В поисках активов диктаторов: по следам похищенных денег

Синтия О'Мурчу, Financial Times

Виктор Янукович

В одном из зданий в центре Киева активисты антикоррупционной кампании заботливо собирают потрёпанные документы — свидетельства о похищенных у украинского государства Виктором Януковичем и его приближёнными более чем 30 млрд.дол. «Они покупали дорогую мебель и предметы роскоши, но экономили на аппаратах для уничтожения документов», — говорит журналистка Наталья Седлецкая, участница проекта YanukovychLeaks, — вебсайта, подробно освещающего десятки сомнительных сделок, подтвержденных документами, порезанными на скорую руку и небрежно выброшенными в феврале, когда режим рухнул.

Её работа отражает требования общественности по возвращению активов свергнутых политических лидеров во всё более растущем числе стран. Пришло время объединить усилия народов, финансовые активы которых подверглись чудовищным злоупотреблениям.

На прошлой неделе Белый дом и лидеры африканских стран объявили об учреждении партнерства США и Африки (US-Africa Partnership) в борьбе с незаконным финансовыми операциями. Главы дипломатических служб призвали богатейшие страны мира ужесточить законодательство против отмывания денег и уклонения от уплаты налогов.

В середине июня, спустя 14 лет после того, как Лихтенштейн получил официальную просьбу о помощи от правительства Нигерии, княжество объявило о возвращении 167 миллионов фунтов, украденных Сани Абача, бывшим военным диктатором этой страны. В это же время правительство США взяло под контроль более 480 млн.дол., размещенных им и его пособниками на банковских счетах в Джерси, Франции и Великобритании.

Но достигнутые успехи очень скромны по сравнению с масштабом проблемы. Поиск и возвращение активов, удерживаемых секретными корпоративными структурами в нескольких юрисдикциях, является длительным и трудоёмким процессом, чреватым юридическими осложнениями.

По оценкам организации активистов STAR (The Stolen Asset Recovery Initiative), Вашингтон, развивающиеся страны теряют на коррупции до 40 млрд.дол. ежегодно; но лишь 5 млрд.дол. удалось вернуть за 15 лет (1996-2011 гг.) Большая часть средств так и не была найдена.

В частности, как показал недавний ответ на парламентский запрос, начиная с 2008 года, Великобритания не возвращает активы преступного происхождения в другие страны. В 2012 году Египет подал судебный иск против британского правительства, обвинив его в отказе сотрудничать в усилиях по возвращению активов Каира после падения режима Хосни Мубарака.

Требования поиска активов со стороны гражданского общества усилились после арабской весны, однако быстрого возврата средств не получилось. Похоже, что сотрудничеству мешают те лица в правительстве и на государственной службе, которые сами были замешаны в коррупции. Но даже там, где есть готовность, уровень компетентности новых властей в деле возвращения активов весьма низок.

«Очень часто возникают технические мелочи, которые приводят к отказу, например, отсутствует дата или подпись на запросе о взаимной правовой помощи», — говорит Рудольф Висс, бывший глава департамента взаимной правовой помощи в Швейцарии. «Еще одной проблемой являются «поисковые исследования». Например, единственным доказательством в одном запросе по азиатской стране была газетная статья».

Банки в странах, где размещаются преступные активы, не горят желанием копать слишком глубоко. По оценкам группы по борьбе с коррупцией Global Financial Integrity, Вашингтон, 56-76 % незаконных потоков оседают в банках развитых стран.

В Докладе за 2011 год финансовый регулятор Великобритании указал на серьезные недостатки в борьбе с отмыванием средств банками. Были названы учреждения, которые не проявляют должной осмотрительности, обслуживают клиентов с высокой степенью риска и не могут адекватно определить политически значимых лиц, с которыми ведут дела.

Следователи указывают на множество практических трудностей в отслеживании активов. «Установление истинного бенефициара — самая трудная часть поиска активов», — говорит Руперт Броуд, сотрудник отдела по борьбе с коррупцией.

Собирая информацию о клиентах, исследователи выяснили, что в таких странах, как США и Великобритания, правила регистрации фирм нарушаются чаще, чем в налоговых гаванях. Так, штат Делавэр, известный в США как «внутренняя налоговая гавань», не предоставляет гарантированных возможностей для раскрытия и сбора информации.

Но, несмотря на все препятствия, в течение последнего десятилетия в деле поиска и возвращения активов достигнут прогресс. Политики дали обещание расправиться с так называемыми подставными компаниями, которые используются для скрытия средств злоумышленников, а также укрепить законы против отмывания денег. Международные структуры и двусторонние соглашения проложили путь для более эффективного сотрудничества между правоохранительными органами по всему миру.

