Украина-Беларусь: зачем нам военное сотрудничество?

Дмитрий Тымчук, для Академии Безопасности Открытого Общества, Хвиля

 

В ходе встречи руководителей оборонных ведомств двух стран обрисовалась следующая картина перспектив в плане сотрудничества Украины и Беларуси в оборонной сфере. Белорусскую сторону, в частности, интересуют вопросы взаимодействия между странами в сфере противовоздушной обороны, украинские перспективные разработки вооружения и военной техники, опыт подготовки украинских военнослужащих в Международном центре миротворчества и безопасности во Львовской области, а также организация учебного процесса в Центре имитационного моделирования Национального университета обороны Украины. Министр обороны Республики Беларусь генерал-лейтенант Юрий Жадобин сообщил, что планы двустороннего сотрудничества в сфере обороны между нашими странами из года в год стабильно выполняются, что позволяет вооруженным силам обеих сторон постепенно наращивать объемы сотрудничества. По его словам, в этом году запланировано на 15-17 мероприятий военного сотрудничества больше, чем в прошлом году.

Украинскую сторону, по словам Михаила Ежеля, интересует опыт реформирования Вооруженных сил Республики Беларусь. Также для украинских военных интересно участие в совместных учениях и тренировках как с Беларусью на двусторонней инициативе, так и в подобных белорусско-российских мероприятиях. В частности, была достигнута договоренность об участии украинских военных в масштабных российско-белорусских учениях в сентябре этого года («На каком уровне будет происходить наше участие, будет определено Президентом Украины, которому мы доложим о формате этого мероприятия», — отметил Ежель), также Вооруженные Силы Украины проведут совместно с военными Республики Беларусь тренировки сил противовоздушной обороны и учения сухопутных войск, в которых примет участие мобильная рота ВС Беларуси. На территории Республики Беларусь состоятся совместные учения инженерных подразделений.

Интересной договоренностью можно считать решение о создании совместного украинско-белорусского подразделения инженерных войск, которое будет использоваться, как официально сообщило МО Украины, «не только по непосредственному назначению, но и при ликвидации последствий катастроф природного и техногенного характера». Последняя фраза по поводу «непосредственного назначения» не совсем понятна: как известно, у Украины и Беларуси нет взаимных договоренностей об общей обороне или чего-то в этом смысле, в случае втягивания одной из стран в вооруженный конфликт, чтобы участие в нем приняло совместное воинское подразделение. А значит, как раз «ликвидация последствий катастроф природного и техногенного характера» и может быть фактически единственным способом применения этой совместной структуры.

В то же время, разговор о создании совместного подразделения с белорусами начался на фоне нынешней активизации диалога по созданию литовско-польско-украинской бригады «ЛитПолУкрбриг» («LitPolUkrbrig»), — именно о необходимости ее скорейшего формирования шла речь во время визита в Киев министра охраны края Литовской Республики Расы Юкнявичене в середине апреля 2011 г. которая, по убеждению сторон, сыграет весьма положительную роль в укреплении безопасности в регионе и всем европейском пространстве.

Правда, как свидетельствует опыт создания этой структуры, подобные инициативы без настойчивости их организаторов реализовываются весьма нескоро. В частности, Литва инициировала вопрос относительно создания литовско-польско-украинского миротворческого батальона еще в июне 2007 года, во время встречи в Брюсселе руководителей оборонных ведомств Литвы, Польши и Украины. В ходе последующих межправительственных переговоров было решено усилить взаимное сотрудничество и переформатировать литовско-польско-украинский миротворческий батальон (который так и существовал на бумаге) до уровня бригады. Следующим шагом стало подписание в ноябре 2009 года в штаб-квартире НАТО Письма о намерениях относительно создания совместной литовско-польско-украинской миротворческой бригады «ЛитПолУкрбриг». На его основании были подготовлены необходимые предложения относительно организационно-штатной структуры совместной бригады, механизма ее финансирования, всестороннего обеспечения, а также ротаций командования на всех уровнях. В сентябре 2010 года в ходе визита министра обороны Украины Михаила Ежеля в Польшу и встречи с министром национальной обороны Республики Польша Богданом Клихом были обсуждены вопросы относительно последующих шагов по созданию «ЛитПолУкрбриг». Тогда стороны определились, что эта бригада будет состоять из трех батальонов — по батальону от каждой страны-участницы, а ротация командования бригады будет осуществляться по очереди каждой страной. На данный момент наконец начался процесс проработки правовой базы по созданию этой литовско-польско-украинской структуры.

