Экономический кризис в Египте: впереди только плохие сценарии

Stratfor

Египетская экономика имеет дело с продолжающимися экономическими трудностями, которые только усилились после Арабской Весны. Неопытное правительство «Братьев мусльман» в Каире должно балансировать между нуждами могущественного военного истеблишмента и разобщённого населения. Забастовки, протесты и случайные вспышки насилия стали ежедневной рутиной в этой ближневосточной стране с населением более 80 млн. человек и многие правительственные начинания пришлось свернуть. В этой нестабильной ситуации спокойствие инвесторов улетучилось, принося вред финансовому положению страны.

Отрицательный финансовый баланс Египта усугубил отток иностранной валюты, ранее привлекаемой большим торговым дефицитом страны, в результате чего резервы в инвалюте сокращаются. Без них Каир не сможет платить за импорт и поддерживать позиции египетского фунта. У правительства два реалистичных варианта: найти внешнее финансирование, чтобы покрыть разницу, или попросить население принять более высокие цены на перечень товаров и услуг. На данном этапе, первый вариант будет сложным. А второй вариант несёт тяжкие политические последствия и может углубить и без того растущее недовольство.

Причины экономических трудностей Египта не новы. Большое население страны и ограниченное количество орошаемых сельхозземель, которые находятся в дельте Нила, издревле делали накопление капитала в Египте невероятной задачей. Это становится ещё труднее при росте населения и падении объёмов добычи нефти. Каир осведомлён о необходимости череды реформ, призванных сократить расходы. При этом он проводит переговоры с МВФ о получении 4,8 млрд. дол кредита для обеспечения стабильности  валюты и возврата доверия международных инвесторов. Эта политика даёт определённый успех. Однако очень вероятно, что Египет должен будет в очередной раз прибегнуть к проверенной временем стратегии игры на Ближнем Востоке для обеспечения стабильности получения иностранной финансовой помощи и инвестиций.

Реальные сектора, реальные проблемы

Разговоры о будущем энергетических субсидий главенствуют в египетском экономическом дискурсе. Раньше Египет экспортировал значительное количество нефти, но её добыча упала, в то время как субсидированное потребление продолжало расти. Хотя Египет остаётся крупным экспортёром сырой нефти, он в больших количествах импортирует продукты нефтепереработки. Эту долговременную политику субсидирования очень тяжело свернуть без ощутимого недовольства общества.

В то же время Египет не может её продолжать. Энергетические субсидии составляют 72 процента всех субсидий и 1/5 всего бюджета правительства. Хотя они и затратны, полный отказ от субсидий увеличил бы цены на товары энергорынка на 30%, что неминуемо принесло бы инфляцию в других секторах. Полная отмена субсидий, очевидно, нереальна.

Изменения могли бы смягчить негативные эффекты от уменьшения субсидий. Ковровые ценовые субсидии приносят больше всего выгоды потребителям с высоким уровнем дохода, так как именно у них есть деньги для покупки автомобилей, кондиционеров и т.д. Эта группа лиц стала мишенью политики правительства в конце 2012 г, когда были ликвидированы субсидии на высокооктановое топливо. Однако это ни к чему не привело, побудив людей перейти с высокооктанового на низкооктановый бензин.

Кроме топливного импорта, возрастающая зависимость Египта от иностранных источников ключевых сельскохозяйственных продуктов является не менее важной для торгового баланса страны и политической стабильности. Общий импорт продовольствия составил 11 млрд. дол за 2011-2012 гг. Население Египта выросло на 42% с 1990, достигнув отметки в 80 млн. человек по переписи 2010-го г. Агропромышленный сектор Египта, в минувшие столетия делавший ставку на выращивание хлопка на экспорт, переориентируется на пшеницу, главный источник калорий в египетском меню. Несмотря на бурный рост в возделывании пшеницы, Египет всё ещё сильно зависим от иностранных продовольственных рынков пшеницы, потому что её потребление не поспевает за производством.

Данная динамика проистекает из правительственного решения о защите потребителей и сохранении популярной поддержки в виде субсидирования и контролирования продовольственных запасов. И она легла бременем более высоких цен на еду на бюджет. Как показали продовольственные бунты 2008 и 2011 годов, колебания цен на хлеб и его запасов может стать причиной весьма опасных беспокойств. Забегая вперёд, заметим, что есть область, в которой правительству вряд ли удастся достичь компромисса. Оно обязано обеспечить приемлемые цены на продукты, особенно для малоимущих египтян. Соответственно реформы в части продовольственных субсидий также будут очень непросты.

