Девальвация евро: смягчитель долгового кризиса

Василий Колташов, руководитель Борис Кагарлицкий Валерий Паульман, Института глобализации и социальных движений

1. Основные выводы:

1. Долговой кризис в Европейском Союзе обусловлен экономическими проблемами. С началом мирового кризиса правительства государств еврозоны пошли на увеличение размеров национальных долгов, стремясь за счет этого поддержать банковский сектор. В 2010 году, когда США добились глобальной финансовой стабилизации, Европа начала ощущать первые последствия избранной политике.

2. 2011 год стал временем развития европейского долгового кризиса. Из греческого он стал южным, а затем начал проявляться на севере еврозоны. Расширение и обострение бюджетно-долговых проблем происходило при содействии со стороны США. Понижение рейтингов стран ЕС вело к росту ставок по долгам и быстро дестабилизировало бюджеты наиболее проблемных стран зоны евро.

3. К концу 2011 года Германия и Франция вынуждены были признать, что долговой кризис стал общеевропейским. Административные меры в ЕС направлены на ужесточение внешнего контроля над бюджетами 17 государств подписавших в декабре соглашение. До 500 млрд евро увеличиваются европейские резервы (вместо 1 трлн евро, на чем настаивали США как на minimum minimorum), еще 200 млрд евро предоставляется МВФ. ЕЦБ вменено в обязанность выкупать долговые обязательства признаваемых проблемными государств, что фактически означает право на усиление денежной эмиссии.

4. Наряду с мерами по стабилизации долгового кризиса, власти стран Европейского Союза стремятся усилить «жесткую экономию» — еще более снизить социальные расходы, ввести дополнительные прямые и косвенные налоги для населения. Эти меры должны помочь ограничить эмиссию евро и сработать как механизм поддержания стабильности финансового сектора, который и является главным больным Европы. Бюджетно-долговые проблемы стран это лишь результат работы властей по поддержанию банковской сферы.

5. Усиление курса «жесткой экономии» даст правительствам временный источник средств, но будет провоцировать раст проблем в экономике в результате падения уровня жизни, а, следовательно, и потребительского спроса в Евросоюзе. В итоге Европейский Союз будет вынужден наращивать эмиссию евро для заморозки долгового кризиса — удержания его под контролем. Это сработает на дальнейшее ослабление европейской валюты.

6. Противоречие между евро и долларом за время мирового кризиса обострилось. Укрепление позиций европейской валюты в 2010-2011 годах совпало с ослаблением доллара. После поражения Барака Обамы в борьбе с республиканской оппозицией по вопросу монетарной политики, приоритетным для США становится твердый доллар. ЕС также стремится сохранить евро как стабильную валюту, в то время как американское давление на ЕС направлено на ослабление евро и увеличение субсидирования Европейским Союзом финансового сектора.

7. Все государства еврозоны без исключения обременены большими государственными долгами. Германия и Франция объективно находятся в положении немногим лучше, чем Италия, Греция и Португалия. Они крайне уязвимы. Суммарный государственный долг еврозоны составляет порядка 10 трлн евро. Для удержания его под контролем недостаточно ни 0,5 трлн евро, ни 1 трлн евро резервов. С учетом возрастания бюджетных проблем (в том числе в результате экономической депрессии в Европе) потребуется затратить на поддержание стабильности в несколько раз больше, как минимум 2-3 трлн евро. Расходы могут еще резко возрасти при необходимости спасать банки Европы также обремененные долгами и испытывающие проблемы из-за экономического кризиса.

8. Европейские власти будут стараться избегать списания долгов наиболее проблемных стран еврозоны и ЕС как меры наносящей вред финансовому капиталу. Задачей властей Европейского Союза остается обеспечение ренты банковским группам. Ослабление евро будет носить вынужденный характер. ЕЦБ и правительства в ЕС попытаются уменьшить инфляционные последствия эмиссии за счет сокращения количества денег в руках населения. В краткосрочной перспективе это может дать эффект, но неизбежно приведет к росту денежной эмиссии, обеспечив дальнейшее ослабление евро.

9. Правительства стран еврозоны не заинтересованы в возврате к прежним национальным валютам. Распад еврозоны и Евросоюза сверху остается маловероятным сценарием и по причине заинтересованности Германии и Франции в сохранении евро и ЕС. Большинство государств ЕС рассматриваются странами-лидерами не как партнеры, а как зависимые. Не страны-лидеры жертвуют средствами для поддержания бюджетной стабильности в более слабых государствах Европы, а наоборот их финансовый сектор подпитывается за счет перетока ресурсов от этих государств.