Швейцария, долгое время имевшая репутацию убежища для клептократов, стала одной из самых прогрессивных стран в данном вопросе. Согласно заявлениям официальных лиц, в течение десяти лет были возвращены незаконные денежные средства на сумму около 1,7 млрд. швейцарских франков. Закон, принятый в 2011 году и известный как «закон Дювалье» в честь бывшего президента Гаити, позволяет властям заморозить активы, даже если страна, из которой они по подозрениям были украдены, не в состоянии обратиться за взаимной правовой помощью или не может призвать подозреваемого в коррупции чиновника к ответственности.

Как отмечает Transparency International, власти Швейцарии заморозили активы бывшего президента Египта г-на Мубарака и его окружения в течение нескольких часов после падения режима. А вот ЕС понадобилось 37 дней, чтобы отреагировать на ту же просьбу.

На международном уровне, начиная с 2011 года, G-8, группа восьми ведущих промышленно развитых стран, посвятила несколько встреч проблеме поиска активов режимов, сброшенных в результате арабской весны. В апреле этого года, финансовые следователи из более 30 стран собрались в Лондоне, чтобы помочь правительству Украины найти и возвратить похищенные активы.

В ходе совещания была подчеркнута необходимость более глубоких разъяснений сложного процесса возвращения активов, выстраивания отношений между несколькими организациями. «Чтобы объединить усилия специалистов, нам нужно пройти долгий путь с точки зрения укрепления доверия и преодоления непонимания правовых требований», — говорит Жан Песме из группы STAR, Вашингтон.

Международные организации, такие как STAR, помогают правительствам в их деятельности по отслеживанию активов. Королевская прокурорская служба Великобритании начала работу специалистов-консультантов в шести странах, включая Объединенные Арабские Эмираты.

В Великобритании в уголовном законодательстве (the Serious Crime bill) планируются меры, направленные на расширение возможностей правительства в возвращении активов и привлечения к ответственности сотрудничающих с преступниками юристов и бухгалтеров.

Также ведётся разработка дополнительного законодательства, облегчающего отслеживание и возвращение активов. Одной из наиболее известных инициатив является создание реестров бенефициарных собственников компаний. Дэвид Кэмерон, премьер-министр Великобритании, пообещал создать публичный реестр и призвал другие правительства, в том числе в оффшорных финансовых центрах, последовать этому примеру.

Существует точка зрения, что эффект этих мер будет невысок. «Мы не должны быть наивными», — говорит Дэниел Телесклаф, директор отдела финансовых расследований Лихтенштейна. «Преступник никогда не заявит регистратору, что он контролирует компанию, и реестры компаний не получат возможности верифицировать предоставляемую им информацию».

Он указывает на лазейки в реестрах, подобных тем, что в Великобритании планируется применять только к компаниям. » Концепция реестра бенефициарных собственников вызывала бы больше доверия, если бы включала также и правовые механизмы, такие как трасты (правовой институт доверительной собственности, основанный на том, что реальный собственник передаёт своё имущество в управление физическому лицу или компании в пользу третьего лица или лиц – прим.пер.) «, — говорит он. «Ограничение реестра компаниями, — в лучшем случае, всего лишь показуха «.

Получение доступа к информации является только началом сложного процесса, облегчающего работу тех, кто стремится вернуть активы. Формирование уголовного дела, увязка конкретного актива с его коррупционным происхождением нередко оказывается сложной задачей. Также, незаконные деньги часто смешиваются с законным бизнесом.

При этом, даже приговор по уголовному делу не всегда проложит путь к возвращению активов. Джеймс Ибори, бывший губернатор штата Дельта, Нигерия, был посажен в тюрьму в апреле 2012 года на 13 лет за мошенничество и отмывание денег, после того как в лондонском суде признал себя виновным по 10 эпизодам, связанным с 50 млн фунтов. Но адвокат Ибори оспаривает его признание под предлогом, что при этом пострадали личные интересы его подзащитного.

Поэтому правительства обращаются к практике подачи гражданских исков, требующих меньших объемов доказательной базы. Например, американские прокуроры использовали эту тактику при попытке вернуть активы, принадлежащие Теодорино Обианга, сыну правителя Экваториальной Гвинеи. Также поступило правительство Ливии в отношении особняка в Лондоне стоимостью 10 млн. фунтов, принадлежащего сыну покойного Муаммара Каддафи. «Если ресурсы не проблема, и правительство готово инвестировать, гражданский процесс может быть невероятно эффективным», — говорит Кит Оливер, специалист по возвращению активов из юридической компании «Peters & Peters», Лондон. «Но это дорого. Это настоящее испытание воли «.