Валютное давление

Поддержание сильной валюты помогает контролировать стоимость импортных товаров, но также оказывает давление на валютные резервы, которые египетский Центробанк старается поддерживать на уровне для обеспечения спроса на обмен валют. Это особенно тяжело в периоды исключительной неясности о будущем египетского фунта, когда спрос на иностранные валюты растёт бесконтрольно. В результате этой тенденции и большого количества валюты, необходимой для торговли, резервы Центробанка тают на глазах.

Главными источниками поступлений иностранной валюты в финансовую систему Египта являются 27 млрд.  долларов ежегодных доходов от экспорта, 18 млрд. в денежных переводах и 21 млрд. от услуг (включая туризм), что также включает и ежегодную прибыль от Суэцкого канала в 5 млрд. долларов. В годы, предшествующие протестам Арабской весны, было иного иностранных инвестиций, что давало 9 млрд. долларов профицита за финансовый год 2009-2010.

Оттоки валюты, превышающие эти притоки, растут, включая вызванные законом об импорте нефти, который привёл к росту оттоков на 360% в период (2003-2004) и (2011-2012), имея в денежном выражении значение в 12 млрд. долларов за тот год и 59 млрд. за всё время. В придачу к этому закону, нестабильность, связанная с волнениями 2011-го года, лишившая Хосни Мубарака кресла президента и продолжающаяся до сих пор, привела к бегству инвестиций. Египтяне вынули свои деньги и инвестиции из экономики, что привело к отрицательному финансовому балансу в -4,2 млрд в 2010-2011 и -1,3 млрд в 2011-2012. Позитивные финансовые потоки Египта в предыдущие годы покрыли негативную динамику настоящего.

Резервы Центробанка Египта упали с 36,2 млрд. дол в декабре 2010 до 13,6 млрд. в январе 2013. Хотя падение замедлилось в 2012, оно внезапно резко ускорилось в январе 2013 на 1,4 млрд. дол. Если динамика сохранится, резервы правительства закончатся через 10 месяцев. Пике было несколько ненормальным и может быть объяснено расходами, связанными с переходом к свободному рынку и более высокими, чем обычно, выплатами по госдолгу.

Только плохие варианты

Сегодняшнее положение Египта во многом обусловлено теми вызовами, с которыми боролись предыдущие правительства. Оно, однако, ухудшается, что существенно ограничивает поле для маневра египетского президента Мохаммеда Морси. Рост населения опережает рост экономических возможностей. На протяжении всей своей истории Египет опирался на сильную власть, которая контролировала нищее население, но теперь продолжающееся волнение в стране ещё более затруднило ситуацию. Высокие цены на нефть и импортные акцизы на нефтепродукты требуют или новых источников финансирования или систему, побуждающую более высокий уровень потребления.

У Египта тяжёлая ситуация, в которой он должен либо перераспределить национальные ресурсы, принять более низкий жизненный уровень или привлечь иностранный капитал.

Хотя это и непопулярно и, следовательно, невероятно в ближайшей перспективе, перераспределение национальных ресурсов для достижения целей правительства может стать необходимым в случае, если экономическая ситуация продолжит ухудшаться. Чтобы собрать деньги, правительство может забрать активы, лёгкие для ликвидации. Это может включать принудительную конвертацию банковских депозитов в иностранной валюте, которые составляют в Египте более 26 млрд. дол. Другие потенциальные мишени включают частные пенсионные фонды. Государственные компании могут быть приватизированы, но это будет трудно в современном политическом климате.

Угрозы в сторону сбережений и фиксированных активов египетской элиты могут включать претензии и к активам военных. Находящиеся у власти «Братья-мусульмане» тонко балансируют в этой области и не хотят портить с военными отношения перед лицом склонного к бунту населения.