10. Неравенство экономик и государств в общей политической системе, это составная часть «европейского единства». На вершине пирамиды Евросоюза Германия и Франция. Соглашение 17 стран не направлено на слом немецко-французской гегемонии в Европейском Союзе и смену правил. Банковским группам Северо-Западной Европы выгодно сохранение старых принципов «европейского единства», поэтому новые рецепты правительств — это более жесткие старые рецепты бюджетной дисциплины. Поддержка этого курса всеми кабинетами еврозоны указывает на  срастание в Европе не столько экономик, сколько групп банковского капитала. Неолиберальная интеграция в Евросоюзе способствовала сохранению неравенства, а не преодолению его.

11. Характерно, что обострение долгового кризиса в Евросоюзе совпадает по времени с прекращением Вашингтоном политики «количественного смягчения». Потеряв значительную долю подпитки в США, мировые финансовые круги заинтересованы получить ее в ЕС. Осуществить это одновременно со смягчением долговых проблем, без расширения эмиссии евро невозможно. Таков единственный оставшийся способ поддержания банковской стабильности в Европе. Он позволяет контролировать бюджетно-долговой кризис в еврозоне, не устраняя его (в итоге массового выкупа бумаг), что ослабило бы евро чрезмерно.

12. Частным банкам не выгодно предоставлять европейским властям недостающие им средства для стабилизации бюджетно-долгового кризиса. Они сами ждут новых субсидий в различном виде от государственных и межгосударственных структур. Субсидировать администрацию, чтобы она субсидировало банки — не подходящий рецепт для кредитных институтов Европы, особенно если ясно: государства еврозоны уже надорвались.

13. Каким бы плохим в Европейском Союзе не являлось положение потребителей и производителей, спасать будут, прежде всего, банки. Они могут рассчитывать на новые субсидии независимо от состояния национальных бюджетов.

14. В 2012 году можно ожидать постепенного укрепления доллара к евро. Девальвация европейской валюты не будет направлена на снижение обменного курса, а станет побочным эффектом смягчения денежной политики под давлением бюджетно-долгового кризиса. Евросоюз в результате будет действовать по американскому плану независимо от административной формы.

2. Трудное положение Европы

После снижения рейтинга ряда европейских государств очередь дошла до Франции. Международное рейтинговое агентство Standard & Poor’s «по ошибке» объявило о снижении ее рейтинга. Затем оно отыграло обратно, оставив впечатление умышленно допущенной «ошибки». Рейтинг Бельгии снижен S&P с негативным прогнозом. Проценты по французским и немецким государственным облигациям определенно будут расти. И причиной тому не только вероятные атаки на рейтинги стран со стороны базирующихся в США агентств, но и реальные долговые проблемы.

{advert=4}

Опыт 2010-2011 годов показывает, что Соединенные Штаты не жалеют Европейский Союз: постепенное снижение рейтингов государств еврозоны ведет к повышению процентов, которые они обязаны выплачивать держателям бумаг, а это быстро делает долги неуправляемыми. Снижение рейтингов государств еврозоны заставляет власти срочно изыскивать средства для удержания под контролем бюджета и активней проводить непопулярные меры по урезанию социальных расходов. Аналогичное воздействие на правительства стран еврозоны оказывает снижение рейтингов коммерческих банков. Власти спешно выделяют субсидии проблемным банкам, что осложняет положение бюджетов.

Снижение рейтингов провоцирует развитие бюджетно-долговых кризисов в Европе. За 2011 год Италия едва не перешла с выплаты 5% в начале года до более 7% в конце. Текущий уровень ставки немного ниже уровня в 7%. Лишь скупка ЕЦБ итальянских бумаг немного сбила ставку. Результатом долгового кризиса в Италии уже стала отставка Сильвио Берлускони, находившегося на пике непопулярности. В Греции снижение рейтинга страны ускорило провал мер по спасению бюджета, что привело к скрытому банкротству — решению о списании 50% греческого долга. ЕС вынужден был согласиться на этот дорогостоящий шаг лишь под угрозой скорого неконтролируемого дефолта Греции. Продолжение прежней политики потребовало отставки ставшего кране непопулярным главы правительства Георгиоса Папандреу. Еще в марте ушел в отставку премьер-министр Португалии Жозе Сократеш; парламент страны отклонил его предложения по «жесткой экономии» греческого образца.

