«Революция Розы» в Киргизии

 

Политическая пороховая бочка

Протесты против Бакиева начались в марте в связи с обвинением его и его семьи в коррупции. В 2009 году он провел изменения в Конституции страны, которые можно было рассматривать как основание для династического правления, а также расставил своих ближайших родственников (включая сына) на ключевые посты, где они имели возможность воровать огромные суммы денег (предположительно до 80 млн долларов в год) из сумм, выплачиваемых за предоставление авиабазы «Манас».

Кыргызстан является одной из беднейших стран Центральной Азии с более чем 40% населения ниже официальной черты бедности. Бакиев назначил своего сына Максима (которому также удалось найти время и средства на частичное приобретение футбольного клуба в Великобритании) главой Центрального агентства по развитию, инвестициям и инновациям, где он получил контроль над крупнейшими активами страны, в том числе золотыми приисками Кумтор.

В конце 2009 года Бакиев резко повысил налоги на малый и средний бизнес, а в начале этого ввел новые налоги на телекоммуникации. Он приватизировал крупнейшую в стране электрическую компанию, и в январе эта частная компания, которая, по слухам, была продана друзьям семьи менее чем за 3% своей рыночной стоимости, удвоила цены на электроэнергию. Цены за газовое отопление были подняты на 1000%.

Одним словом, народное возмущение имело под собой все основания. Главный же вопрос в том, куда и кем этот народный гнев направлялся.

Протесты вспыхнули после мартовского резкого повышения цен. Примерно в то же время Роза Отунбаева была избрана спикером Парламента. Тогда же она призвала США обратить внимание на ситуацию в Киргизии, но ее никто не услышал.

Согласно российским источникам, Роза Отунбаева вела переговоры по поводу ухудшающейся ситуации и с Владимиром Путиным. Сразу же после формирования переходного правительства Киргизии Москва его признала и предложила 300 млн долларов стабилизационной помощи, сделав перевод транша из тех 2,15 млрд, что были объявлены на строительство Нарынской ГЭС после того, как Бакиев пообещал закрыть авиабазу «Манас». Задержанный последний транш в 300 млн был переведен в Киргизский национальный банк сразу же после отстранения Бакиева от власти.

Примечательным в этих киргизских беспорядках можно назвать то, что в отличие от Тюльпановой революции 2005 года они проходили без особого внимания международной прессы. На этот раз Freedom House, The Albert Einstein Institution, The National Endowment for Democracy и USAID оказались в стороне от событий. Более того, падение коррумпированного режима оказалось сюрпризом и для Бакиева, и для его спонсоров из Вашингтона. Восстание было скоординированным, но по-прежнему неясно, стояли ли за ним ФСБ, ЦРУ или кто-либо еще.

7 апреля Бакиев бежал в ОШ, подписал 16 апреля отставку, а затем покинул Киргизию, оказавшись, в конечном итоге, в Белоруссии, по слухам, переложив в карман Лукашенко свыше 200 млн долларов наличными.

Бакиев проиграл.

Географическая ось

Киргизия сегодня играет роль географической оси. Она граничит с китайской провинцией Синьцзян, имеющей важное стратегическое значение для Пекина. На севере Киргизия имеет границу с нефтеносным Казахстаном, на западе — с Узбекистаном, на юге — с Таджикистаном. Кроме того, ей принадлежит часть богатой ресурсами Ферганской долины с многонациональным населением. 90% страны лежит на уровне 1500 метров над уровнем моря. Из ресурсов (исключая сельское хозяйство, которое составляет треть ВВП) Киргизия имеет золото, уран, уголь и нефть. 1997 году было открыто богатейшее в мире золотое месторождение в Кумторе.

До недавнего времени все копи принадлежали государственному Kyrgyzaltyn, и многие из них управлялись как совместные с иностранными компаниями предприятия. Золотой рудник Кумтор у границы с Китаем на 100 % принадлежал канадской Centerra Gold Inc. До отставки президента Бакиева, его сын Максим, председатель Государственного фонда развития, управлял «Кыргызалтыном», который также является крупнейшим акционером Centerra Gold Inc. Примечательно, что Centerra Gold Inc в Торонто в качестве замены Максима Бакиева в своем совете директоров уже назвала заместителя директора Киргизского государственного Агенства по вопросам развития Алексея Елисеева.

Однако даже более важным, чем значительные природные богатства, является то, что там в 2003 году была открыта авиабаза США Манас, а немного времени спустя неподалеку от нее и российская военная база. Киргизия — единственная страна, на территории которой расположены одновременно базы США и России.

Вашингтон крадется на политических цыпочках

Госдеп США надеялся, что все утрясется. Заявления его представителей давали понять, что Вашингтон считает правительство Бакиева легитимным даже тогда, когда появились сообщения об отставке поддерживаемого США президента. 7 апреля, во время пика драматических событий, когда результат был все еще неясный, американский заместитель госсекретаря П. Дж. Кроули, сказал репортерам: “Мы хотим видеть, что Кыргызстан развивается, так же, как мы рассматриваем другие страны в … регионе. Но, так сказать, есть заседающее правительство. Мы работаем в тесном сотрудничестве с этим правительством. Мы объединяемся с этим правительством с точки зрения его поддержки, Вы понимаете, по поводу международных операций в … Афганистане.” Джордж Оруэлл восхитился бы этим упражнением в дипломатической демагогии.

15 апреля, когда Бакиев терял остатки поддержки в стране, Госдеп заявил, что он не оказывает поддержку ни одной из сторон, что говорило о его осторожности, чтобы не задеть ничего в регионе, особенно правовое положение авиабазы Манас. И после переговоров с Розой Отумбаевой и ее соратниками, Вашингтон заметно потеплел к новой власти.

Отумбаева в советские времена была одним ведущих членов Коммунистической партии, затем послом в США, а позже специальным советником Госсекретаря ООН Кофи Аннана. Ее новое правительство сообщило о намерении переписать Конституцию, в течение 6 месяцев приготовиться к демократическим выборам и о своей ответственности за происходящее в стране.

Чей переворот?

Хотя существует много спекуляций по поводу участия России в этом перевороте, мы оставим этот вопрос открытым. 14 апреля, будучи в Вашингтоне российский президент Медведев выразил свои опасения по поводу накаляющейся ситуации, сказав среди прочего, что второй Афганистан России не нужен. Советник Белого дома по России Michael McFaul выразил убеждение, что сам переворот был не вполне антиамериканским, и Россия вовсе его не спонсировала.

Роза Отунбаева хорошо известна в Вашингтоне по своей посольской работе в 90-х. Ее правая рука в переходном правительстве Киргизии — бывший спикер Парламента и ключевая фигура американской тюльпановой революции 2005 года Омурбек Текебаев, который открыто заявлял, что «…американцы умеют подбирать людей, умеют делать точную оценку того, что происходит, и предсказывать будущее развитие и политические изменения.”

Таким образом, за киргизскими событиями могут стоять оба: и Вашингтон и Москва. Однако пока очевидно только то, что оба фигуранта максимально дистанцировались от происходящего. Конечно, обе державы хотят сохранить свое прочное присутствие в этой среднеазиатской стране, но есть еще один один фактор, менее известный, но столь же очевидный. В устойчивых отношениях с Киргизией живейший интерес имеет Китай, которой имеет с ней общую длинную границу. Именно поэтому то, как пойдут события в этой забытой, но геополитически стратегической стране, имеет большое значение.

Будущее авиабазы Манас?

Самым животрепещущим вопросом для Вашингтона в Киргизии является существование авиабазы «Манас» неподалеку от Бишкека. Американский Госсекретарь Хиллари Клинтон в официальном заявлении 11 апреля подчеркнула “важную роль, которую играет Киргизия в предоставлении транзитного центра в аэропорту Манас”. Сказано весьма откровенно. Ни слова о демократии или экономическом развитии.

