Плюсы и минусы энергетический стратегии Украины

Тимур Чмерук, для "Хвилі"

18 августа 2017 года Кабинет Министров Украины своим Постановлением №605-р утвердил «Энергетическую стратегию Украины до 2035 года: безопасность, энергоэффективность, конкурентность». Ее принятие является важным шагом в развитии отрасли, отражающим его видение, как экономическими властями, так и отраслевым бизнесом. Даже первоначальное ознакомление с текстом показало, что он подготовлен в лучших традициях аппаратного документотворчества.

По моему мнению, важно, что в разработке документа принимали участие ведущие украинские неправительственные организации и государственные учреждения, при поддержке европейских структур и экспертов. В качестве этапа разработки Стратегии были проведены ее публичные обсуждения с участием представителей ведущих научно-исследовательских институтов, отраслевых компаний, международных и общественных организаций, отечественных и иностранных экспертов. Это тоже свидетельство того, что наши министерства все-таки предпринимают попытки отойти от стандартных подходов к решению стратегических вопросов.

В своих идеях Энергетическая стратегия отталкивается от очевидных фактов экономического положения экономики Украины, состояния энергетической отрасли, как в ней, так и в Европейском Союзе.

О положительных моментах

Отмечу ряд, на мой взгляд, положительных сторон Энергетической концепции.

Во-первых, Стратегия фиксирует на нормативном уровне тенденцию возрастания роли в энергетическом балансе страны ядерной энергетики, гидроэнергетики, ветровой и других ВИЭ с наименьшим уровнем выбросов парниковых газов.

Во-вторых, в Стратегии отмечается, что избавлению страны от углеводородной зависимости будет способствовать рациональное и обоснованное развитие ядерной энергетики. Авторы Стратегии признают ее одним из наиболее экономически выгодных источников энергии, а повышение доли «атома» в общем объеме генерации, — трендом развития отрасли.

В-третьих, Стратегия признает, что перед украинской энергетикой стоят новые экономические и технологические вызовы, требующие поиска и внедрения разработок в области добычи, переработки ископаемых видов топлива, производства, трансформации, поставки и потребления энергии.

В-четвертых, в Стратегии делается правомерный вывод о необходимости формирования новой энергетической политики государства.

В-пятых, считаю достижением Стратегии введение в официальный оборот такого понятия, как «сознательное энергоэффективное общество», позволяющее наиболее емко охарактеризовать конечную цель всех мероприятий, предусмотренных Стратегией.

К числу процессуальных характеристик «сознательного энергоэффективного общества» Стратегия относит: снижение энергоемкости ВВП; внедрение и постоянное совершенствование системы энергетического менеджмента; формирование и регулярный мониторинг энергетического баланса Украины, его оценка по критериям эффективности; стимулирование энергосбережения на уровне потребителей, формирования энергоэффективного сознания у граждан; стимулирование повышения энергоэффективности, путем адресной монетизации субсидий конечному потребителю, минимизация объемов субсидирования в перспективе; повышение энергоэффективности на этапе генерации электро- и теплоэнергии, снижение потерь энергии в дальнейшем при ее передаче и распределении; обеспечение полноты и прозрачности учета всех форм энергии и энергетических ресурсов.

О том, с чем нельзя согласиться….

Однако, при наличии указанных, и ряда других положительных моментов и новаторских положений, Стратегия, все-таки имеет существенные недостатки. Считаю необходимым упомянуть и о них.

Во-первых, как я уже указывал ранее в своих статьях, хотелось бы видеть все-таки не просто Стратегию, а Национальную энергетическую  ДОКТРИНУ, в которой бы отражались исходные теоретические предпосылки развития отрасли, подробный анализ ее состояния и причин, сформировавших его.

Во-вторых, Стратегия построена в традиционных тонах «истины в последней инстанции». В ней, к сожалению, ничего не говорится о возможных сценариях развития, альтернативных проектах виденья развития отрасли, об их оценке и ее критериях.

В-третьих, при ознакомлении со Стратегией остается не понятным, чем обосновываются те или иные конкретные показатели, заложенные в ней и сроки, определяемые для их достижения. Думаю, что указания на то, что при разработке Стратегии использовались методы экономико-математического моделирования и прогнозирования, явно недостаточно.

В-четвертых, текст Стратегии содержит очень странное, на мой взгляд, положение о том, что «в отличие от предыдущих энергетических стратегий, метод прогнозирования будущего состояния энергетической системы заменяется на составление алгоритмов для достижения желаемых результатов». Если я, верно, понял авторов Стратегии, речь идет о переходе регулирования отрасли и ее развития на «ручной режим»? Тогда зачем же нужна сама Стратегия?

В-пятых, в Стратегии указано, «реализация ЕСУ также потребует разработки новых и изменения существующих законодательных и подзаконных актов, ряда отраслевых норм, регламентирующих деятельность в энергетической сфере». Однако, далее по тексту, это абсолютно правильное положение нигде и никак не развивается. Многие же эксперты отрасли и предприниматели неоднократно отмечали, что несовершенство украинского энергетического законодательства выступает существенным, если не основным, «тормозом» проводимых реформ отрасли.

Завершая статью, еще раз подчеркну, что принятие Энергетической Стратегии Украины является важным историческим событием для всей отрасли, которое будет иметь многочисленные последствия, надеюсь, что в большинстве, положительного характера. И очень сожалею, что непродуманные и невыраженные в Стратегии перспективные идеи развития энергетики, не только не нашли отражения в ней, но и могут вызвать негативные последствия.

[print-me]
Загрузка...


Комментирование закрыто.