать затраты на оборону. Европейские СМИ только и писали о том, как Дональд Трамп плохо относится к многосторонней дипломатии, международным организациями, Старой Европе. Но никто не писал, что он действительно думает про НАТО и какие его идеи реформирования Альянса, если он, по его мнению, изжил себя. Не писали, потому что никто не знает, что Трамп думает о НАТО, как, впрочем, и о многих других проблемах международной политики.

В-третьих, одна из частых проблем Трампа, даже когда он прав в своих аргументах – это его патологическая зависимость от собственного рейтинга и того, что скажут про него СМИ. Многие решения Трампа мотивированы внутренней политикой и желанием поднять себе рейтинг накануне выборов в Конгресс в ноября этого года. Сингапурский саммит с КНДР, хоть и неплохой как идея, но также прошёл в духе «А Серёжа молодец», и не важно, что Трамп сказал Ким Чен Ыну, или что он мог пообещать ради того, чтобы саммит не сорвался, а он выставил себя победителем, да ещё и лучшим, чем Барак Обама. Так и с саммитом НАТО – Дональд Трамп победил на переговорах, всё остальное неважно. Как именно будут увеличивать финансирование на оборонку, да ещё и с 2% на 4% (США сами столько не тратят)? Где гарантии, что европейцы действительно будут увеличивать финансирование обороны на уровне 2% с прицелом на 4%? Что США предпримут в случае, если этого не произойдёт и будет, как с обещаниями Обаме? Все эти вопросы остались за скобками, на них ответов нет, но зато Трамп «победил».

В-четвёртых, непоследовательность позиции Трампа перечёркивает каждое сказанное им слово или обещание. Он говорит о том, что Германия – «заложница энергетических интересов России», но в следующем же выступлении утверждает, что Владимир Путин ему не враг. Он упрекает европейцев в том, что они не тратят много денег на оборону, а кричат про угрозы со стороны РФ, но затем сам же говорит, что с Россией всё модно порешать. Он обвиняет Евросоюз в невыполнении своих обязательств по линии НАТО, но сам же после саммита едет на встречу с Путиным – главой государства, которое признано стратегическом противником самими Штатами. По его мнению, Барак Обама допустил аннексию Крыма, но сам Трамп допускает признание Крыма российским только лишь потому, что там «все говорят на русском языке». Такая странная двоякость позиции создаёт у европейских союзников США впечатление, что американцы не искренне в своих желаниях по НАТО, и что их позиция по РФ совершенно иная, так ради чего же тогда они – европейцы – должны увеличивать финансирование? Отсутствие последовательности в коммуникации Вашингтона с Европой порождает неопределённость, подпитываемую взаимными подозрениями, и в Брюсселе искренне недоумевают, чего же на самом деле хочет от них Дональд.

Наконец, это также вопрос восприятия. Для европейцев тот способ, которым Дональд Трамп пытается донести до них важность увеличения финансирования оборонной отрасли до 2% и даже 4% ВВП, воспринимается не как необходимая для всех мера, а как уступка и прогиб под США. Ультимативность риторики Вашингтона добавляет ситуации конфликтности, и тогда возникает ситуация, при которой некоторые страны НАТО как бы и хотят увеличить финансирование обороны, но как бы и не хотят идти на это под шквалом вульгарных и грубых высказываний Трампа и его зачастую неправдивых аргументов и цифр. Особенно принципиальные в этом вопросе те страны Европы, где к власти пришли националисты или правые силы: Австрия, Италия, Греция, Венгрия, Польша, Чехия и другие. Остальные государства находятся «на грани» — националистически настроенные силы там представляют мощную оппозицию, и с ней надо считаться. Такая ситуация в Нидерландах, Германии и Франции. Последняя так вообще давно имеет свои планы на развитие ЕС, которые не всегда включают США. Кроме того, сами американцы не тратят на Европу много денег. Большая часть их средств, как заявлял министр обороны Джеймс Мэттис, сейчас идёт на Ближний Восток и Азию для сдерживания Ирана и Китая.

Таким образом, Дональд Трамп, преследуя вроде бы логичные и правильные цели, своей реализацией этих целей торпедирует мировой порядок, расшатывая его, в том числе организации, на которых он держится. НАТО не исключение. Своей риторикой и примитивным узконаправленным подходом к проблеме функционирования НАТО, Трамп де-факто разрушает традиционный трансатлантический альянс. И если так будет продолжаться, то европейцы, утратив веру в надежность своего заокеанского партнёра, действительно станут тратить на оборону больше, только уже без США и в качестве отдельного центра силы. Трамп абсолютно прав в том, что партнёры США должны вкладываться в коллективную безопасность больше. Однако он не прав в том, что достичь этого можно, разрушая эту самую коллективную безопасность. Фактически, он даёт своим союзникам два безальтернативных варианта: или вы больше платите, или бывайте, мы уходим. Если в бизнесе такая тактика может сработать, то в многосторонней дипломатии и при выстраивании геополитических альянсов – не всегда. Нельзя одновременно требовать вкладывать больше денег в коллективную систему безопасности и выступать против самого явления коллективных систем и быть изоляционистом.