После объявления в 2001 году США обрели право на базы в Узбекистане и Киргизии во имя победы над Усамой бен Ладеном. Самым обширным американское военное присутствие, конечно же, было в Афганистане. Одним из первых шагов президента Обамы стало решение отправить дополнительно приблизительно 30 000 военнослужащих в эту страну и одобрение постройки еще 8 новых «временных» американских баз в Афганистане, число которых, таким образом, возросло до огромной цифры 22, включая огромные авиабазы в Баграме и Кандагаре.

Министр обороны Роберт Гейтс отказался назвать продолжительность американского военного присутствия в Афганистане. Очевидно, американцы там не из-за Талибана, а скорее из-за долгосрочной вашингтонской стратегии распространения «войны с террором» через всю Среднюю Азию, включая стратегически важную Ферганскую долину, ограничивающую Узбекистан и Киргизию. Именно тут последние события в Киргизии становятся геополитическими и весьма интересными для России, для Китая и для Вашингтона.

14 апреля Гейтс еще был уверен, что база останется неприкосновенной. Однако Временное правительство Отумбаевой намекнуло,что вопрос о ее закрытии уже стоит на повестке дня.

На встрече с Медведевым Обама согласился, что Москва не замешана в киргизские события, и даже признал временное правительство Отумбаевой.

Вопрос в том, какую роль сыграет Киргизия в новом раунде игры в геополитические шахматы в «Сердце мира» (по определению отца британской геополитики сэра Халфорда Макиндера). Помимо самой Киргизии в эту игру с высокими ставками играют США, Россия и Китай.

Китай и киргизское геополитическое будущее

Растущие экономические связи Китая с режимом Аскара Акаева стали для Вашингтона поводом сместить последнего с помощью «тюльпановой» революции после почти 10 лет поддержки. В июне 2001 года Китай наряду с Россией, Узбекистаном, Казахстаном, Таджикистаном и Киргизией подписал Декларацию, создающую Шанхайскую Организацию Сотрудничества (ШОС). Три дня спустя Пекин объявил о большом гранте Киргизии на закупку оснащения для вооруженных сил.

После сентября 2001 года Пентагон начал крупнейшее в истории развертывание сети заграничных военных баз по всему миру. Акаев тогда предложил к услугам американцев аренду Манаса. Китай был встревожен и на пару с Россией призвал США к умеренности в деле строительства баз в Средней и Центральной Азии.

Согласно «Уолл-Стрит Джорнэл» в то время Китай вел секретные переговоры о собственной военной базе в Киргизии и об изменении госграницы, что вызвало политический шторм против Акаева в 2002 году. Автор статьи отметил, что тяготение Акаева, который отчаянно нуждался в финансах, к Китаю весьма портило настроение Вашингтону, «который рассматривал Пекин как шип в своей стратегии расширения». Учитывая 1100-километровую киргизско-китайскую границу и твердую опору в соседних Узбекистане и Таджикистане, «падение китаелюбивого правительства опального Акаева стало бы далеко не маленькой победой политики сдерживания».

В ход пошли Национальный фонд в поддержку демократии, ресурсы Института Эйнштейна и «Фридом Хаус», а также Госдепа и МВФ, чтобы в 2005 году входе «тюльпановой революции» режим Акаева пал.

Естественно, что самая заинтересованная в сторона в политическом будущем Киргизии — это Китай, который граничит с последней своим нестабильным регионом — Сыньцзян-Уйгурской автономной областью. Именно в этом регионе в июле 2009 года под руководством оплачиваемого США Всемирного уйгурского конгресса во главе с бывшей прачкой, а ныне миллионершей Рабией Кадир прошли волнения уйгуров. Отметился в событиях и Национальный фонд в поддержку демократии.

Синьцзян является жизненно важным перекрестком для энергетических трубопроводов в Китай из Казахстана и, в конечном счете, из России и является сердцем основной внутренней китайской нефтяной продукции. Границы между Киргизией и китайским Синьцзяном являются прозрачными, и поток людей между двумя регионами значителен. Приблизительно 30 000 китайских подданных, включая уйгуров, живут в Киргизии. Почти 100 000 этнических киргизов живут в Синьцзяне.

Короче говоря, американские военные базы в Киргизии имеют гораздо большее значение для китайской национальной безопасности, чем простая логистика афганского военного театра. Они — идеальное нерестилище для американских спецслужб и Пентагона, чтобы управлять тайными операциями дестабилизации в стратегически важном и политически хрупком Синьцзяне в Китае. Поток людей между этими двумя странами обеспечивает превосходное прикрытие управляемому США шпионажу и возможному саботажу.

Согласно отставному индийскому Послу K Gajendra Singh, который теперь возглавлет Фонд Тюрко-индийских исследований в Нью-Дели, режим Бакиева позволял американским вооруженным силам использовать на авиабазе Манас, помимо прочего, и очень сложные электронные устройства, позволяющие также контролировать ключевые китайские ракетные и военные дислокации в Синьцзяне. Позже, вызывая головную боль в Пекине, заработало еще одно изобретение — Северная Распределительная сеть Пентагона (NDN), созданная, якобы, для того, чтобы снабжать афганский театр военных действий. NDN охватывает Таджикистан, Узбекистан и Киргизию. Многие в ШОС подозревают, что NDN используется Пентагоном, чтобы поощрять распространяющиеся атаки таких групп, как «Исламское Движение Узбекистана» или «Исламский Союз Джихада», а также темный «Хизб ут Тахрир». Все они сгруппированы в пределах Ферганской долины между Киргизией, Узбекистаном и Таджикистаном.

Пекин — не просто пассивный наблюдатель в киргизских событиях. Он, очевидно, разыгрывает свою самую сильную карту, экономическую, чтобы обеспечить себе более близкие и намного более дружественные отношения с любым новым киргизским правительством. На саммите ШОС в июне 2009 в Екатеринбурге президент Китая Ху Цзиньтао пообещал фонд будущей помощи на $10 миллиардов  центрально-азиатским странам — Казахстану, Таджикистану, Узбекистану и Киргизию. Вашингтон никогда не обещал Киргизии ничего подобного. В одном из своих первых заявлений заместитель Отумбаевой Омурбек Текебиев сказал российским СМИ, что они расценивают Китай как стратегического партнера страны: “внешняя политика изменится … Россия, Казахстан и другие соседи, включая Китай, останутся нашими стратегическими партнерами.”

Одним из объединяющих проектов является стремление Китая построить евразийскую железную дорогу. Министерство железных дорог Китая представило один из самых честолюбивых инфраструктурных проектов в мире. Железнодорожное сообщение соединит Синьцзян через Киргизию с Германией и даже с Лондоном к 2025 году. Планы Китая включают соединение железных дорог Китая и Узбекистана в евразийский коридор высокоскоростной железнодорожной магистрали.

Китай также строит двенадцать новых шоссе, чтобы экономически связать Киргизию и ее соседей современными дорогами с Синьцзяном. В некоторый момент американская милитаризация Киргизии становится угрозой китайской национальной безопасности. Экономическое встречное движение Китая с целью увеличить свое присутствие в стране теперь уже очевидно.

Еще одним признаком беспокойства Китая стало усиление его деловой активности в Афганистане. По мере охлаждения между правительствами Карзая и Обамы, отношения между Кабулом и Пекином явно теплеют. 24 марта Хамид Карзай и китайский президент Ху Цзиньтао подписали в Пекине новые экономические соглашения о торговле и инвестициях, соглашаясь усилить трехстороннее сотрудничество с Пакистаном, у которого традиционные тесные связи с Китаем. Соглашения 24 марта касаются инвестиций Китая в афганские ГЭС, горную промышленность, железные дороги, строительство и энергетические проекты.

Китай уже сейчас крупнейший инвестор в афганской экономике. Его Metallurgical Group Corporation выиграла в 2007 году тендер, чтобы инвестировать $3,5 миллиарда в медный рудник Афганистана Aynak — один из крупнейших в мире. Другой китайский приз в Афганистане — возможность для китайских компаний разработать приблизительно 1.6 миллиарда баррелей афганской нефти и 440 миллиардов кубометров газа, так же как большие месторождения черных и цветных металлов, железной руды и золота.