По мере того как в международном законодательстве закрываются возможные лазейки, коррумпированные чиновники и их высокооплачиваемые консультанты разрабатывают всё новые способы замести свои следы. Ходят слухи, что лица, стремящиеся скрыть свои активы, ищут менее регулируемые юрисдикции: например, на Ближнем Востоке или на Сейшельских островах.

Деньги легко спрятать в произведениях искусства, антиквариате или ювелирных изделиях, которые легко перемещать и трудно отследить. «Преступники обращаются со своими коррупционными доходами, как с портфелями акций», — говорит Антонио Суарес-Мартинес, партнер юридической фирмы «Edwards Wildman Palmer». — «Они их диверсифицируют».

Сара Габриэль, специалист по возвращению активов из юридической компании «Peters & Peters», Лондон, разработала список, который включает торговые марки, чучела животных, абонементы на Уимблдон и страховые полисы. Г-н Висс, в свою очередь, вспоминает изъятие части алтаря из слоновой кости, который был украден из азиатской церкви и хранился в швейцарском банковском сейфе в качестве залога для получения кредита.

Предприниматель может создать компанию или траст для дорогих покупок таким образом, что ни одно финансовое учреждение не заподозрит его незаконность. Существуют опасения, что виртуальные валюты, такие как Bitcoin, также прельщают чиновников.

Несмотря на трудности, активисты гражданского общества и профессионалы в отслеживании активов выражают осторожный оптимизм. Хизер Лоу из Global Financial Integrity говорит: «Представьте, как сжимается надувной шарик: остаётся все меньше места для неправедных дел, и справиться с ними проще».

Дарья Каленюк, исполнительный директор Центра по борьбе с коррупцией в Украине, предупреждает, что успокаиваться рано, и правоохранительные органы Украины по-прежнему могут руководствоваться корыстными интересами: «Мы должны поддерживать общественное давление. Все ещё существует риск, что недостаток воли или способностей нам может помешать «.

Бывший военный диктатор Нигерии Сани Абача — названный Министерством юстиции США одним из «самых известных клептократов в истории» — как полагают, виновен в хищении от 2 до 5 млрд.дол. в течение пяти лет пребывания в должности в 1993-1998 гг.

После его смерти в 1998 году, правительство работает над возвращением этих активов, отбиваясь от юридических контратак членов семьи Абача.

Справка:

Сани Абача

Нигерия

Годы правления: 1993-1998

Незаконно присвоено 2-5 млрд.дол.

Заморожено на счетах 680 млн.дол.

Возвращено стране 1,1 млрд.дол.

За последние годы Нигерии вернули более миллиарда долларов, самая большая часть из которых — 707 млн.дол. — была возвращена из Швейцарии. Эти средства, обнаруженные вскоре после смерти Абачи, поступили на специальный счет в Банке международных расчетов в Базеле и были потрачены на объекты жилищного строительства, образование и отчисления в 36 штатах Нигерии.

В апреле судья Верховного суда Великобритании отклонил просьбу компаний, принадлежащих трасту, связанному с одним из деловых партнеров, разморозить 200 млн.дол. активов, по подозрениям связанных с деятельностью Абача.

В июне, через 14 лет после того, как нигерийские власти впервые обратились за помощью, Лихтенштейн согласился вернуть 167 млн.фунтов.

На прошлой неделе, Министерство юстиции США выиграло в суде тяжбу о 480 млн.дол. предполагаемых доходов от коррупции, что было названо «крупнейшей в истории клептократии конфискацией в США». При этом для возвращения активов был выбран гражданский процесс с использованием инициативы 2010 года (the Kleptocracy Asset Recovery Initiative) Генерального прокурора Эрика Холдера.

28 лет миллионы долларов, украденные свергнутым президентом Гаити Жаном-Клодом Дювалье, находились в швейцарских банках. Новые законы и решение суда проложили путь для возвращения денег в страну.

Справка:

Жан-Клод Дювалье

Гаити

Годы правления: 1971-86

Подозревается в хищении более 300 млн.дол.

Возвращено 6,5 млн.дол.