Именно поэтому, смотря на брюссельский саммит, где-то в Кремле лишь хлопают в ладоши. Разделённая Европа – это то, что нужно России и их нынешним элитам. И не только им, но и другим геополитическим врагам США – Китаю и Ирану. Чем больше расколота Европа, тем легче ими управлять и тем легче торговаться. А уменьшение влияния США повышает вес их конкурентов, которые на этом фоне выглядят менее страшными, особенно Китай со своими деньгами и экономическими инициативами. А главными лузерами будут традиционные элиты в ЕС, которые на фоне риторики Трампа лишь теряют рейтинги и уступают таким же, как и президент США – правым популистам и националистам. И это ещё большой вопрос – будут ли такие европейские руководители лучшими партнёрами для Дональда Трампа? Сейчас, на фоне кризиса в отношениях США и ЕС, европейцы всё больше задумываются о том, чтобы создать собственную армию и разведку и не полагаться больше на НАТО. А компенсировать утрату американского влияния они могут за счёт Китая, РФ и других игроков, в том числе региональных. Это прямой вызов стратегическим интересам США в Европе.

Соединённым Штатам необходима новая стратегия по Европе. Правила игры, которые действуют уже 70 лет, давно устарели и утратили актуальность. У США хорошая стратегия относительно своих врагов, но у них плохая (или её нет) стратегия относительно своих друзей. В период мощнейшего противостояния с Китаем и Россией, Трампу как никогда нужны все его союзники. Но вместо цементирования существующих альянсов и их модернизации под новые мировые реалии, он их просто разрушает или подрывает изнутри, закладывая бомбу замедленного действия или давая своим врагам возможность проникнуть в эту сферу самим, как это происходит в экспансией Китая в Юго-Восточной Азии. Показательным был вопрос Афганистана на саммите НАТО. После того, как страны Европы уменьшили своё участие в военных операциях в Афганистане, Трамп снова поднял вопрос о том, чтобы продолжить финансирование операций НАТО в этой стране до 2024 года. Однако никакой новой стратегии он так и не предоставил. И открытым остался вопрос европейцев: что, собственно, мы финансируем в Афганистане и что будет после 2024 года? Аналогичный вопрос про само финансирование обороны на уровне 2-4% ВВП. Греция, например, одна из 4 стран НАТО, которые выделяют деньги на уровне 2% ВВП. Но если посмотреть, на что именно идут деньги, то большая их часть – это пенсии и зарплаты военным. Спрашивается: этого достаточно для США и Трампа в реализации их требований к членам НАТО? Или Франция, которая тратит чуть меньше 2% ВВП, но вместе с США участвует в операциях в Сирии, Ираке, Афганистане и Ливии. Это считается или нет? Если нет, тогда какой смысл Парижу делать это? Если да, тогда зачем нужна цифра в 2-4% для всех? Или например: считается ли, что страна НАТО выполнила требование США, если она выделила необходимый процент от ВВП на оборону, но показатель ВВП, заложенный в бюджет, оказался выше, и показатель расходов на оборону соответственно стал менее 2%? У Польши и Румынии были такие вопросы на саммите, но на них никто не ответил.

Реформирование НАТО всё ещё актуальный вопрос. И чем быстрее европейцы возьмут всё в свои руки и начнут с этим что-нибудь делать, тем лучше. Дональд Трамп показал: он ненадёжный партнёр, странный переговорщик и никудышный коммуникатор. Для Европы Трамп скорее стал аномалией – явлением, которое просто надо пережить. Такая позиция опасна тем, что пока они все пережидают этот шторм, потенциальные конкуренты выжмут из этого максимум. И это в период, когда формируется новый мировой порядок. А когда придёт час «икс», то все окажутся перед неприятным фактом: США больше не играют доминирующую роль в мире, а их конкуренты укрепили свои позиции за время правления Трампа, и теперь сместить их будет куда сложнее. А, как известно, разрушить отношения намного легче, чем их строить.

Фото:  Jonathan Ernst / Reuters / NTB scanpix

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, страницу «Хвилі» в Facebook

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.