Для Китая и Афганистан и Пакистан являются частью его ключевых транспортных маршрутов и торговых связей с Ираном. Пекин закончил строительство порта в Gwadar в Пакистане, что позволило ему импортировать 60 процентов нефти с Ближнего Востока. Китай теперь планирует соединить Gwadar с Синьцзяном через Афганистан, чтобы обеспечить более эффективную поставку энергетических ресурсов энергии для своей быстро развивающейся экономики. В этом более широком контексте стабильность в Киргизии является существенной для Китая.

Россия и будущее Киргизии

Происходящее в Киргизии имеет предельно важное стратегическое значение и для Москвы. Один факт того, что Россия быстро признала Временное правительство и расширила финансовую помощь, сигнализирует важность для Москвы политики в этой стране. От того, дружественна или враждебна России Киргизия, зависит стабильность ее среднеазиатской периферии. Очевидно, что режим Путина-Медведева использует разнообразные средства, чтобы достичь своих целей в регионе, в частности, нейтрализацию последствий недружественных «цветных» революций.

В январе Россия, Белоруссия и Казахстан все-таки подписали соглашение о Таможенном союзе. Белоруссия — жизненно важный партнер России на ее западной границе с Украиной и Польшей. Казахстан — основное бывшее советское государство между Киргизией и Россией и источник основного энергоснабжения Китая, а также крупнейший в мире добытчик урана.

Создание нейтрального режима в Киргизии, дружественного и Казахстану и России, открыло бы для России основную зону потенциального экономического развития, и к тому же помогло бы стабилизировать изменчивую Ферганскую долину с точки зрения сельского хозяйства — густонаселенный центр Средней Азии.

19 апреля, согласно РИАН зампремьер-министра Киргизии Алмазбек Атамбаев сказал после встречи с казахским премьер-министром Каримом Масимовым, что его страна хочет присоединиться к ведомому русскими Таможенному союзу. Он заявил: «У нас есть общее прошлое с Казахстаном и Россией, и очевидно наше будущее [тоже] с ними в Едином Экономическом Пространстве и общем Таможенном союзе.» Атамбаев также сказал, что Россия и Казахстан не замешаны в недавних событиях в Киргизии.

Для Москвы промосковское или даже просто строго нейтральное правительство в Бишкеке — важный козырь.

Узбекистан теплеет к Москве

Существенной и очевидной выгодой для Москвы после суматохи в Киргизии стало очевидное потепление ранее неудобных отношений с президентом Узбекистана Исламом Каримовым. 20 апреля Каримов полетел в Москву на переговоры с Медведевым и сказал российской прессе, что обе стороны отложили различные споры и разделяют общее беспокойство об опасной нестабильности в Киргизии. Если киргизское восстание выйдет из-под контроля, Каримов, по слухам, боится, что Узбекистан может стать следующим. За несколько недель до изгнания Бакиева, в рамках осторожной американской попытки добиться возвращения Узбекистана в американский лагерь, Каримова посетил американский специальный посланник в Афганистане и Пакистэне Ричард Холбрук. Кажется, теперь эта идея провалилась.

С 2003 года Россия обладала своими собственными правами военного базирования на авиабазе в Канте около Бишкека. Это была первая российская военная база за рубежом, начиная с роспуска Советского Союза в 1991 году. В дополнение к этой авиабазе у Москвы также есть стратегическая основа на восточном берегу озера Иссык-Куль, где Россия испытывает субмарины и торпедные технологии, включая суперкавитирующую подводную ракету ВА-111 Шквал, идущую со скоростью больше 200 узлов и разработанную первоначально, чтобы топить американские авианосцы. Россия в марте 2008 года подписала неограниченный арендный договор за ежегодную плату около 4,5 миллионов долларов. Это соглашение также было одной из причиной, по которой Вашингтон затеял «тюльпановую» революцию в 2005-м.

Некоторые наблюдатели были первоначально убеждены, что новое переходное правительство Розы Отунбаевой отменит американские права базирования в Мнасе. Удивительно, однако, что Отунбаева, кажется, полностью изменила начальное обязательство и заявила, что база останется открытой для американского Сенткома, и Москва пока вяло отреагировала. Российские источники сообщают, что Москва рассматривает, может ли она извлечь больше пользы, позволив авиабазе Манас существовать в прежнем формате в течение следующих нескольких лет. В обмен на это Москва все громче требует от Вашингтона остановить поток опиума из Афганистана в Россию. “Авиабаза не будет закрыта,” — заявил этот источник, — “но будет использоваться как рычаг, чтобы влиять на американцев среди прочего в вопросе о наркотиках. Через несколько месяцев ежегодный контракт заканчивается, и это повод, чтобы заложить в него некоторые условия”.

В октябре 2009 года Бакиев расформировал Антинаркотическое агентство страны, которое было ответственно за перехват запрещённых наркотиков, перевозящихся транзитом из Афганистана в Россию. По слухам, брат Бакиева таким образом объединил в своих руках контроль над афганскими потоками наркотиков через страну. Сыграло ли это роль в московских шагах, чтобы сбросить Бакиева этой весной, остается неясным.

Вашингтон и будущее Киргизии

Начиная с краха Советского Союза в 1991 году основная стратегическая цель Пентагона и американской разведки состояла в том, чтобы глубоко проникнуть в прежние советские государства Средней Азии. Пентагон в 1994 году преуспел в том, чтобы привлечь четыре из пяти центральноазиатских государств, включая Киргизию, в организацию НАТО «Партнерство ради мира».

Американская тактика достижения стратегического присутствия в Средней Азии включала использование обучаемых США радикальных исламских бойцов, включая Осаму бин Ладена и обученных ЦРУ афганских моджахедов еще задолго до падения СССР. Они были предназначены, чтобы непосредственно подрывать Советский Союз. ЦРУ спровоцировало в 1980-х мятеж моджахедов в Афганистане (операция «Циклон»), чтобы истощить сверхрастянутые советские ресурсы. Это была крупнейшая и самая дорогостоящая операция в истории ЦРУ на тот момент.

Модель моджахеды-ЦРУ, которая оказалась настолько успешной в Афганистане против советской Красной армии, была расширена на Чеченскую республику в России в течение 1990-х и успешно дестабилизировала неокрепшее российское государство во время Ельцина.

Долгосрочный план Пентагона для Средней Азии

В 2003 году Ариэль Коэн, эксперт по России и консультант Пентагона от финансируемого военной промышленностью «Херитидж Фаундейшн», заявил в американском Сенате: “Начиная с осени 2001 года США проецировали элементы авиации и спецназа в Среднюю Азию…” Коэн подтвердил, что деятельность Пентагона в бывших советских государствах Средней Азии, включая Кыргызстан и Узбекистан, фактически началась задолго до того, как в сентябре 2001-го была объявлена Война с террором: “Генерал Энтони Зинни, тогда Commander-in-Chief СЕНТКОМа, который географически отвечает за Среднюю Азию, в середине-конце 1990-х начал эти контакты … В неформальных беседах чиновники Пентагона говорили, что, в то время как США не запрашивали постоянные права базирования в регионе, пребывание США было неограничено по срокам,” — сказал он Сенату. Далее он сказал: “Американские тактики и чиновники предложили различные направления модернизации для текущего и будущего присутствия. Они называли защиту энергоресурсов и трубопроводов; сдерживание восстановления исламского фундаментализма в Средней Азии; предотвращение российской и/или китайской гегемонии; облегчение демократизации и рыночных реформ; и использование Средней Азии как центра поставок для возможных действий в Афганистане в качестве предпочтительного объяснения этого американского присутствия. Кроме того, Средняя Азия была упомянута как стартовая площадка в будущих операциях против Ирака и Ирана.”