В 1986 году народное восстание вынудило г-на Дювалье, по прозвищу «Бэби Док», бежать из Гаити и искать убежища во Франции, оставив страну в состоянии хронической нищеты. Известный своим образом жизни плейбоя, он подозревался в незаконно присвоении по крайней мере 300 млн.дол. при выполнении правительственных контрактов. В 2011 году г-н Дювалье вернулся в Гаити. Ему были предъявлены обвинения в преступлениях против человечности, коррупции и растрате, но он не признал свою вину.

В 1986 году Гаити обратилась к Швейцарии с просьбой заморозить 5 млн.дол., но вернуть их оказалось трудно, поскольку Гаити не смогла подать дело в суд. Г-н Дювалье чуть не получил деньги обратно по умолчанию в 2002 году, когда срок исковой давности истёк. Но Швейцария продлила срок, используя конституционные полномочия, которые позволяют замораживать активы с целью защиты национальных интересов.

В 2011 году в Швейцарии был принят новый закон — «Закон Дювалье» – позволяющий властям замораживать и конфисковывать похищенные средства государств-неудачников, которые не могут возбудить дело против коррумпированного чиновника. Отныне бремя доказывания перекладывается на обвиняемых: они должны доказать, что деньги были получены легально. «Как только активы будут изъяты, они будут возвращены Гаити в целях улучшения условий жизни народа,» — было сказано Швейцарским правительством.

В 2008 году в поле зрения французского филиала группы Transparency International и Sherpa попали активы, принадлежащие действующим президентам Экваториальной Гвинеи, а также Габона и Республики Конго.

Начиная с 2010 года, когда французский суд разрешил неправительственным организациям возбуждать дела по борьбе с коррупцией, было изъято имущество и предметы роскоши, в том числе 11 суперкаров сына президента Экваториальной Гвинеи Теодоро Обианга.

Справка:

Семья Обиянг

Экваториальная Гвинея

Годы правления: 1979 – настоящее время

Возвращено более 118 млн.фунтов во Франции и 70 млн.дол. в США

По запросам также определены 39 объектов в Париже и на юге Франции, принадлежащие президенту Габона Омару Бонго и его приспешникам, а также 24 объекта и 112 банковских счетов, связанных с президентом Конго-Браззавиле Деннисом Сассу и его окружением.

Омар Бонго, бывший президент Габона, является субъектом исков, но его сын, Али Бонго, нынешний президент, — нет. Лидеры и члены их семей отрицают свою вину.

После того, как французский судья выдал международный ордер на арест сына президента Экваториальной Гвинеи в 2012 году, правительство США подало иск, используя гражданское законодательство о конфискации активов, не требующее предъявления обвинения в преступлении. В деле «США против жакета Thriller с подписью Майкла Джексона» и «США против перчатки ‘Bad Tour’ покрытой белыми кристаллами», правительство США пытается вернуть более 70 млн.дол., в том числе памятную вещь Майкла Джексона, особняк в Малибу и самолет Gulfstream.

Представленные на аукционе золотые наручные часы, безвкусные напольные часы и автомобиль Феррари ярко отражают роскошь свергнутого тунисского диктатора Зин аль-Абедина Бен Али, но почти не отражают масштаб его коррупции, пишет Боржу Дарагахи. «Несколько миллионов украденных у государства были возвращены», — говорит Гада Зугхайяр, глава филиала Transparency International на Ближнем Востоке и Северной Африке. — «Но это капля в океане».

В 2011 году, когда народными восстаниями были сметены правящие кланы Хосни Мубарака в Египте, Муаммара Каддафи в Ливии и Бен Али в Тунисе, многие надеялись, что миллиарды долларов, присвоенные ими, будут быстро возвращены и помогут в восстановлении экономики, разоренной годами коррупции.

Справка:

Хосни Мубарак

Египет

Годы правления: 1981-2011

Заморожено более 800 млн.дол.

В Египте и Тунисе было украдено меньше, чем казалось раньше. Внимание к правительству уменьшилось, когда стало очевидно, что деньги, которые правящие семьи припрятали для личного пользования, — ничто по сравнению с суммами потраченными впустую через неэффективность или рассеянными через сети близких бизнес-структур. В богатой нефтью Ливии Каддафи были накоплены десятки миллиардов долларов, существование которых уже доказано; но с большой вероятностью они числятся пропавшими без вести.

Деньги были спрятаны в банках стран Персидского залива, считают эксперты. Политическая напряженность и войны доминировали над реформами и отчётностью. В настоящее время шаткие правящие элиты во всех трёх государствах Северной Африки слишком зависят от покровительства богатых нефтью монархий Аравийского полуострова, чтобы призвать их к ответу.

Источник: Financial Times, перевод Ирина Каминкова, для «Хвилі»




Комментирование закрыто.