В октябре новый глава правительства Португалии Педру Пасуш Коэлью попросил содействия США для преодоления европейского кризиса. «Помощь» Соединенных Штатов выразилась в нематериальной форме. Под их давлением было объявлено об увеличении стабилизационного фонда Евросоюза до триллиона евро. Но денег этих еще нет и не ясно возможно ли их собрать. Власти США не могли не знать о трудностях по этому вопросу заранее. Однако они скорее осложняют положение государств еврозоны и ЕС вообще, чем содействуют стабилизации ситуации.

Власти США прекрасно осведомлены, что малейшего толчка достаточно для обострения бюджетно-долгового положения Германии и Франции — «титанов еврозоны». В аналогичном положении находится Австрия, Бельгия и Нидерланды, не относящиеся к государствам проблемной «зоны юга». Среди аналитиков популярна мысль, что сокращение еврозоны стабилизирует общее положение и поддержит евро. Однако, сжатие зоны евро — не решение. Источником европейских долговых проблем являются не правительства и некие административные формы их взаимодействия в ЕС либо нарушенные бюджетные правила, а финансовый сектор Европы.

3. Долги еврозоны

По данным Европейского статистического агентства, на начало 2010 года Бельгия имела государственный долг равный 96,2% ВВП. Нидерланды — 62,9% ВВП. Госдолг Франции соответствовал 82,3% ВВП, Германии — 83,2% ВВП, Австрии — 71,8% ВВП. В денежном исчислении Франция имеет государственный долг порядка 1,6 трлн евро, Германия должна более 2 трлн евро. Положение Италии — номинально промежуточное; ее долг составляет около 1,8 трлн евро (118% ВВП). Общим для Европы стал рост государственной задолженности с 2007 года. С того же времени резко увеличилась дефицитность национальных бюджетов.

В 2010-2011 годах европейские правительства пытались удержать долги от разрастания. Но развитие долговых кризисов или их предпосылок было обеспечено проблемами экономики: за объявлением о конце глобального кризиса не последовало экономического подъема, а оживления мирового хозяйства оказалось недостаточно. Волнение французских чиновников после «случайного» снижения рейтинга страны не было случайным. Повышенное внимание Франции и ФРГ к «больным Европы» объясняется, прежде всего, тем, что сами лидеры ЕС являются главными «больными». Важно и то, что действия этих держав по «разрешению кризиса еврозоны» направлены лишь на сохранение его под контролем. Кредо этой политики: избегать списания долгов и обесценивания их через ослабление евро, не подставлять под удар банковские группы.

Списание части долгов государств еврозоны, от 20% до 60%,  Евросоюзом рассматривается как слишком дорогой и грозящий рецидивом сценарий. Характерно, что за списанием половины греческого долга последовало решение нового правительства Греции о выделении в различной форме банкам 60 млрд евро. Обещали компенсировать потери от списания своим банкам и другие правительства еврозоны. Списание даже незначительной доли долга того или иного государства еврозоны неизменно требует немалых расходов, на которые власти не имеют необходимых средств.

К концу 2011 года бюджетно-долговой кризис в еврозоне стал всеобщим, хотя и выразился в острой форме ограниченно. Стабилизационный фонд ЕС должен по последним оценкам достигнуть 2-3 трлн реальных евро, чтобы обеспечить на время контроль над положением. Но даже таких средств может оказаться недостаточно, а Евросоюзом не решена и более скромная задача — найти триллион евро. Европейский Союз отчаянно ищет деньги, пытаясь получить их от стран не входящих в «объединенную Европу». В этих условиях США могли бы воздержаться от новых ударов, если они не хотят разрешения бюджетно-долгового кризиса в ЕС, то есть лавины правительственных и банковских банкротств. Белый дом добивается иного: он стремится получить новую денежную политику Евросоюза, заставить его делать то, что США больше делать не могут.

Распространено мнение, что для снятия давление долгового кризиса в ЕС должны быть выработаны некие новые внутренние правила. По инициативе Германии и Франции внутри Европейского Союза будет создано новое бюджетно-налоговое объединение. Войдут в него 17 из 27 стран. Германо-французский «план Меркози» — план реформирования ЕС заблокировала в начале декабря Британия. Она не пожелала ужесточения европейского контроля над своими финансами. Проект ФРГ и Франции предполагал сохранение нормы годового бюджетного дефицита не более 3% ВВП, а заодно создание Европейского стабилизационного механизма с увеличенным кредитным потенциалом. От еврооблигаций решено было отказаться как не решающих проблем кризиса.