Короче говоря, повестка дня Пентагона в Средней Азии — долгосрочная стратегия пошагового захвата и милитаризация всей области. Удобно для Пентагона то, что нестабильность и антиамериканизм, порожденные американской интервенцией и бомбежками невинных гражданских лиц в Пакистане и Афганистане, также служат прекрасным предлогом, чтобы расширять американскую милитаризацию всей Средней Азии. Это делается под обманчивой биркой ISAF и ее миссии «Поддержание мира».

Нестабильность и волнения, которые создают американские или связанные с ними военные действия, всегда используются, чтобы оправдать военное “поддержание мира.” Это маленькая грязная тайна того, что сегодня называют PKOs или миротворческими операциями, будь это НАТО непосредственно в Афганистане или в Косове, или ООН в богатой нефтью Гаити с 2004 года, или богатом нефтью Дарфуре в Судане с 2007 года, или богатой минералами Демократической Республике Конго с 1999 года.

Показания Коэна были даны почти семь лет назад, в октябре 2003, когда администрация Буша лишь шесть месяцев была занята своей интервенцией и, очевидно, постоянной оккупацией Ирака. Можно было бы спросить японцев или немцев, как сложно избавиться от временных американских вооруженных сил. Американская стратегия для Средней Азии имела мало общего с какой-либо недавней перегруппировкой Талибана или всплеском сопротивления. Все было запланировано давно и имеет отношение к тому, что Пентагон называет Полным спектром доминирования над всей землей, морем и воздухом.

В апреле 2009 года генерал Дэвид Петреус, глава СЕНТКОМ сказал в Сенате: “Хотя Средняя Азия получила относительно меньше внимания чем другие подобласти в AOR (Область ответственности СЕНТКОМа — прим. автора), США поддерживают большой интерес к установлению долгосрочных, совместных отношений с центральноазиатскими странами и другими основными региональными властями, чтобы создать положительную окружающую среду безопасности…. Средняя Азия составляет основное местоположение на евразийском континенте между Россией, Китаем и Южной Азией; она таким образом служит главным транзитным маршрутом для региональной и международной торговли и для усилий Коалиции по поддержке поставок в Афганистан».

Замечания Петрэеуса были, в любом случае, преуменьшением фактического стратегического интереса Вашингтона и Пентагона в этом регионе. Средняя Азия сегодня лежит в основе глобальной стратегии Пентагона, как это было для Британской империи за столетие до того. Как идут дела в Средней Азии, так идут дела в империи — Американском веке или, как его торжествующе объявил Джордж Буш-старший в 1990 году, «Новом Мировом Порядке».

Интерес Вашингтона к Киргизии понятен только тогда, когда мы рассматриваем его в контексте Большой Игры – евразийская геополитическая стратегия Пентагона милитаризации «Сердца мира», как в свое время называл этот регион отец британской геополитики Макиндер.

Раковые метастазы в Средней Азии

Текущая фаза этой необъявленной Пентагоном нерегулярной войны очевидно включает в себя тщательно организованную стратегию преднамеренного распространения войны и разжигания различных мятежей через всю Среднюю Азию — от Афганистана как ядра, по границе с Пакистаном и Ираном, в Киргизию, Узбекистан, Таджикистан и, в конечном счете, в Россию и Китай через неспокойный Синьцзян, граничащий с Киргизией. Милитаризация, поддерживаемая США, включает разжигание местных племенных мятежей путем преднамеренных убийств гражданских лиц и других злодеяний, терроризируя тем самым местных жителей и поощряя отчаянные акты сопротивления, короче говоря, преднамеренное совершение военных преступлений в качестве официальной политики. Это обеспечивает предлог, чтобы расширять присутствие НАТО еще далее во имя «войны с террором». Такой тактикой они создают войну, которую никогда нельзя будет «выиграть», и таким образом присутствие НАТО и США становится почти вечным. Полный спектр доминирования становится все ближе.

Радикальные исламские джихадисты, благодаря 9/11 и пропаганде успешно заменили коммунистическую угрозу. Когда Обама пришел к власти, военные действия в Центральной Азии уже «переползли» пакистанскую границу почти без всякого протеста со стороны президента Пакистана Асифа Али Зардари, мужа убитой Беназир Бхутто. Согласно расследованию Сената, Зардари лично взял до $1,5 миллиардов из государственных фондов будучи министром по развитию, когда его жена была премьер-министром в 1990-х, заработав тем самым прозвище «Мистер десять процентов». Он, по сообщениям, провозил контрабандой из своей страны наличные, незаконно размещая их на частные тайные счета в Citibank в Швейцарии и Дубайи. Тогда американские власти удобно заблокировали это расследование. Зардари удобен США, он молчит о вторжении, поскольку Вашингтон может ему все припомнить.

Постепенное распространение ведомой США войны на пакистанскую территорию уже породило неологизм АфПак, который теперь обозначает афганскую войну. Следующая фаза распространения войны по Евразии вовлечет Киргизию, соседние Узбекистан и Таджикистан вокруг Ферганской долины, что позволит в конечном итоге распространить американский (и НАТО) военный контроль по всей Центральной Азии.

 

Распространение войны по Северной Распределительной сети (NDN)

Существенным для этой стратегии является заключение американцами соглашений с правительствами Киргизии и Узбекистана для северного маршрута поставок в Афганистан. Новый маршрут называют безвредно звучащим эвфемизмом — Северной Распределительной сетью (NDN), который означает намного большее. И американское присутствие в Киргизии — ключ к NDN, который объединяет ряд логистических мероприятий, соединяющих балтийские и каспийские порты с Афганистаном через Россию, Среднюю Азию и Кавказ.

В дополнение к этой обширной сети NDN Иран и Китай также рассматриваются Вашингтоном как возможные транзитные государства, и предпринимаются усилия, чтобы открыть эти критические страны для логистики Пентагона и, вероятно, большего.

NDN — может стать воплощением мечты Вашингтона (слишком-хорошо,-чтобы-быть-правдой) — механизм стоимостью лишь несколько миллионов долларов транзитных выплат для проникновения глубоко в евразийское пространство. Поток военной техники и войск через работающий в полную силу NDN будет огромен. Поскольку американское присутствие в Афганистане при Обаме только растет, ожидаемое требование на невоенные поставки в 2010-2011 гг оценивается на 200-300 % больше чем в 2008-м.

В феврале этого года Ричард Холбрук совершил поездку в ключевые страны Средней Азии, чтобы укрепить связи США с центральноазиатскими странами NDN, включая Казахстан, Узбекистан и Киргизию. Во время своего тура по Холбрук, по слухам, намеревался провести на авиабазе Манас секретную встречу с участниками Исламского Движения Узбекистана, организации, официально объявленной Госдепом как “иностранная террористическая организация” еще в 2002 году. Темой встречи должен был стать саботаж недавно открытого газопровода Туркмения-Узбекистан-Киргизия-Китай (ТУКК). Если это правда, то это указывает на истинную геополитическую цель американской базы в Манасе — саботаж китайских и евразийских энергетических потоков под прикрытием «террористических» нападений — классический «ложный флаг» операций, истинные подстрекатели которых скрываются позади фальшивых зачинщиков.

Глава центрально-азиатского подразделения некоммерческой Международной Кризисной Группы Пол Куинн-Джадж недавно сказал в интервью «Тайм», что интенсивная американская военная логистика через Киргизию и Среднюю Азию приведет к нападениям на конвои ряда повстанческих групп, среди которых Исламское Движение Узбекистана и Исламский Союз Джихада. “Проблема с Северной Распределительной сетью очевидна. Она превращает Среднюю Азию в часть театра войны,” — подчеркнул он.

Важно то, что в марте 2009 года американский президент Барак Обама объявил об дополнительных $5,5 миллионах режиму Бакиева для того, чтобы построить «антитеррористический» учебный центр на юге Киргизии, что дало бы Пентагону вторую главную опорную военную точку в стране и основной район сосредоточения войск для распространения войны.

