Чему Новая Зеландия может научить Украину

Дмитрий Бергер, Канада, для "Хвилі"

Новая Зеландия

История, честно говоря, всем слишком знакомая.Жила себе страна, когда-то бывшая частью империи, было много в ней лесов, полей и рек, не говоря уже о сельском хозяйстве, шахтах и тяжелой индустрии. И исторической памяти о славных воинах прошлого, и знаменитых спортивных командах, конечно.

Другие части бывшей империи разбрелись кто куда и поползли своим путем. Наша же страна, несущая в своих генах дух сельской громады, избрала своим путем эгалитаризм, т. е. концепцию, в основе которой лежит идея, предполагающая создание общества с равными политическими, экономическими и правовыми возможностями. Главным тут было экономические возможности, в смысле дохода, и родное правительство честно помогало всем нуждающимся субсидиями и ограничением импорта, для защиты своих производителей. Несмотря на такой справедливый подход к делу, дела становились все хуже, а нуждающихся все больше.

Пока в один не особо прекрасный момент страна оказалась банкротом. Что такое банкрот, спросите вы? Это то, кому никто денег взаймы не дает. Кроме МВФ, который для таких ситуаций и создали. МВФ тоже не дураки, понятно, вкладывать деньги за просто так в убыточную экономику не стремится, а желает иметь гарантии того, что то, что не работало до сих пор, хотя бы останется при своих.

Тут вы и сами можете рассказать, что и как в этой ситуации нужно делать Украине. Но речь идет о Новой Зеландии.

К 1984 году обществ, построенное на идее равенства и справедливости, достигло своего идеала — тонущего “Титаника”. Пока братские Великобритания, Канада и Австралия криво-косо переходили на постиндустриальные рельсы, точнее скоростные шоссе (какие к черту рельсы?!), со времен Великой Депрессии подтягиваясь за США, Новая Зеландия безнадежно застряла в 1930-х, которые она не могла себе больше позволить.

Пришедшей на смену Националистической партии Рабочей(лейбористы) партии пришлось менять социалистическую политику националистов и вводить вынужденные меры, которые в остальном мире называли по имени Железной леди британских консерваторов – тетчеризмом. Такая ирония судьбы и экономики.

Что последовало, легко предугадать. Курс валюты пустили в вольное плавание. Субсидии кончились, пособия урезались, не прибыльные предприятия и отрасли, в основном, ясен пень, государственные, коих там было пруд пруди, закрылись и свернулись или были приватизированны. Зато прибыльные получили возможность выхода на глобальный рынок, где и вступили в жестокую конкуренцию со всеми, кто попадался на пути. Через 10 лет по всему миру яблоки сорта “Granny Smith”, фрукты киви и ноги ягнят стали прочно ассоциироваться с Новой Зеландией. Голливуд потянулся на острова с волшебной природой, где, несмотря на всю дальность перелета, снимать эпических картины с хоббитами и орками все равно дешевле, чем Лос Анжелесе. Промышленность, вместо того, чтобы быть своего рода пособием по безработице, стала производить продукты, востребованные в мире, а финансовый сектор начал привлекать инвесторов.

Сказать, что перемены дались новозеландцам без усилий, нельзя. Первые пять лет были ужасны. Разве что от голода не умирали. Но и не жировали, штопали носки, сохраняли пакетики. Люди теряли многолетнюю работу, теряли свои фермы, теряли установившийся за многие десятилетия уклад жизни, теряли веру в себя, теряли чувство собственного достоинства, теряли надежду. Но несмотря на сильнейшее социальное напряжение, оно не вылились в бунты, в политическое насилие. Зато уровень бытового насилия подлетел в разы, но на улицы оно не выплеснулось. Вероятно, сказался врожденный британский стоицизм в обстоятельствах британской политической и правовой системы. Хотя в стране, где регби – религия, а национальная команда “All Blacks” (Все в черном) – боги, достаточно взглянуть на их атакующую линую, чтобы понять, что Киви, как называют новозеландцев, если что, то вполне могут.

Но бунтовать не стали. Занялись развитием свободного рынка и интеграцией в мировую экономику, находя и расширяя свои, и, если повезет, занимая чужие ниши.

Тем не менее, боль 1984 года в новозеландцах живет. Когда-то равное и справедливое общество все больше разделяется, пропасть между людьми с низкими доходами и супербогатыми растет. И неважно, что сегодняшние бедные живут лучше вчерашних богатых. Дело не в материальных выгодах, а тоске по потерянному идеалу, когда никто не выделялся на фоне другого, все были одной небогатой, но счастливой семьей.

За все приходится платить. Все имеет цену. Даже невежество. Что мы знаем о Новой Зеландии? Что мир знает об этих островах у черта на куличках? Даже всегда готовый Гугль не особо шибко находит информацию по реформам в Новой Зеландии. Там ведь не было сенсации, не было драмы, огня и меча, не было за что зацепиться мировым СМИ. Там просто в течении 10 лет проводились болезненные реформы и люди, так или иначе, их приняли, их выстрадали. 10 лет — это очень короткий срок для перемен. Обычно они занимаю поколения.

Недавно знакомый канадец из Оттавы переехал жить в Веллингтон. Насовсем. И, признаюсь, я его понимаю. И немного завидую. Говорят, обалденная страна, на вид и на вкус.

Зачем, скажите, вам чужая Аргентина? Или Чили? Или Тайвань? Или Южная Корея? Или Сингапур, от упоминания которого всуе уже тошнит, честно говоря? К чему вам примеры азиатского авторитаризма и южноамериканских хунт, если есть пример демократии, без лишних драк и репрессий вытащившей себя за волосы из болота популизма? Почему бы не взглянуть на Новую Зеландию?

Может быть дело в том, что по любому поводу, будь это финал чемпионата мира или похороны друга, вместо печальной заунывной песни, новозеландцы заводят боевой танец местных воинов маори – хаку. Почему бы для начала не попробовать ее?




Комментирование закрыто.