На переговорах в Брюсселе 17 стран ЕС договорились о борьбе с долгами через ужесточение внешнего надзора за собственной бюджетной политикой. Решение принято в соответствии с первым предложением. Ключевые документы Евросоюза обойдены. Размер Европейского стабилизационного фонда возрастает до 500 млрд евро. МВФ должны быть предоставлены 200 млрд евро. Наряду с Англией, от этого проекта отказалась Венгрия. Проекты государственных бюджетов 17 стран будет оценивать Европейская комиссия. Под ударом суверенитет народов и демократические нормы. Европейские левые силы однозначно настроены против новых правил как усиливающих влияние финансовых корпораций.

Административные изменения в Европе не разрешают долгового кризиса и даже не в состоянии обеспечить его стабилизацию. Они призваны лишь обеспечить перераспределение средств от национальных потребностей, включая прежде всего социальные, к банковской сфере через сохранение непрерывных платежей по долгам. Гораздо большее значение, с точки зрения бюджетно-долгового кризиса, имеет предоставление ЕЦБ санкции на восстановление недостатка ликвидности в проблемных странах ЕС. Ожидается, что рост процентных ставок благодаря этой мере и более строгой бюджетной дисциплине в Евросоюзе будет остановлен. Эмиссия евро усилит инфляцию, которую власти постараются сдержать за счет сокращения социальных расходов, уменьшения денег в руках населения.

4. Евро против доллара

Бюджетно-долговые проблемы Европы не исчерпываются внутренними экономическими причинами. Они носят международный характер. Расширение долгового кризиса в Евросоюзе обусловлено в немалой мере противоречиями между европейскими и североамериканскими группами капитала, обострившимися после начала глобального кризиса. Наиболее ярко выражает эти противоречия валютный конфликт: обострившаяся конкуренция евро и доллара.

Соединенные Штаты часто называют главным членом Евросоюза. Однако поведение Вашингтона выдает наличие противоречий с ЕС. Доллар и евро не сосуществуют мирно: европейская валюта укрепилась за второй период  «количественного смягчения» (QE2), американской программы субсидирования финансового сектора. Ведущие экономики Европейского Союза выиграли от достигнутой усилиями США мировой стабилизации 2009-2010 годов. Ослабление доллара укрепило противников «демократической» антикризисной политики Барака Обамы. От Белого дома республиканцы потребовали твердых денег. Последовавший за этим обвал рынков в августе-октябре недвусмысленно показал, на чем держится стабильность мировой экономики.

Выход евро на мировую арену совпал с первым серьезным ослаблением доллара к золоту после стабильности 1990-х годов. Укрепление евро до кризиса способствовало отвоеванию у американской валюты части ее позиций в мире. Вплоть до середины 2008 года евро укреплялся к доллару. Затем последовало падение; новое усиление европейской валюты к доллару началось в 2009 году, когда США активно вбрасывали деньги в финансовую систему. В этот период действовала программа QE1. Весенне-летний спад на рынках 2010 года обернулся временным укреплением доллара, закончившимся с запуском QE2 — второй программы «количественного смягчения». В свою очередь отказ Конгресса США санкционировать продолжение этого курса осенью 2011 года сыграл на укрепление американской валюты.

Евро и американский доллар, как и британский фунт стерлинга, являются валютами стран центра мирового капитализма. В отличии от валют периферийных государств они предназначены для накопления денежного капитала и не служат главным образам для выплаты заработной платы. По этой причине резкое ослабление национальной валюты неприемлемо для США и ЕС. Снижение курса доллара как следствие предоставления банкам огромных субсидий стало причиной для ожесточенной республиканской  критики денежной политики президента Соединенных Штатов.

Власти стран еврозоны не заинтересованы в возврате к национальным валютам. Распад еврозоны и Евросоюза сверху остается маловероятным сценарием и по причине заинтересованности Германии и Франции в  сохранении евро и ЕС. Большинство государств ЕС рассматриваются странами-лидерами не как партнеры, а как зависимые. Ужесточение контроля органов Европейского Союза над экономиками и бюджетами входящих в него государств отвечает интересам банковского капитала северных лидеров «объединенной Европы». Не страны-лидеры жертвуют средствами для поддержания бюджетной стабильности в более слабых государствах Европы, а наоборот их финансовый сектор подпитывается за счет перетока ресурсов от этих государств. Показательно, что борьба с долговым кризисом в Греции привела к углублению экономического кризиса. В октябре безработица дошла по официальным данным до 18,5%.

