Украина — ЕС: конец иллюзий?

 

Главы МИД названных государств – членов ЕС признали факт существования значительных трудностей в ходе переговоров с Украиной по подготовке соглашения об углубленной и всесторонней свободной торговле (DCFTA). Об этом они заявили в письме к главе Министерства иностранных дел Украины Константину Грищенко.

«Тупик в переговорах по DCFTA исключает возможность представления новых предложений для сотрудничества восточным партнерам ЕС. Это … наносит ущерб нашей позиции в беседах с партнерами по ЕС относительно сотрудничества Евросоюза с Украиной», – отмечают дипломаты в своем письме.

«К DCFTA следует относиться как к пакету необходимого законодательства и реформ, который Украина должна принять, а не вести по этому поводу переговоры», – считают авторы письма. Это означает, что DCFTA не должно рассматриваться Украиной как отдельное соглашение, поскольку оно является неотъемлемой частью Соглашения об ассоциации Украины с ЕС.

Один из участников юбилейного XX Экономического Форума в польской Кринице экс-заместитель главы Секретариата Президента Украины Александр Чалый так прокомментировал отношение в Европе к евроустремлениям Украины:

«Впервые в Кринице тон дискуссии задавали не вопросы типа, когда Украина вступит в ЕС, а признание того, что членство в Евросоюзе нам не грозит в ближайшие тридцать лет. Бывший премьер-министр Польши Лешек Миллер очень четко заявил, что именно столько нужно ждать того момента, когда Украина вообще сможет поставить вопрос о своем членстве в ЕС» (1).

Из заявления глав европейских внешнеполитических ведомств выясняются важные детали, помогающие не только прояснить позиции сторон, но и вообще оценить уровень реализма подходов украинской стороны в отношениях с ЕС и степень их разумной обоснованности. Во-первых, выяснилось, что Украина рассматривала соглашение о ЗСТ как самостоятельный документ и пыталась навязать такое видение ЕС; во-вторых, оказалось, что у ЕС иная позиция по этому вопросу и именно данное обстоятельство является среди прочих местом серьёзных разногласий Украины с ЕС; в-третьих, сам факт разногласий по существу содержания документа о ЗСТ свидетельствует в пользу предположения о наличии серьёзных расхождений между Украиной и ЕС по собственно экономическим вопросам.

Очевидно, что соглашение о зоне свободной торговли содержит ряд неприемлемых для Украины положений именно с точки зрения чистой, так сказать, экономики, которые она должна принять при пакетном подходе автоматически, без возможности какого бы то ни было обсуждения. Разумеется, украинская власть, тем более нынешняя, представляющая в лице правящей Партии регионов реальный сектор украинской экономики, не соглашается с такой постановкой вопроса партнёрами по ЕС. Позиция Украины по экономическим соглашениям в рамках переговоров об ассоциации с ЕС при правящей Партии регионов, следует полагать, ужесточилась. Позиция ЕС также симптоматична. Она по форме ультимативна, что доказывает приведённое письмо, а по сути  — унизительна и оскорбительна для Украины.

Какого рода вопросы могли выявиться в позиции ЕС по ЗСТ, которые не устраивают Украину? Детальных сведений на этот счёт нет, но можно предположить, что они касаются стремления Украины компенсировать явную неконкурентоспособность собственной продукции, с которой невозможно выйти на рынок ЕС в рамках режима свободной торговли, свободным сбытом в странах ЕС продукции сырьевых отраслей. Здесь возникает вопрос о том, на какие выгоды для украинской экономики рассчитывает политическое руководство Украины в ситуации, когда ЗСТ с Евросоюзом будет означать полное завоевание украинского рынка более конкурентоспособной продукцией стран Европы почти по всей номенклатуре наименований.

Очевидно, что ЗСТ с ЕС в принципе означает для украинских товаропроизводителей полное разорение. Исключение, возможно, составят производства в сырьевых и полусырьевых отраслях, но в этом случае инновационное развитие украинской экономики и модернизационные усилия, о которых вслед за российской стороной предпринимает украинская власть, будут невозможны. Но и свободный доступ украинской продукции сырьевых отраслей на европейские рынки в ситуации ЗСТ, очевидно, не гарантирован. Страны ЕС сопротивляются такой постановке вопроса, как это явствует из «письма трёх» глав европейских внешнеполитических ведомств.

Фактическое прекращение экономического роста в ЕС из-за переполненности внутренних рынков сбыта остро ставит перед Евросоюзом вопрос об их расширении за счёт близлежащих стран. До сих пор непонятно, на чём основывались вопиющие и непростительные для украинских властей иллюзии в отношении возможности ЕС наступить на горло своим принципиальнейшим жизненным интересам, уступая Украине. Неужели уровень профессионализма властей предержащих за все годы существования суверенного украинского государства таков, что они всерьёз рассчитывали на уступки Украине со стороны ЕС и отдельных ведущих стран-членов ЕС в вопросах серьёзного сближения (вплоть до членства), исходя из географического европейского расположения республики? Или рассчитывали на подобное сближение в качестве «приза» за заслуги в проведении русофобской внешней политики. А может, это последствия самогипноза о «европейскости украинцев», развившегося на основе подобострастных комплементов «о светлом европейском капиталистическом будущем», на которое равняется Украина?

Примеры с ещё менее, чем Украина, развитыми странами, как Болгария и Румыния, ставшими членами ЕС, лишь подтверждают, что в их случае работал один из двух критериев: отсталая страна после выполнения требований по адаптации национального законодательства под стандарты Евросоюза становится пригодным рынком сбыта разнообразной продукции развитых стран ЕС; либо она в дополнение к этому является ценной в геополитическом плане как член НАТО, а следовательно, как носитель военных баз США. Последнее повышает её шансы на членство в ЕС, так как к лоббированию данного вопроса в этом случае подключаются ещё и США.

Почему же Украина продолжает настойчиво добиваться ЗСТ с ЕС, если в силу подавляющего преимущества стран Евросоюза перед Украиной в экономической конкурентоспособности все выгоды от создания такой зоны получит ЕС? Это тема отдельного исследования, пока же очевидно, что для процветания украинской экономики в целом польза от ЗСТ с Евросоюзом, мягко говоря, неочевидна.

Пока же представители Украины и Европейского Союза еще раз вернутся за стол переговоров на этот раз в Киеве, где обсудят ход подготовки соглашения об ассоциации. Такое решение было принято на пленарном заседании в Брюсселе в рамках 16 раунда переговоров между Украиной и ЕС относительно заключения соглашения об ассоциации. «В ходе заседания была достигнута договоренность провести следующее пленарное заседание в рамках 17 раунда переговоров в ноябре 2010 года в Киеве», – говорится в сообщении. Это ближайшая перспектива, хотя и весьма туманная…

На заявления министров иностранных дел ряда стран ЕС более чем жестко отреагировал глава украинского правительства: «Мы настаиваем, чтобы Соглашение о создании зоны свободной торговли было без ограничений и изъятий и предоставляло равные возможности для обеих сторон. Либо у нас будет Соглашение о создании зоны свободной торговли на равноправных началах, либо его не будет вообще. У нас есть с кем торговать в мире на условиях ВТО», — подчеркнул Н.Азаров.

Будем надеяться, что это не просто наивный шантаж взбрыкнувшего «бедного родственника» типа «Спасибо этому дому, пойду к другому», а серьезное предупреждение уверенного в своих силах игрока на европейском геополитическом поле.

Виктор Пироженко,  украинская редакция Фонда стратегической культуры

________________________________

(1) http://for-ua.com/politics/2010/09/10/143712.html

 




Комментирование закрыто.