Скандинавское чудо для Украины: чем отличается экономика стран Скандинавии?

Тимур Чмерук, для "Хвилі"

stokgolm

Мы продолжаем знакомить читателей с «скандинавской» моделью достижения экономического и социального благополучия, сохранения устойчивой демократической политической системы. В этой заметке мы рассмотрим общее для всех экономик Скандинавских стран, а также их основные отличия.

Основания «скандинавского чуда»

В основе успешных и эффективных стратегий экономического развития скандинавских стран лежит переосмысление, достаточно известных в мире, идей. Мы говорим о практической реализации переосмысленных идей социализма. Скандинавы признают, что ведение современного бизнеса, приобретение богатства, считая и накопление денег, невозможно без уважительного отношения к Человеку, в первую очередь, человеку труда. Они считают, что соблюдение прав человека, забота о его физическом и духовном здоровье, благополучии, имеет непосредственное отношение к дальнейшему накоплению ресурсов, повышению конкурентоспособности фирм, к позициям страны на мировом рынке. В Скандинавии признается, что каждая личность имеет свои особые потребности в общем «социальном пакете» экономической стабильности. Эти потребности должны быть услышаны и выражены, в первую очередь, государством. И именно оно должно научить каждого выражать эти потребности на общепонятном языке, в цивилизованных культурных фразах, а не размахивая дубиной или отнекиваясь по принципам «Сам – дурак» или «Вот хочу и все».

Во всех этих странах считается само собой разумеющимся, что общество и государство, обязаны создать такую систему, при которой сосуществование рабочего, недееспособного человека, власти и бизнеса, должно быть взаимовыгодным, относительно спокойным и заранее предсказуемым.

Вторая основополагающая идея «скандинавской» модели состоит в том, что человек, — существо коллективное и благополучие создается в коллективе и выражается через коллектив, но благополучие не может быть коллективным, оно всегда индивидуально. Так же, как и счастье, радость, доверие. Не может быть счастливой нация, если люди в ней, — несчастны. Все мероприятия, осуществляемые и властью, и бизнесом, и гражданским обществом, в этой модели, направлены на то, чтобы постоянно улучшать качество жизни каждого человека и стремиться к достижению Парето-оптимума, когда улучшение жизни одного не станет возможным, если не ухудшить его для кого-то другого.

Еще одной фундаментальной идеей служит представление о том, что вопросы экономики, хозяйствования, имущества, — это не только заботы бизнеса, власти и работников. Это – интересы всего общества, каждой личности. Поэтому, в Скандинавии, говорят не об экономике, а о хозяйственно-социальной деятельности. Достичь же этого можно только при развитой системе общественного участия, общественного контроля и реальных гарантиях индивидуальной инициативы, при мощных богатых местных общинах. Но, с этим, в Скандинавии, все в порядке.

Так, как все страны этой группы, — протестантские, то влияние знаменитой «протестантской этики» на хозяйство, в них чувствуется постоянно и везде. Во-первых, рассудительность, рациональность и постепенность в экономических решениях каждого: и предпринимателя, и работника. Во-вторых, скромность и умеренность. Нет худшего вызова для морали скандинавов, если кто купил машину, дороже, чем у его соседей. Да, и вообще, разъезжать на машине, — не лучший вариант. Вот и получается, что премьер-министр и высший менеджмент крупнейших мировых корпораций (а их, в Скандинавии, не мало), пользуются общественным транспортом, ходят в обычные магазины, лечатся в обычных больницах. В-третьих, важен не объем прибыли, не ее отношение к затратам здесь и сейчас, а то, чтобы она была постоянной. В-четвертых, любое экономическое действие, так или иначе, но отразится на тех, кто будет жить завтра и послезавтра. И оно должно позволить лучше жить не столько тебе самому, но и им.

Скандинавским экспертам не очень нравится, когда их страны называют социалистическими. Они смотрят на вещи проще и прозаичнее. Так, Берггрен и Трэгорд, считают, что скандинавская экономика, не что иное, как смещение чрезвычайного индивидуализма, вынужденного, чтобы выжить, пойти на тесный союз с сильным государством и на чрезвычайные социальные гарантии. Эти авторы признают, что не стесненные излишними, но эффективно действующими, юридическими, практическими и моральными обязательствами в семьях, в общине и в фирме, люди обоих полов становятся более гибкими  и доступными для производительной работы в рыночной экономике. Экономически важным, с их точки зрения, является и равенство полов, приведшее к более гармоничным их экономическим ролям, более равномерному и справедливому распределению доходов и издержек между людьми, росту рождаемости.

Доверие в основе всего

Говоря о скандинавской модели, нельзя не упомянуть о том, что в ее основе лежит такая ценность, как доверие. Причем доверие, понимаемое, очень широко. Это доверие людей друг к другу. Доверие работника к работодателю и предпринимателя к сотруднику. Доверие общества своему государству, а власти – к народу. Причем, это не просто слова и декларации. В скандинавских странах, на самых разных уровнях, — общегосударственном, коммунальном и в корпорациях, — действуют специальные программы, направленные на укрепление и поддержание этого самого доверия. Это является и предметом ежедневной деятельности многочисленных социальных, психологических, реабилитационно-коррекционных и консалтинговых служб и организаций. Для скандинава, потерять доверие, в любом его виде, — хуже, чем оказаться нищим или совершить какой-то другой проступок. В этом нам еще слишком далеко до них. Можно сказать больше, — мы пытаемся построить эффективную общественную систему, исходя из того, что доверия вообще не существует или, в лучшем случае, оно является индивидуальным положительным качеством, которого требовать от всех, просто нельзя. К сожалению, необходимо признать, что, создать такую систему невозможно.