{advert=6}

Положение ЕС осложняет возобновившееся развитие экономического кризиса. Согласно данным Евростат, промышленное производство в странах еврозоны упало в сентябре в месячном исчислении на 2% (снижение по ЕС — 1,7%). В годовом исчислении общее для Евросоюза и зоны евро снижение равняется 2,2%. Все более тяжелым с каждым месяцем становится положение потребителей. Ужесточение бюджетной политики в целом по Европе обещает усугубить материальное положение населения и увеличить безработицу. Власти продолжат перекладывать долговые проблемы на население, в то время как сам долговой кризис в Европе является итогом переноса проблем банков на плечи государств.

США явились в 2008 году эпицентром глобального кризиса. Это вынудило власти много активней, чем Европейский Союз, прибегать к эмиссии. При обострении кризиса в тот или иной момент Соединенные Штаты бросали на обеспечение стабилизации триллионы долларов, значительная часть которых являлась свежеотпечатанными. Евросоюз стремился в таких условиях решить две задачи: добиться повышения международного значения своей валюты и удержать объемы экспорта в США.

Каждая волна проблем в мировой экономике в 2008-2011 годах работала на ослабление евро. В периоды оптимизма и рыночных оживлений ослаблению доллара помогал не только печатный станок, но и вера в относительное благополучие Европы. 2011 год, вероятно, кладет конец этой цикличности. Еврозона отныне не выглядит менее проблемной, чем Соединенные Штаты. В 2012 году можно ожидать усиления доллара. Американские промышленные корпорации не хотят больше нести потери денежного капитала из-за ослабляющей доллар политики. Большая твердость должна помочь сохранению его как главной мировой валюты. ЕЦБ с гордостью констатирует: за годы кризиса спрос на евро возрос. США сознают угрозу, хотя переход к «жесткой экономии» на федеральном уровне благодаря давлению республиканской оппозиции уже начался.

5. Европейские противоречия

Неравенство экономик и государств в общей политической системе составная часть «европейского единства». На вершине пирамиды Евросоюза Германия и Франция. Соглашение 17 стран не направлено на слом немецко-французской гегемонии в Европейском Союзе. Банковским группам Северо-Западной Европы выгодно сохранение старых принципов «европейского единства», поэтому новые рецепты правительств — это более жесткие старые рецепты бюджетной дисциплины. Они не помогли избежать долгового кризиса в ЕС, и они бессильны ослабить его давление, не решая экономических проблем и не давая необходимого денежного источника для поддержания стабильности финансового сектора.

Накануне брюссельской встречи руководителей стран-членов Евросоюза пресса много писала об угрозе распада ЕС и зоны евро, изгнания и выхода из нее проблемных стран. Итогом переговоров неолиберальных лидеров государств стало соглашение о более жестком сплочении ЕС и еврозоны. Заявление Германии и Франции о готовности допустить выход из еврозоны или исключение из нее государств не соответствующих бюджетным стандартам остается не более чем угрозой. На деле не только власти ФРГ и Франции, но и всех других стран входящих в ЕС и зону евро стремятся сохранить существующее положение. Это является следствием срастания не столько экономик, сколько банковского капитала. Выводимая многими критиками «главная проблема» Европейского Союза и еврозоны — неравномерность экономического развития государств, остается одним из важнейших итогов неолиберальной европейской интеграции. Она способствовала сохранению неравенства, а не преодолению его.

{advert=8}

Договоренность 17 государств Евросоюза означает шаг от политики сдерживания долгового кризиса в отдельно взятых странах к попытке взять его под контроль в европейском масштабе. Бюджетно-финансовая интеграция проводится вопреки потребностям населения и игнорирует глубокие экономические причины долгового кризиса в ЕС. Суммарный долг Португалии, Италии и Испании составляет около 4 трлн евро. До 4,5 трлн евро доходит сумма государственных долгов Германии, Франции, Бельгии, Нидерландов и Люксембурга. Порядка 10 трлн евро (включая греческий долг) составляет коллективный долг еврозоны. Правительства стран-лидеров ЕС прекрасно понимают: принципиальной разницы между национальным и оговоренным в Евросоюзе списанием долгов нет. Отличие состоит лишь в том, что принятие решения на международном уровне позволяет правительствам ЕС лучше защитить интересы своих банков.