Таким образом, с подобными темпами «ЛитПолУкрбриг» как полноценная боеготовая бригада, способная реально выполнять поставленные задачи, появится лишь через несколько лет, — хотя этот процесс длится почти четыре года. Соответственно, украино-белорусский батальон, о котором только сейчас зашла речь, — и того позже. Если, конечно, никто не форсирует эти процессы. Но пока подобные инициативы выглядят не более чем красивыми декларациями, которые, безусловно, положительно влияют на налаживание добрососедских отношений в военной сфере, но едва ли имеют практический смысл.

Вопрос еще в том, какие задачи могут решать подобные многонациональные структуры. Насчет белорусского батальона мы упоминали, что основной (и, пожалуй, единственной) его задачей может быть участие в ликвидации последствий различного рода аварий и катастроф на территории одной из стран-участниц. Хотя и в этом плане, если брать аспект оперативности, то куда проще использовать в подобных случаях национальные подразделения – ведь пока принимаются решения о применении даже двустороннего подразделения (а задействовать его, понятно, — политический вопрос), проходит драгоценное время. Если же брать миротворческие многонациональные подразделения, то возникает вопрос, какие конфликты ожидают стороны на своей территории, в которых стоило бы применять подобные военные ресурсы. В то время, как если ориентироваться на их применение в третьих странах, то несравненно проще выделять национальные контингенты для участия в миссиях ООН (или других международных структур) на прямых договоренностях с организаторами той или иной операции.

Кстати, в плане сотрудничества по линии подготовки миротворцев Украина и Беларусь имеет другие, уже реальные совместные проекты. В частности, в конце октября 2010 года на базе Международного центра миротворчества и безопасности под Львовом (вот откуда нынешний интерес генерала Жадобина к этому центру) прошли двусторонние украинско-белорусские тактические учения аэромобильных подразделений. Целью учений была отработка навыков командиров подразделений при выполнении миротворческих задач и подготовка личного состава сведенного подразделения к выполнению задач в зоне международного конфликта. От Украины в учениях приняли участие военнослужащие 80-го отдельного аэромобильного полка 13-го армейского корпуса Сухопутных войск Вооруженных Сил Украины, которые были представлены взводом в количестве 24 военнослужащих. От Республики Беларусь в составе миротворческого подразделения было задействовано 25 военнослужащих, которые представляли типичное подразделение 38-й гвардейской отдельной мобильной бригады, дислоцирующейся в Бресте. С белорусской стороны в учениях также приняли участие офицеры Командования сил специальных операций.

Для украинских военных подобные учения были не в новинку, — подобные им регулярно проводятся на базе Международного центра миротворчества и безопасности. У украинских десантников вообще немалый опыт участия в миротворческих операциях, — в частности, они неоднократно выполняли задачи в составе целых подразделений в миссиях на Балканах, одна из ротаций украинского контингента в Ираке также была чисто «десантной». В то же время, для белорусов ознакомление с украинским опытом миротворческой деятельности имеет особое значение. Дело в том, что Беларусь в последние годы весьма активно пробивается в миротворцы. Еще в 2002 г. в республике был принят ряд документов, регламентирующих участие белорусских военнослужащих в миротворческих операциях, в т.ч. законы «Об утверждении Военной доктрины Республики Беларусь» и новые редакции законов «Об обороне» и «О Вооруженных Силах Республики Беларусь», в которые специально были включены положения об участии в миротворческих операциях. В 2003 г. правовая база была дополнена Законом Республики Беларусь «О порядке направления военнослужащих, лиц начальствующего и рядового состава органов внутренних дел, органов финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь, органов и подразделений по чрезвычайным ситуациям, прокурорских работников, а также гражданского персонала за пределы Республики Беларусь для участия в деятельности по поддержанию международного мира и безопасности».