Использование Пентагоном и ЦРУ исламских боевиков как элементов тайной внешней политики — это факт. Те же самые вооруженные силы «обучают» террористов и «антитеррористов». Это кажется причудливым противоречием в политике только тогда, когда мы не в состоянии ухватить сущность развиваемых американцами и британцами методов войны, активно используемых с начала 1950-х.

Приемы низко интенсивной войны и миротворческие операции

Этот метод был назван низко интенсивной войной британским офицером Франком Китсоном, который развивал и совершенствовал метод для контроля подчиненных областей в Малайзии, в Кении во время освободительной борьбы Mau Mau в 1950-х и позже в Северной Ирландии. Метод включает использование обмана, проникновение двойных агентов, провокаторов и дезертиров в законные народные движения, например, такие как те, которые боролись за колониальную независимость после 1945.

Суть метода в том, что оперирующая спецслужба или оккупационные силы (будь то британская армия в Кении или ЦРУ в Афганистане) фактически управляет действиями обеих сторон во внутреннем конфликте, создавая маленькие гражданские войны или бандитские разборки с целью дробления народного движения и создания предлога для введения внешних вооруженных сил для того, что в современном новоязе США теперь обманчиво называется «Операциями по поддержанию мира».

Действительно, согласно множеству сообщений из Ирака американский и британский спецназ, по сообщениям, тайно вооружал так называемых повстанцев против режимов, поддерживаемых США в Ираке или Афганистане, миллионы долларов шли на вооружение местных борцов «антиТалибана». Если это правда, это соответствовало бы методам войны низкой интенсивности из учебника Китсона. Спецназ, который вооружает «повстанцев», включает в свои ряды частных наемников или военных подрядчиков, таких как «Блэкуотер» (недавно переименованный в «Зи»).

Обучение полицейских…

Центральной стратегией распространения низко интенсивной войны по Центральной Азии является недавняя программа США «обучения» афганской полиции якобы для поддержания порядка. Согласно недавнему афганскому опросу, меньше чем 20 процентов населения в восточных и южных областях доверяют обучаемой США полиции. Один таксист заметил: “Забудьте о Талибане; бояться надо полиции.”

Американский историк Джереми Кузмаров (Jeremy Kuzmarov), который много и обширно писал об американских вооруженных силах, проанализировал продуманный образец американского обучения внутренней полиции за период больше столетия. Он рассматривает такое обучение, кажущееся безвредным и обыденным, как существенное средство, которым Соединенные Штаты создают лояльный аппарат внутренней безопасности клиентских режимов, укрепляя их власть и подавляя политическую оппозицию. Он отмечает:

“Поскольку США расширяют войну в Афганистане и Пакистане, правительство Обамы ставит на полицейские программы обучения. Заявленная цель состоит в том, чтобы предоставить населению безопасность, чтобы позволить местным силам постепенно взять на себя ответственность в завершении процесса умиротворения. Подобная стратегия преследовалась Соединенными Штатами в Ираке. В обоих случаях поддерживаемые американцами силы были вовлечены в сектантское насилие, деятельность батальонов смерти и пытки. В то же самое время, вооружение и оборудование, которое обеспечили США, часто попадали в руки повстанцев, многие из которых проникали в аппарат государственной безопасности, поддерживая долговременную природу обоих конфликтов.”

И наконец, наиболее существенный пункт: центральное оружие американской низко интенсивной или нерегулярной войны — репрессии. В Афганистане репрессии служат для разжигания внутреннего сопротивления тому, что население справедливо рассматривает как невыносимую американскую оккупацию. Нарастание этого сопротивления в свою очередь служит оправданием наращивания военного присутствия оккупантов. Круг замыкается, и процесс подпитывает сам себя, конфликт распространяется, что служит американской цели в Центральной Азии, начиная с краха Советского Союза.

Ненавидимая и устрашающая афганская государственная полиция управляется этническими военачальниками, оплачиваемыми ЦРУ, говорит Кузмаров. Они обычно устраивают обыски на случайно расположенных контрольно-пропускных пунктах, расстреливая и убивая безоружных демонстрантов, крадя землю местных фермеров, терроризируя гражданское население во время рейдов по домам на операциях зачистки. “Эти виды злоупотреблений соответствуют большинству исторических образцов и являются продуктом этнических антагонизмов и социальной поляризации, порожденной вмешательством Соединенных Штатов, и мобилизацией полиции для военных и политических целей,” — подчеркивает историк. В голову сразу приходит операция ЦРУ во Вьетнаме «Феникс».

Сомнительная Общественная оборонная инициатива

Американский командующий в Афганистане генерал Стэнли Маккристал также за прошлые несколько месяцев выделил $1,3 миллиарда, чтобы финансировать местное «антиталибское» ополчение в четырнадцати провинциях Афганистана. Сверхсекретная программа является настолько секретной, что Маккристал отказывается раскрыть детали даже своим союзникам по НАТО, хотя Маккристал является и главой операций НАТО в Афганистане. И как разобраться, кто нападает на силы НАТО: финансируемые США бригады антиТалибана или «Талибан»? Без всякого сомнения об этом будут судить пресс-центр Пентагона и его различные приписные журналисты.

По сообщениям, эта программа дублировала невинно звучащую Общественную оборонную инициативу, управляемую недавно созданной Группой Спецназа, которая докладывает непосредственно Маккристэлу. Правда состоит в том, что, несмотря на то, что Маккристэл — также командующий миссии НАТО в Афганистане, другие участники НАТО полностью исключены из этой специфической операции. Возможной одной из причин этого является тот факт, что в других государствах-членах НАТО существует сильная оппозиция идее вооружать местное ополчение.

Маккристал, по сообщениям, провел эту операцию полностью через Arif Noorzai, очень спорного политического деятеля из провинции Гильменд, которая по случайному совпадению является крупнейшей областью производства опия в мире. Arif Noorzai не пользуется доверием, мягко говоря. Это финансирование и вооружение местных афганских групп, кажется, неотъемлемой частью стратегии генерала Петреуса.

19 мая, пресс-служба Пентагона сообщила, что «повстанцы» начали смелую атаку на крупную американскую военную авибазу в Баграме, используя ракеты, гранаты и огонь стрелкового оружия. За день до этого группа террористов — смертников напала на американский военный конвой в Кабуле. Это только поверхностные факты, о которых сообщают. Совершенно неясно, были ли эти повстанцы фактически некоторыми из тысяч недавно вооруженных местных жителей, принятых на работу Arif Noorzai в рамках Общественной оборонной инициативы, или афганцами, искренне сопротивляющимися американской оккупации. Также неясно, не было ли принятие Талибаном ответственности за эти атаки только попыткой казаться более сильными, чем они выглядят в глазах других афганцев.

Пентагон известен использованием частных подрядчиков в Афганистане там, где, согласно закону, американским Вооруженным силам действовать нельзя. Приватизация войны, если угодно. Недавние откровения в «Нью-Йорк Таймс» детализировали секретное и незаконное использование Пентагоном частных военных подрядчиков под эгидой Lockheed Corporation с такими именами, как ‘Стратегические Альтернативы Влияния’ (так!) или ‘Американская Корпорация Международной безопасности’, для выполнения тайных операций в восточном Афганистане и приграничном Пакистане. Одна из таких сетей афганских и пакистанских наемников, по сообщениям, контролируется бывшим высокопоставленным ветераном ЦРУ Duane “Dewey” Clarridge, контртеррористическим экспертом ЦРУ, который сыграл ключевую роль в операциях ЦРУ с никарагуанскими «контрас» и торговлей наркотиками в 1980-х гг.

Вооружение местных афганских ополченцев, развертывание частных военных наемных компаний из афганских и пакистанских наемников, не связанных ни Женевскими конвенциями на войне, ни какими-либо афганскими законами и управляемых офицерами-ветеранами американской разведки, — рецепт с колоссальным потенциалом, чтобы распространить войны и конфликты как пожар. История американского военного командования в Ираке, так же как теперь в Афганистане, предполагает, что это фактически их намерение — низко интенсивные операции, как метод распространения войны под прикрытием «миротворческой операции» НАТО.