ЕЦБ объявил о готовности бороться с европейским долговым кризисом через покупку правительственных облигаций. Интервенции — скупки долговых бумаг, если они не будут масштабными, не окажутся долговременно эффективными. Масштабные действия ЕЦБ требуют чрезвычайно больших затрат, а нужных денег в распоряжении Евросоюза нет. Единственным решением может быть допечатывание средств по мере необходимости. Однако подобные действия вызывают опасения у европейских корпораций, не желающих снижения ценности собственных денежных капиталов. Как и в США, банки Европы требуют твердых денег. Проблема ЕС в том, что их невозможно дать.

6. Американский рецепт для ЕС

Без достаточных средств, шаг ЕЦБ остается моральным: направленным на успокоение держателей долговых бумаг. Он также лишний раз демонстрируют, что каким бы плохим в Европейском Союзе не являлось положение потребителей и производителей, спасать будут, прежде всего, банки. Греческая депрессия — отличная иллюстрация будущего других членов еврозоны. Готовность ЕЦБ скупать облигации не означает прекращения «жесткой экономии». Органы Евросоюза будут и далее добиваться от правительств урезания социальных статей, а заодно и прав. Но перебороть дефицит денег правительствам не удастся. Субсидировать администрацию, чтобы она субсидировало банки — не подходящий рецепт для кредитных институтов Европы, особенно если ясно: государства еврозоны уже надорвались.

Власти Европейского Союза не располагают необходимыми источниками финансирования планов по борьбе с долговым кризисом. Даже ценой значительных уступок от Китая, Бразилии, России и других стран не собрать и 20% реально необходимых средств. Остается одно решение, которого руководство ЕС хотело бы избежать. Мягкая денежная политика, девальвация евро могла бы заморозить развитие бюджетно-долгового кризиса в еврозоне и дать финансовому сектору необходимую подпитку. Для доллара и Соединенных Штатов такой курс Европы обеспечил бы и иные преимущества. Поэтому министр финансов США Тимоти Гайтнер заявил, что долговой кризис в ЕС — это основной тормоз мировой экономики. При этом Соединенные Штаты не торопятся спасать Европу. Если бы рейтинг США был снижен в соответствии с реальным положением, то дефолт стал бы сценарием на недалекую перспективу. Вместо этого под американским ударом рейтинги стран еврозоны.

США остаются главным рынком планеты и без их проблем трудности государств еврозоны вряд ли стали бы возможны. Важно и другое: обострение долгового кризиса в ЕС совпадает по времени с прекращением Вашингтоном политики «количественного смягчения». Потеряв значительную долю подпитки в США, мировые финансовые круги заинтересованы получить ее в ЕС. Осуществить это одновременно со смягчением долговых проблем без расширения  эмиссии евро невозможно. Таков единственный оставшийся способ поддержания банковской стабильности в Европе. Он позволяет контролировать бюджетно-долговой кризис в еврозоне, не устраняя его, что ослабило бы евро чрезмерно.

Добиться от Европейского Союза мягкой денежной политики для США чрезвычайно важно. Дав европейскому, а по инерции и американскому финансовым секторам подпитку, это понизит значение главной валюты-конкурента доллара. В многочисленных атаках США на ЕС прослеживается стремление сломать его осторожную денежную политику. Государственные долги в еврозоне являются формой субсидирование банков, поэтому частные банки не понесут деньги правительствам: механизм не заработает в обратную сторону. Залог этому — устойчиво-депрессивное состояние экономики еврозоны. Девальвация евро, таким образом, неизбежна. Вариант ее окажется ползучим. Это не означает, что Соединенные Штаты видят шанс иначе решить свои долговые проблемы. Важно лишь чтобы евро упал первым.

Медленное ослабление евро уже санкционировано. Европейская валюта становится менее надежной, чем американский доллар. Власти стран еврозоны будут пытаться получать как можно больше средств для удержания долгового кризиса за счет «жесткой экономии»: сокращения социальных расходов, а также введения новых косвенных и прямых налогов на население. Наряду с ослаблением европейской валюты это будет способствовать обнищанию потребителей, что станет подталкивать власти к ужесточению избранного курса и увеличению эмиссии для защиты банковского сектора от кризиса. Все это ускорит открытие острого бюджетно-долгового кризиса в ФРГ, Франции, Австрии и Нидерландах. Неминуемо углубление экономического кризиса в Европе.

Долговой кризис в Европе неизбежно выйдет из-под контроля. Но еще раньше руководители Европейского Союза могут потерять контроль над политической обстановкой. Неизбежное разрешение долгового кризиса, вероятнее всего, окажется не на пользу большинству европейских банков.




Комментирование закрыто.