Изначально Беларусь хотела приобщиться к миротворчеству через НАТО. В частности, уже несколько лет идет подготовка миротворческого контингента в Вооруженных силах РБ в рамках программы взаимодействия Республики Беларусь и НАТО «Партнерство ради мира». От себя Беларусь заявила мотострелковую роту переменного состава, патрульный взвод военной комендатуры (МР, военная полиция), группу медиков — специалистов центра экстремальной медицины 432-го Главного военного клинического госпиталя, военно-транспортный самолет Ил-76 МД из состава первой авиаэскадрильи 50-й смешанной авиабазы. Однако вопрос о приглашении белорусов в Косово, где НАТО проводит миротворческую операцию по мандату ООН, Брюссель так и не рассмотрел. Зато усилия Минска увидели в самих Объединенных Нациях. Еще в 2001 году Беларусь присоединилась к системе Резервных соглашений ООН, которые регулируют участие государств-членов организации в миротворческой деятельности. И вот в прошлом году белорусов пригласили в Ливан. В частности, в августе 2010 года Александр Лукашенко подписал указ «О направлении военнослужащих Вооруженных сил Республики Беларусь для участия в деятельности по поддержанию международного мира и безопасности в Ливанской Республике». Согласно этому документу, группа белорусских миротворцев выделяется в состав Временных сил Организации Объединенных Наций в Ливане. Белорусские военнослужащие направляются в миссию ООН в качестве офицеров штаба миссии, врачей госпиталя, а также специалистов по военно-гражданскому взаимодействию.

Пока это не «полноценный» контингент, но белорусские военные уверены, что приглашение в Ливан – лишь первый их шаг к широкомасштабной миротворческой деятельности. Нужны «голубые каски» и белорусской власти, — как известно, участие в миротворчестве весьма позитивно влияет на имидж державы на международной арене, в чем так нуждается нынче Лукашенко. Как бы там ни было, обратились за опытом к украинцам белорусы неспроста – к огромному опыту участия в подобных операциях наших ребят стоит добавить отсутствие языкового барьера и легкость в нахождении взаимопонимания между военными. Все же украинские и белорусские вооруженные силы выросли «из одних штанов» Советской армии.

В плане военно-технического сотрудничества Киев и Минск пока еще только ищут точки соприкосновения. В принципе, двусторонние контракты о поставках вооружения и военной техники известны, — например, в 2005 году Беларусь закупила у Украины 10 учебно-тренировочных самолётов Л-39, которые поступили на вооружение учебно-тренировочной эскадрильи, сформированной в 206-й штурмовой авиационной базе белорусских ВВС и войск ПВО (что интересно, личный состав эскадрильи ранее прошёл переподготовку для полётов на данном типе самолётов в России — в Вяземском учебном центре). Согласно заявлениям белорусского Минобороны, поступление учебно-тренировочных самолётов Л-39 позволило значительно расширить возможности по подготовке лётного состава ВВС и войск ПВО и курсантов авиационного факультета Военной академии.

Но подобных контрактов не так много, да и касались они в основном распродажи тех излишков техники и вооружения, которые остались с советских времен. Распродавал свои запасы и Минск: стоит вспомнить, что на территории Беларуси (а именно, Белорусского военного округа) с распадом СССР осталось немало вооружений, которыми белорусы стали усиленно торговать в 90-е гг. Именно благодаря этим «распродажам» в 1996 г Беларусь даже попала в десятку крупнейших поставщиков оружия, продав 100 танков Т-72 Венгрии, 18 истребителей МиГ-29 Перу, 9 танков Т-55 и 6 вертолетов Ми-24 Судану (также международными структурами указывался факт продажи Перу 16 штурмовиков Су-25, однако данная информация была опровергнута россиянами). Белорусский экспорт ВВТ составил в 1996-2000 гг 1 млрд 246 млн долларов, но затем быстро пошел на убыль, скатившись до незначительных сумм.

При этом сегодня Беларусь и Украина имеют схожую проблему в плане оснащения своих вооруженных сил: в обеих армиях на вооружении находятся в основном советские устаревшие вооружения, и остро стоит вопрос закупок новых ВВТ, и – что может быть сферой сотрудничества – модернизации старых. При этом белорусские предприятия ОПК активно модернизируют бронетехнику, что может составлять конкуренцию украинцам. А также проводят модернизацию советских образцов ракетной техники, — подобного большого опыта у украинского ОПК нет, хотя тема для ВС Украины очень актуальна.

Одновременно белорусский ОПК разрабатывает и производит военную продукцию, которая актуальна для украинской армии. В частности, белорусы разработали и испытали в войсках комплекс средств автоматизации подвижного командного пункта для управления подразделениями противовоздушной обороны, тактико-технические характеристики которого, согласно заявлениям Минобороны РБ, позволили существенно повысить боевые возможности войск, снизить время на подготовку и принятие решений, автоматизировать трудоемкие расчеты и рационально распределить силы и средства. Приоритетным направлением развития ВВТ в Республике Беларусь белорусское руководство определяет поиск путей эффективного противодействия высокоточному оружию, разработку средств противодействия системам разведки, управления и наведения высокоточных средств поражения, часть из которых уже нашла свое применение в ВС РБ. На сегодня приняты на вооружение комплексы постановки помех лазерным системам наведения «Сапфир», комплекс радиопомех системе глобальной радионавигации GPS «Навес-У», опытные образцы дистанционно пилотируемых летательных аппаратов различного назначения и пр.