Северная Распределительная сеть (NDN) является ключом

Государства, теперь вовлеченные в Северную Распределительную сеть (NDN), включают: участника НАТО и бывшую республику СССР Латвию, проамериканского поставщика нефти Азербайджан, американскую марионетку Грузию, Казахстан, Россию, Таджикистан и Узбекистан. В лучших традициях оруэлловской лингвистики Пентагон переименовал американские военные базы в «транзитные центры». Но это по-прежнему американские военные базы, несмотря на номинальное изменение.

Роль России в NDN сложна. Москва облегчила проведение железнодорожной линии, которая представляет основной маршрут транспортировки в пределах NDN из Латвии на юг к узбекско-афганской границе. Правительство Путина также работало с правительством Обамы, согласившись на перевозку опасных материалов. Российские компании, которые изо всех сил пытались во время глобального экономического кризиса остаться на плаву, внезапно получили выгоду из логистических контрактов Пентагона, которые дают им десятки миллионов очень необходимых долларов. В то же самое время, однако, Москва попыталась убедить правительство Бакива в Киргизии лишить американцев дальнейшего военного доступа к авиабазе Манас. В чем Москва не преуспела.

Дополнительно NDN дает Вашингтону увеличивающийся рычаг давления на слаборазвитые экономики Средней Азии. Соглашения о транзите, сделанные с местными авиакомпаниями, во многих случаях обеспечивают Вашингтону новые экономические связи и ослабляют связи с Россией. Не требуется большого воображения, чтобы увидеть потенциал NDN в создании противовеса Шанхайской Организации Сотрудничества в экономической области. Только российские компании поднимают более чем $1 миллиард в год на поставках Пентагона через территорию Россию по NDN.

Если США преуспевают в своей миссии милитаризации Центральной Азии за пределами Афганистана, ШОС проиграет. На деле, США блокируют любую комбинацию сухопутных государств, способную противостоят пентагоновскому Полному Спектру Доминирования. Способность Китая построить региональную азиатскую экономическую зону стабильной независимости от разрушающегося доллара, исчезнет. Россия будет раздроблена на враждующие куски, открыв эпоху новых этнических и религиозных войн. Следовательно, заинтересованность Вашингтона в Киргизии весьма высока.

NDN и «антитеррористический» центр в киргизском Баткене

В этом контексте новый антитеррористический учебный центр администрации Обамы в Баткене, который будет обучать подразделения спецназа «Скорпион» для “препятствования наркотрафику и антитеррористических операций” обретает стратегическое значение для будущей американской Великой Стратегии в сердце Центральной Азии и для будущего рычага контролирования всей Евразии от России и Казахстана до самого Китая.

Баткен — ось или центральная точка для американских операций в центральной Евразии. 17 марта 2010 года киргизское Министерство обороны теперь свергнутого правительства Бакиева сделало заявление, что строительство антитеррористического учебного центра в Баткене было «двусторонним киргизско-американским проектом против международного терроризма и религиозного экстремизма, межнациональной организованной преступности, для предотвращения контрабанды наркотиков, не направленным против третьих стран и, не находящимсяся в противоречии с национальными обязательствами под ОДКБ и другими международными организациями.»

Неназванные источники в Министерстве обороны Киргизии сказали, что обучаемые США киргизские «антитеррористические» военнослужащие будут вовлечены в возможные «местные конфликты» (и определенно в конфликты с Узбекистаном), очень удобный предлог, чтобы распространить организованный США конфликт к стратегической Ферганской долине. Киргизское Министерство обороны добавило, что постройка американского тренировочного лагеря в окрестностях Баткена была всего лишь “одним из многих совместных проектов Киргизии и США” в военной области, в то время как “сотрудничество по военно-техническим делам было осуществлено по программе FMF Пентагона (Иностранное Финансирование Вооруженных сил) с 1996 года.”

Некоторые военные аналитики в Китае и России, с кем автор говорил конфиденциально, полагают, что вовлечение обучаемых США местных солдат в местных конфликтах служит намерению американского СЕНТКОМа оправдать и распространить присутствие США и НАТО через стратегические коридоры Средней Азии, позволив США управлять в военном отношении будущими энергопотоками и политическими событиями от России до Китая по всей Евразии.

В январе 2009 года командующий американским СЕНТКОМом генерал Дэвид Петреус, объявил, что были подписаны соглашения о транзите с Россией, Казахстаном и Узбекистаном. В марте узбекское правительство позволило американским солдатам переправляться в Афганистан через немецкую базу в Термезе на самолетах немецких Военно-воздушные сил. В мае 2009 года, используя южнокорейскую транспортную фирму как посредника, был создан американский логистический центр в узбекском аэропорту «Навои». В июне 2009-го было объявлено, что соглашение об арендном договоре для американской базы в Манаса будет продлено после более ранних объявлений о том, что американцы покинут ее в августе. И наконец в июле 2009 года стало известно, что ВВС США управляют маленькой станцией дозаправки и операций пополнения запаса в неуказанном местоположении в Туркмении.

Планировщики Пентагона начали работу над своей Северной Распределительной сетью еще в 2006 году, когда новости о любом мятеже Талибана были едва слышны, а американская военная кампания почти заглохла. Примечательно, что вооруженное сопротивление неизбежно росло, поскольку американское военное присутствие в Афганистане с тех пор увеличилось. Постепенно, шаг за шагом, американские чиновники начали заключать транзитные соглашения с Россией и другими государствами вокруг Афганистана.

В значительной степени прошедшие незамеченными эти двусторонние соглашения наконец в целом обрели форму к середине 2008 года, и стало ясно, что американские вооруженные силы дублировали Северную Распределительную сеть. Беглый взгляд на спутниковую карту в Google и NOAA в Вашингтоне дает более ясное понимание NDN.

NDN начинается в одном из двух “западных центров” в Латвии или Грузии. Из этих безопасных отправных точек военный груз транспортируется комбинацией поездов, грузовиков и паромов через российскую территорию и смежные бывшие советские республики Казахстан, Киргизию и Таджикистан или через Узбекистан в Афганистан. Публично заявленная причина для маршрутов NDN состоит в том, чтобы застраховать безопасные маршруты поставки к Афганистану, минуя Пакистан.

Как ни странно, важнейший маршрут NDN начинается в Балтийском всепогодном порту члена НАТО Латвии в Риге, где американские контейнеровозы разгружают свой груз на российские поезда, которые идут на юг через Россию вокруг Каспийского моря через Казахстан и Узбекистан в северный Афганистан. Российские железные дороги были построены, чтобы обеспечивать собственную войну России в Афганистане в 1980-х, и сегодня сотрудничество Москвы сделало их доступными для использования США и НАТО в их собственной афганской кампании.

Другой маршрут NDN идет из Грузии, обходя Россию от черноморского порта Поти, затем в Баку в Азербайджане, где военные товары перегружаются на паромы, пересекающие Каспийское море и следуют в Казахстан, далее через Узбекистан в Афганистан, теперь этот маршрут составляет одну треть полной отгрузки через NDN. И третий маршрут NDN полностью обходит Узбекистан и идет из Казахстана через Киргизию и Таджикистан в Афганистан.

Отсюда очевидно, что географически центральная точка — Киргизия, и она станет следующим театром войны в центральноазиатской стратегии Пентагона, или как назвал это генерал Петреус, центром стратегии Пентагона. Как описывает это эксперт по Средней Азии Питер Чемберлен:

“Недавняя внезапная перестройка Талибана и пакистанских группировок … предназначена обеспечить США и НАТО оправдание, чтобы открыть этот новый фронт в их террористической войне, перемещая внимание на защиту новой Северной Распределительной сети (NDN), которая параллельна ожидаемым трубопроводным маршрутам к огромному подземному богатству, которое ждет откачки из плодородной почвы Каспийского бассейна. Эта предпринятая перестройка во внутренней Азии стала возможной, потому что американские и пакистанские лидеры решили использовать в своих интересах длительные дружественные отношения Пакистана с Талибаном, вместо того, чтобы совместно работать против этого.”