С другой стороны, правительство перекладывает некоторые затраты на поддержку существующей системы на граждан и бизнес. Хотя отмена субсидий на высокооктановый бензин и была неэффективной, она продемонстрировала желание Каира возложить более тяжёлое экономическое бремя на высшие классы, ограждая от этого большинство населения. Правительство объявило 19 февраля о том, что оно увеличит внутреннюю цену на топливную нефть на 50% для всех отраслей промышленности, кроме производства энергии и еды. Также оно вознамерилось выплатить четверть 9-миллиардного долга перед иностранными поставщиками топлива в египетских фунтах, а не в долларах.

Тем не менее, экономические шаги, предпринятые правительством для облегчения своих финансовых обязательств и перекладывания расходов на плечи потребителей, будут иметь широкий спектр последствий. К примеру, девальвация на 8% за январь и февраль уже сделала импорт более дорогим. Вдобавок, правительство ограничивает доступ к американским долларам в попытке выполнения базовых функций государства и содержания валютных резервов в целости. Это приведёт к удорожанию импорта мелких товаров, может вызвать недостаток и дать толчок развитию чёрного рынка иностранной валюты и товаров, но зато защитит государственные ресурсы.

Такие экономические подходы потенциально ведут к спиралеобразному росту недовольства. Правительство строго держится линии между экономической реформой и политическим самоубийством. Любые изменения, которые могут повлиять на имидж братьев, будут проводиться осторожно, чтобы в случае необходимости можно было их остановить. То есть коренные изменения, скорее всего, будут вряд ли возможны.

Всё же, даже небольшие изменения могут дать достаточные общественные накопления и финансовую стабильность, чтобы убедить иностранных инвесторов вернуться, хотя бы и в незначительном количестве. Для этого Египту нужен договор с МВФ о предоставлении прямой кредитной линии.

Но перед заключением такого договора управляемое «Братьями-мусульманами» правительство должно определить,  какие именно изменения оно может себе позволить. Беря во внимание опасность политической дестабилизации, МВФ вряд ли будет требовать глобальных структурных реформ, особенно с учётом того, что они практически неосуществимы. МВФ должен будет иметь какой-то план действий для обеспечения хотя бы толики стабильности экономики. На сегодняшний момент переговоры между социальными секторами Египта не привели к консенсусу. И с парламентскими выборами, запланированными на апрель, такое соглашение,  скорее всего,  невозможно в ближайшей перспективе.

Стратегическая рента

Для Египта на повестке дня стоит более весомый стратегический вопрос. Как ключевая страна региона Египет на протяжении всей своей истории оказывался способным извлечь большую выгоду из своего стратегически важного местоположения. В последний раз Египту это удалось в 1990, когда Ирак возобновил экспансию после изнурительной иранско-иракской войны и оккупировал Кувейт, что привело к вступлению США в войну, которая получила название «Война в Заливе» (первая). Египет стал стратегическим союзником США после соглашений в Кемп-Девиде в  1978 и помог США в достижении их целей на Ближнем Востоке, взамен получив отмену долга на 20 млрд. дол и миллиарды долларов займов.

Хотя Египет получил помощь от соседних стран, в частности от Катара, Каиру необходимы более существенные доноры. Переговоры с МВФ могут закончиться ничем, если Египет не сможет преодолеть политических противоречий в осуществлении экономических реформ. Однако США могли бы оказать помощь Египту, в том числе путём давления на страны-кредиторы на предмет списания части долга.

Договор о мире с Израилем остаётся критичным в ближневосточном балансе сил. В ходе политического переворота в Египте, США стремятся гарантировать продолжение курса египетского правительства на уважение этого договора. «Братья-мусульмане» имеют тесные связи с «Хамасом». Обеспечение мира зависит и от позиции правительства Египта, и от взаимного доверия с правительством Израиля, и от желания «Хамас» сотрудничать, поэтому пока США не уверены, что братья-мусульмане справятся с этой задачей.

Так как США не хотят втягиваться в военные конфликты на Ближнем Востоке и в Южной Азии, они очень заинтересованы в поддержке ключевых союзников во всех регионах мира для того, чтобы совместно с ними поддерживать региональные балансы сил. Вне зависимости от правительства в Каире, императивы в экономике и политике Египта ясны: именно США могут и согласны помочь стране в деле стабилизации её экономической ситуации. Поэтому задачей Египта является обеспечение выполнения своей доли участия в интересах США в регионе, а США имеют реальную возможность закрепить своё влияние в главной стране на Ближнем Востоке.

 

Перевод Иван Кармин, «Хвиля»




Комментирование закрыто.