Таким образом, при прагматичном подходе вполне можно выработать взаимно выгодную схему военно-технического сотрудничества между двумя странами.

В то же время, Беларусь активно обвиняется со стороны Запада в незаконной торговле оружием. Так, в январе 2010 года на рассмотрение обеих палат Конгресса США поступил законопроект «Акт об учете белорусских поставок оружия», в котором утверждалось, что «реальный объем поставок белорусского оружия может значительно превосходить официальный, так как опубликованные договоры о торговле оружием могут не включать секретные соглашения, заключенные представителями белорусского правительства или принадлежащими государству предприятиями». Как следует из этого документа, «Беларусь является крупным поставщиком ракет, минометов, противотанкового вооружения и мин палестинским экстремистским группировкам и государствам-спонсорам терроризма, таким как Иран и Сирия, а также вертолетов Ми-24, артиллерийских систем и бронетехники российского производства правительству Судана, танков коммунистическому режиму в Северной Корее, военных самолетов и авиационных двигателей в Иран». Кроме того, отмечалось, что «продажа российских комплексов С-300 в Иран происходит через Беларусь… Беларусь уже приобрела многочисленные системы С-300 у России по цене, которая значительно ниже реальной». Впрочем, белорусский МИД сразу резко опроверг эту информацию, заявив, что в сфере экспорта оружия Беларусь строго придерживается норм международного права. Напомним также, что подобные обвинения в прежние времена доводилось частенько выслушивать в свой адрес и Украине.

Что касается участия Украины в совместных учениях Беларуси и России, то здесь стоит вспомнить опыт проведения подобных широкомасштабных российско-белорусских учений «Запад-2009» в сентябре 2009 года. А именно – тот резонанс, который они вызвали на Западе. Тогда Совет НАТО выразил обеспокоенность масштабами этих российско-белорусских учений, и заявил, что рассматривает их как нарушение принятых на себя Москвой международных обязательств. В частности, Брюссель охарактеризовал «Запад-2009» как «самые крупные после окончания «холодной войны». Обеспокоенность Альянса была вызвана еще и тем, что Россия не пригласила на маневры наблюдателей НАТО. Кроме того, некоторые из стран-членов блока остались недовольны сценарием учений, который предполагал нападение на Россию со стороны Запада. Говоря о нарушении международных обязательств, Брюссель сослался на Венский договор 1999 года, который подписали 55 государств-участников ОБСЕ (имеется в виду многосторонний договор «О мерах по снижению военной опасности и укреплению доверия в Европе», который предусматривает обмен информацией о проведении широкомасштабных военных учений).

Перед этим министр иностранных дел Польши сообщил, что написал письмо генеральному секретарю НАТО Андерсу Фог Расмуссену, в котором призвал обратить внимание на военные учения «Запад-2009», проведенные близ польской границы. Не менее озабоченными российскими маневрами оказалась и в Прибалтике. Так, министр обороны Латвии заявил, что Россия и Белоруссия инсценировали нападение на балтийские государства, то есть на государства, входящие в НАТО. Латвия заявила, что в ответ проведет на своей территории масштабные военные учения, которые станут своеобразным ответом российско-белорусским учениям. К осторожности в отношении России после учений «Запад-2009» призывал Запад и президент Эстонии Хендрик Ильвес. Он предложил провести в том же регионе сухопутные учения войск НАТО.

Понятно, что эти события происходили в момент напряженности в отношениях России и НАТО. Но факт также в том, что участие в подобных инициативах и в перспективе может иметь военно-политические последствия, которые едва ли вяжутся с курсом Киева на дальнейшее сотрудничество с Альянсом (как известно, 13 апреля 2011 года Виктор Янукович утвердил Годовую национальную программу сотрудничества Украина — НАТО на 2011 год). А значит, Украине стоит весьма осторожно развивать сотрудничество с Беларусью в военной сфере (к этому стоит также вспомнить отношение Запада к Лукашенко). Хотя в плане региональных инициатив в оборонной сфере такое партнерство, безусловно, весьма перспективно.

Автор является руководителем Центра военно-политических исследований




Комментирование закрыто.