Опиум в центральноазиатской войне

«Клей», который очевидно скрепляет всю американскую стратегию низко интенсивной войны в Центральной Азии — опиум. Как это было в 1840-е в британских Опиумных войнах в Китае.

Вашингтонский автор журналистских расследований Уэйн Мэдсен (Wayne Madsen Report) описывает роль опиума в американском вторжении и занятии Афганистана 2001 года: “WMR узнал от ветерана «Дельты», что, когда подразделения элитной группы войск послали в Афганистан после нападений 9/11, первый заказ им от ЦРУ состоял в том, чтобы защитить афганские маковые поля. Источники WMR в ФБР подтвердили, что Афганистан заменил операции производства мака Khun Sa в ‘Золотом Треугольнике Бирмы’ в качестве главного источника опиума и героина для торговли наркотиками ЦРУ.”

В этих многолетних усилиях ЦРУ и Пентагона по подготовке и проникновения оперативников под видом исламских террористов в Центральную Азию, в частности, в области Узбекистана, Таджикистана и Киргизии в богатой ураном Ферганской долине, крупным игроком является финансируемое ЦРУ Исламское движение Узбекистана (ИДУ). ИДУ, который был также активен по всей Ферганской долине, в настоящее время обепечивает себя прибылями с трафика опия.

Согласно Интерполу, ИДУ глубоко вовлечено в афганскую торговлю героином в Киргизии, Узбекистане и всей Средней Азии. В сообщении Конгрессу старший сотрудник Интерпола и специалист по борьбе с наркотиками Ральфе Мучке (Ralf Mutschke) заявил: “Несмотря на политическую и идеологическую повестку дня ИДУ, это движение не исключительно террористическое по характеру, скорее больше гибридная организация, в которой преступные интересы часто берут приоритет над «политическими» целями. У лидеров ИДУ есть личная заинтересованность в продолжающихся волнениях и нестабильности в их регионе, чтобы обеспечивать маршруты, которые они используют для транспортировки наркотиков.”

Аналитик Средней Азии Питер Чемберлен указывает, что ИДУ — это банда наркодельцов, созданная во всей вероятности ЦРУ:

“Есть все основания полагать, что само ИДУ — создание ЦРУ. Согласно исчерпывающему описанию, которое Стив Колл приводит в «Призрачных войнах», «Директор ЦРУ Уильям Кейси, по инициативе, превышающей его полномочия, решил расширить пропаганду дестабилизации… в границах Советского Союза. К его краху ЦРУ продвигало мусульманскую религию в Узбекистане, с подачи ЦРУ узбекским эмигрантом, живущим в Германии, был сделан перевод Корана на узбекский язык, а затем Межведомственная разведка Пакистана распространила 5 000 копий … С самого начала, еще до советского вторжения афганская революция была произведением коалиции иностранных держав во главе с ЦРУ. Даже политическая форма «Ислама» ваххабизм, который преподавался боевикам в местных медресе, используя созданные американцами в Университете Небраски «исламские» учебники, была на деле отклонением от истинного Ислама, включающим техники изменения личности (behavioral modification techniques). ”

Чемберлен добавляет:

“Если ЦРУ действительно, фактически, поставляло извращенные исламские джихадистские учебники в медресе, в которых идеологически обрабатывали рядовых членов ИДУ в Узбекистане, тогда из этого следует, что независимо от того, что явилось результатом, этот результат является также продуктом ЦРУ …и американские военные и антинаркотические миссии в горячем преследовании террористов ИДУ и торговцев наркотиками обеспечивают прикрытие для оперативников Спецназа, которые разведывают местное лидерство для дальнейшего развития или смещения… Программы организации «Партнерство ради мира» открывают дверь для притока тысяч инструкторов США и НАТО, давая им базу для операций и миссий «прямого воздействия», одновременно передавая тонны избыточного военного оборудования в богатые нефтью страны и подготавливая почву для совместных военных учений.”

Американский Посол и Специальный посланник в Афганистане и Пакистане Ричард Холбрук объявил в июне 2009 года, что американская афганская опийная кампания уничтожения будет заменена тем, что Пентагон называет кампанией «пресечения». В комментарии для прессы Холбрук сказал AP, что Вашингтон постепенно сокращал уничтожение опия в Афганистане.

В «Нью-Йорк Таймс» также сообщалось, что брат назначенного США афганского президента Карзая Ахмед Вали является агентом ЦРУ, фигурирующим в его платежной ведомости прошлые восемь лет, и что Вали — полевой командир в опийном Гельменде. ЦРУ платит Ахмеду Вали Карзаю, в частности, за то, что тот нанимает “афганскую военизированную силу, которая работает на ЦРУ внутри и вокруг южного города Кандагар, дома г. Карзая.”

Это делает афганскую торговлю наркотиками под эгидой ЦРУ угрожающе сходной их роли в Юго-восточной азиатской опийной торговле во время Вьетнамской войны. Вывод: это не случайность, а результат преднамеренной стратегии Вашингтона.

Ахмед Вали по сообщениям использовал свои доходы от наркоторговли, чтобы финансировать государственные террористические операции, включая запугивание противников при фальсификации результатов выборов 2009 года. Назначенный Карзаем в 2007 году антикоррупционным шефом, Иззатулла Васифи (Izzatullah Wasifi), проведшего четыре года в Невадской тюрьме за попытку продать героин переодетому полицейскому. Видимо, продавец наркотиков лучше понимает, как бороться с такими же продавцами.

Гельманд Карзая — огромная часть опийных областей Афганистана. Она представляет самую большую концентрацию опийного производства на планете, производя приблизительно 40 % мирового незаконного опиума, согласно американскому исследователю и автору Джону В. Маккою, который отслеживал роль американской разведки в азиатском незаконном обороте наркотиков, начиная с Вьетнамской войны в конце 1960-х. Приблизительно на 103 000 гектаров Гельманда в 2008 году были выращены две трети всего опиума в Афганистане.

Маккой указывает, что во время поддержанной ЦРУ партизанской войны моджахедов против Советов в Афганистане в 1980-х ЦРУ использовало доходы от торговли наркотиками, чтобы финансировать тайную войну. Маккой подчеркивает, что в течение 1980-х, “тайная война ЦРУ служила катализатором, который преобразовал афганско-пакистанские пограничные области в крупнейший в мире регион производства героина.”

Маккой добавляет: чтобы победить Талибан после 11 сентября 2001 г, “ЦРУ успешно мобилизовало бывших полевых командиров, давних торговцев героином, чтобы захватить города и города в восточном Афганистане. Другими словами, Агентство и его местные союзники создали идеальные условия для того, чтобы полностью снять опийный запрет талибов и восстановить торговлю наркотиками. Всего несколько недель спустя после краха Талибана, чиновники сообщали о взрывном росте посевов мака в героиновых центрах Гильменда и Нангархара.”

Установленный факт, что в то время, когда американские вооруженные силы теснили афганское правительство Талибана в изгнание в конце 2001 года, опийное производство, согласно талибским законам, было резко снижено. Также установленный факт, что после оккупации США и НАТО Афганистана опийный урожай не только вернулся на прежний уровень, но подскочил к своему наивысшему уровню в истории.

В 2008 году США и чиновники ООН с помпой заявили, что посевные площади опийного мака снизились приблизительно на 19 % с 2007 года, преуменьшая факт, что урожайность в то же самое время возросла приблизительно на 15 %, оставив Афганистан крупнейшим в мире источником опиума для героина, вне конкуренции.

