Украина движется к национальному банкротству («The Wall Street Journal», США)

Было давно очевидно, что поражение действующего президента, Виктора Ющенко, который загнал себя в антироссийский националистический угол, приведет к политическому сближению между Украиной и Россией. Янукович выступает за неприсоединение (что означает отказ от стремления к членству в НАТО), а Тимошенко обещает выносить на всенародный референдум любое решение о присоединении к военному альянсу (что на практике исключает членство в НАТО, против которого, как уже давно показывают опросы общественного мнения, стабильно выступает большинство украинцев). По-видимому, гораздо меньше внимания уделяется перспективе усиления этого геополитического сдвига за счет надвигающегося национального банкротства Украины и выполнения Россией роли «Абу-Даби» по отношению к украинскому «Дубаю» в смысле решения финансовых трудностей страны соседним и родственным государством.

В октябре 2009 года МВФ приостановил выделение последнего транша в 3,8 млрд. долларов в рамках 17-миллиардного экстренного кредита Украине, ссылаясь на то, что необходимо дождаться окончания кампании по выборам президента, чтобы украинские власти были в состоянии проводить ответственный экономический курс. Тем временем, МВФ без лишнего шума помогал Украине удерживать финансовый кризис в рамках разумного при помощи подручных средств. Самым ярким примером этой политики стало одобрение вывода 2 млрд. долларов золотовалютных резервов украинского центрального банка для выплаты России 900 миллионов за импорт газа в январе.

Но теперь кубышка пуста. Режим строжайшей экономии будет единственным способом сохранить резервы Украины и не допустить очередной панической скупки валюты, последствия которой могут быть катастрофическими, учитывая гигантский объем государственных и частных долгов, деноминированных в иностранной валюте (более 100% ВВП на начало кризиса). Новому президенту и правительству, сформированному по итогам выборов, придется отказаться от предвыборных обещаний, сокращая расходы государства (в 2009 году дефицит бюджета составил около 12 процентов ВВП и был профинансирован во многом за счет печати денег) и повышая тарифы на энергию для частных потребителей. Без сокращения расходов возможны многочисленные дефолты. Государственные энергетическая и железнодорожная компании («Нафтогаз» и «Укрзализныця») уже не сумели выполнить свои контрактные обязательства по зарубежным займам и вступили в переговоры с кредиторами о реструктуризации.

Это было бы непростой задачей даже для лидера, избранного на волне национальной сплоченности и обладающего мандатом народа на преодоление кризиса. Но президентские выборы на Украине не могут создать такого политического капитала. Причина этого глубже, чем хорошо известный раскол по линии Восток-Запад. Не менее фундаментальная проблема — отсутствие функционирующих институтов. На настоящий момент контроль над исполнительной властью совместно осуществляется президентом и парламентом. И именно это, а не личная вражда ведущих политиков и стоящих за ними бизнес-групп, является подлинной причиной хронического политического хаоса на Украине.

Единственное решение состоит в радикальной конституционной реформе, которая утвердила бы превосходство парламента как единственного института, в рамках которого решаются внутренние противоречия страны. Изменение конституции требует парламентского большинства в две трети голосов, которое может сложиться только в результате коалиции основных политических сил, опирающихся на центр и восток страны (и возглавляемых сегодня, соответственно, Тимошенко и Януковичем). Но после битвы на президентских выборах эти два лидера перенесут свою борьбу в парламент — а это вполне может означать досрочные парламентские выборы. Не самые лучшие обстоятельства для возобновления программы МВФ и недопущения финансового коллапса.

Однако этот анализ еще не полностью описывает то печальное положение, в котором оказалась Украина. Предположим, что стране каким-то чудесным образом удастся избежать политической ловушки и в ближайшие недели у нее появится сильный лидер, контролирующий и исполнительную, и законодательную ветви власти и потому способный предпринимать решительные политические действия. Даже в этом случае, при возобновлении кредитной линии МВФ и некотором восстановлении пошатнувшегося доверия инвесторов, Украина столкнется с мощными внешними факторами дефицита финансирования. Повышение цен на экспортные товары Украины (главным образом, черные металлы и сыпучие химикаты) будет происходить на фоне тесно связанного с ним роста цен на импортируемые энергоносители — и временное разъединение этих факторов вряд ли будет в пользу Украины, учитывая резкий рост производства стали в Китае.

Прежде всего, в 2010 году Украина должна будет выплатить 37 миллиардов долларов внешнего долга. Даже если мы предположим, в рамках чудесного сценария, возможность рефинансирования половины этой суммы (невзирая на горький осадок после недавних дефолтов), дефицит финансирования все равно составит в 2010 году более 10 млрд. долларов, а в 2012-13 годах увеличится до 15-24 миллиардов, когда сначала прекратятся займы МВФ, а затем настанет время их отдавать.

Единственный реалистичный способ преодоления этого дефицита — обратиться за помощью к российскому правительству, накопившему огромные сбережения. Попросит ли Украина Россию о такой помощи, а, если да, то как ответит Россия?

В силу опасений за суверенитет Украины украинский политический класс всегда будет считать российский бэйлаут последним средством. Но национальная неплатежеспособность будет восприниматься как большая угроза суверенитету, нежели спасение экономики при помощи России и, прежде всего, поставит под угрозу власть и богатство всего политического и делового истеблишмента Украины.

Помня о своем унижении в дни украинской «оранжевой революции» 2004 года, российское руководство будет реагировать осторожно. Тем не менее, теперь России не избежать втягивания в украинский кризис — с одной стороны, в связи с потенциальными геополитическими выгодами, а с другой — по причине естественного интереса к тому, чтобы сделать все возможное по недопущению финансового и экономического краха Украины, ради стабильности в регионе и учитывая важность двусторонней торговли и по-прежнему мощных экономических связей между двумя странами.

Хороша или плоха такая перспектива? Мнения разойдутся, и в этом споре будет много ликования и отчаяния. Так или иначе, финансовое спасение Украины Россией следует рассматривать как естественный ход событий — такой же естественный, как, скажем, реакцию США на кризис песо, разразившийся в 1994 году в Мексике.

 

Кристофер Грэнвилл — управляющий директор компании Trusted Sources, занимающейся исследованиями развивающихся рынков




Комментирование закрыто.