Общие черты скандинавской экономической модели.

При всех различиях, которые имеются между экономическими системами отдельных скандинавских стран, между ними много общих черт, кроме уже рассмотренного нами частично, культурно-мировоззренческого фундамента (к нему мы еще вернемся в следующих заметках). Сейчас мы поговорим именно об этом общем, а различия оставим на будущее, рассмотрев их на примере шведской системы экономики и менеджмента.

Во-первых, для всех скандинавских стран характерна высокая степень интегрированности их экономик в общемировую систему хозяйственных связей и международного разделения труда. По этому показателю, они продолжают опережать даже Китай и Индию, хотя дистанция между ними и сокращается. На первые позиции в этих странах выдвинулись такие отрасли, как: электроника и средства телекоммуникаций (Nokia, Ericsson); производство медицинского и биоинженерного оборудования (Polar electronics, Gambro) и промышленных роботов (ABB); автомобилестроение и аэрокосмическая промышленность (SAAB, Volvo, Scania); фармацевтика; судостроение. Если даже поверхностно отнестись к этому перечню, можно увидеть его совпадение с отраслевой структурой советской Украины. Правда, наша экономика была значительно усилена еще и отраслями, связанными с добычей и переработкой сырья. И этот факт наводит на размышления.

Во-вторых, высокая доля государства в экономике. Но, не непосредственно, в виде собственности на государственные предприятия или регулирование деятельности субъектов бизнеса, а через механизмы перераспределения ВВП. Этот механизм состоит из высокого уровня налогов при развитой системе налогообложения, добровольных и обязательных взносов предпринимателей в различные фонды, развитой системы многообразных форм страхования и инвестиционного накопления с участием бюджета или государственных гарантий. Эксперты отмечают, что скандинавы, отдают 75% своих доходов обществу, чтобы потом, потребить 160%. Во многом, это правда. К сожалению, после распада СССР, была почти полностью разрушена существовавшая система перераспределения ВВП, содержащая рациональное зерно. По сути, у нас сейчас не существует такой системы вообще (система дотаций и доплат, — это самая примитивная, к тому же, коррупционная ее форма). Наша налоговая система больше похожа на простой сбор дани с холопов, а не на систему регулирования общественных отношений. И, если непосредственное присутствие государства в экономике и ее чрезмерное регулирование с его стороны, — безусловно, есть зло, то о рационально построенной системе перераспределения ВВП, этого сказать нельзя.

В-третьих, активное финансирование государством медицины, образования и науки, а не расходов на потребление, в основном, низкоквалифицированных слоев населения. При этом, система социальной защиты этих самых слоев настолько развита, что может позволить им достойный уровень жизни, но не за счет государства. У нас же пока, значительная часть бюджета уходит на субсидии, дотации, доплаты к тарифам, а независимой системы социальной защиты и поддержки, у нас как не было, так практически, и нет. И это, при том, что медицина, образование и наука, поставлены в нищенские условия, выходом из которых может быть только их коммерциализация. Последствием же коммерциализации, к сожалению, будет лишь не столько снижение уровня развития этих отраслей, сколько отсутствие какой-либо его динамики.

В-четвертых, широкое развитие кооперативного движения. В сельском хозяйстве, 90% товарной продукции создается именно в кооперативах. По сути, в колхозах. Причем выбор формы организации сельхозпроизводства является исключительно актом свободной воли крестьянина. Например, в Швеции, кроме кооперативов, существуют государственные и коммунальные сельхозпредприятия, фермерские хозяйства, акционерные общества.

В-пятых, значительное число финансово-промышленных групп, интегрирующих банки, инвестиционные компании и фонды, основные и вспомогательные предприятия, объекты торговли, сервиса, маркетинга и рекламы, научные и образовательные учреждения, социального обеспечения сотрудников. Примечательно, что, согласно законодательству Норвегии, ФПГ не может быть создана только при участии банков и промышленных предприятий, но и должны включать остальные виды организаций (хотя бы, некоторые, из указанных выше). Интересно, что в структуру всем известной Nokia, кроме нескольких НИИ и КБ, маркетинговых и рекламных агентств, и еще, порядка 70 предприятий, входят 2 театра, 3 оркестра, 6 газет, 10 радиостанций и еще много чего. Всего ФПГ насчитывает в своем составе 216 различных предприятий. В Украине ФПГ представлены достаточно хорошо, но их интегрирующий характер пока остается еще слабо выраженным и распространяется, в основном, на производственные и финансовые структуры.

В-шестых, поддержание высокого уровня образования и квалификации рабочей силы. 95% работающих финнов, участвуют в той или иной программе образования или повышения квалификации, причем, 45% из них, участвуют в нескольких, а 15% — в четырех и более. Человек может заниматься на курсах повышения квалификации, получать второе (или третье) образование, заниматься на курсах кройки и шитья, в музыкальной студии. По данным социологов Школы социологии Копенгагенского университета, временной промежуток между завершением участия в образовательной программе и зачислением на другую, для большинства датчан, составляет менее месяца и лишь, для 7%, он превосходит полгода. Важно отметить, что как государство, так и компании, участвуют в оплате участия сотрудников в образовательных и развивающих программах, причем, не только непосредственно связанных с функциональными обязанностями работника. В этом направлении нас ждет огромная работа. Пока же приходится признавать катастрофическое снижение качества рабочей силы и уровня квалификации.

На этом мы остановим, оставив на будущее, еще много чего интересного о «скандинавской» модели.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, страницу «Хвилі» в Facebook

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.