В течение прошлых пяти лет афганский опийный урожай составлял целых 50 % валового внутреннего продукта (ВВП) страны и был основой для более чем 93 % поставок героина в мире. Неверно говорить, что под американской оккупацией с 2001 года экономика Афганистана не росла. ВВП повысился на внушительные 66 %, все из-за быстро развивающейся и защищенной США опийной промышленности, управляемой карманным вашингтонским марионеточным режимом Карзая.

Глава Управления федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков оценил стоимость текущего афганского опийного урожая в $65 миллиардов. Только $500 миллионов из этой огромной суммы идут фермерам-афганцам, $300 миллионов — партизанам Талибана, а оставшиеся $64 миллиарда — «наркомафии».

На встрече в марте 2010 года Совета НАТО-Россия глава Управления федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков Виктор Иванов сказал: «Афганские опиаты за прошлые 10 лет привели к смерти от передозировки 1 миллиона человек, и это — данные Организации Объединенных Наций. Это ли не угроза миру во всем мире и безопасности?»

НАТО формально отказалось от призыва России к уничтожению опийных полей в Афганистане. Причина? Уничтожение полей разрушило бы “единственный источник дохода в регионе.” Преступная нелепость афганской миссии НАТО — вся в этом простом утверждении.

Американские Вооруженные силы как опийный экспортер?

Опиум стал бы идеальным клеем для американских войн в Центральной Азии. Именно он финансирует «повстанцев», таких​ как Исламское Движение Узбекистана. До 10 % населения Афганистана, включая брата президента и даже, возможно, самого президента, живут за счет доходов от опийной торговли.

Кроме того, создание опиума и героиновой зависимости среди племен и групп центральноазиатского региона, как британцы хорошо выучили во время своих Опийных войн 1840-х в Китае, является идеальным способом уничтожить страну, создавая пассивность, беззаконие и хаос, которые, в свою очередь, могут использоваться, чтобы оправдать «миротворческое» присутствие НАТО.

Использование киргизского транзита, чтобы затопить Синьцзян Китая и другие регионы опиумом, могло бы стать очевидной стратегией Пентагона. Уже и российское общество опустошается чумой дешевого афганского героина.

Посол Холбрук и разнообразные пресс-секретари СЕНТКОМа и Пентагона утверждают, что афганцы, узбеки или таджики везут опиум на крупах мулов через перевалы. Однако реальность, похоже, совсем другая. Похоже, что опиум транспортируется с помощью самого современного военного транспорта. Самый взрывоопасный аспект истории американского так называемого «нарочитого невнимания» к росту афганского опийного урожая — сообщения, что опиум и очищенный героин перевозится американским военным транспортом, например, от авиабазы «Манас» в Киргизии, которая засекречена и охраняется во имя национальной безопасности.

Такое использование американского военного транспорта, если это правда, обеспечило бы прекрасное прикрытие, поскольку американские военные самолеты обладают неприкосновенностью, и никому не позволено их обыскивать. Какое воспроизведение реалий Вьетнамской войны!

Это обвинение последовало из уст хорошо осведомленного разведывательного источника в Зоне племен Хамида Гула, бывшего отставного главы Межведомственной разведки Пакистана (ISI) и Генерального директора пакистанской военной разведки во время афганских войн конца 1980-х. Специальная роль американской базы в Манасе в сочетании с последними шагами США по организации учебной базы в Баткене вполне соответствует заявлению Холбрука, что новая американская политика по афганскому опиуму будет пресечением, а не уничтожением. Удачным образом, новая политика Пентагона оставляет 93 % мирового опиума нетронутыми и доступными для переработки в героин для продажи на рынках Китая, Узбекистана, России и т.д.,  новый вид Опиумной войны.

Американские господствующие СМИ сообщают, что Талибан управляет опийной торговлей. Однако согласно управлению ООН по наркотикам, антиправительственные элементы, которые включают, но не ограничены Талибаном, имеют только 2 % от оцененного ООН в 3,4 млрд долларов ежегодного дохода от наркотиков. Талибан получает какие-то $70 миллионов в год от торговли наркотиками. Реальные объемы героина и сырого опиума в Афганистане управляются полевыми командирами, связанными с машиной Карзая.

Последняя американская стратегия решения «проблемы» афганских наркотиков состоит в том, что торговцы наркотиками, замеченные в связях с повстанцам, заносятся в списки на уничтожение. Эти списки исключают большинство афганских наркобаронов, которые собирают приблизительно 98 %  доходов от производства и продажи опиума и героина, и которые сотрудничают с коррумпированным режимом Карзая.

В действительности, как выразился один аналитик, Вооруженные силы Соединенных Штатов ”помогут лояльным наркобаронам устранить конкурентов и далее монополизировать рынок.”

Крэйг Мюррэй, британский Посол в Узбекистане до 2004 г, утверждает, что конвои подчиняющиеся генералу Рашиду Дустуму (который был вновь в 2009 г назначен Главнокомандующим афганской Национальной Армии Президентом Хамидом Карзаем как Начальник штаба) перевозят наркотики через границу. Согласно Мюррею, Дустум — ключевая фигура, управляющая афганской торговлей героином из Мазари-Шарифа. Он был с американского одобрения возвращен из изгнания Карзаем для недавних выборов, куда он должным образом поставил «100 %» голосов «за» Карзая в ключевых районах. Пентагон теперь предлагает поставлять оружие в крупных масштабах частному ополчению Дустума, чтобы, якобы, “бороться с Талибаном.” Это, несмотря на то, что Дустум остается номинальным армейским Начальником штаба, и несмотря на то, что Вашингтон знает о его роли в афганской торговле героином.

Мюррэй далее подчеркивает, что Афганистан “теперь экспортирует не опиум, а героин. Опиум перерабатывается в героин в промышленных масштабах, не в кухнях, а на фабриках. Миллионы галлонов химикатов, необходимых для этого процесса, отправляются в Афганистан в цистернах. Цистерны и оптовые опийные грузовики на пути к фабрикам едут вместе с войсками НАТО по дорогам, улучшенным с американской помощью…. Четыре крупнейших игрока в героиновом бизнесе — все старшие члены афганского правительства.”

Заключение

Внимательный взгляд на карту Центральной Азии дает ясное понимание, почему Афганистан является центром усилий Пентагона по дестабилизации и милитаризации всей Центральной Азии с одновременной угрозой Китаю, России, Ирану и другим соседним странам, всем участницам ШОС.

Распространение наркотрафика и антинаркотические операции, террор и антитеррористические операции, намеренная жестокость местной полиции и контролирование существующих и будущих энергетических потоков Евразии — все это компоненты управляемых США и НАТО операций, исходящих из Афганистана.

Киргизия играет теперь роль «центра» в распространении этой войны по все Средней Азии.  Это знает Москва, это знает Пекин. На кон в Большой Игре Вашингтона в Киргизии и в Средней Азии фактически поставлена судьба американской политики Полного спектра доминирования, политики глобальной военной гегемонии.

Становится все более и более ясно, что американская ‘война с террором’ в Афганистане преднамеренно разработана Вашингтоном, чтобы стать еще одной ‘безнадежной войной.’

«Неудача» афганской войны проектируется так, чтобы оправдать перемещение в Киргизию, Узбекистан, Таджикистан и Ферганскую долину и оттуда в Среднюю Азию. Прежде, чем народные протесты в марте этого года отправили банду Бакиева в изгнание, Вашингтон уверенно продвигался к расширению войны посредством соглашений с последним о создании «антитеррористических» учебных баз в стране. Оттуда, контроль евразийского Сердца мира (от Синьцзяна до Казахстана и России) стал бы только вопросом времени, учитывая распространение опийных маршрутов.

На сей раз, в отличие от начала 1970-х, ставки для американской гегемонии значительно выше. Позиция временного правительства Киргизии, позиция Москвы и Пекина, а также Ирана и Узбекистана будут решающими в этом, одном из самых интенсивных конфликтов в центре мира.

25 мая 2010 г.

F. William Engdahl, author of Full Spectrum Dominance: Totalitarian Democracy in the New World Order

Источник: Война и мир

 




Комментирование закрыто.