Характер кризиса и наш ответ

1) Происхождение и острота кризиса. 

Происхождение кризиса, вероятно, наиболее важный аспект происходящего. Два с половиной десятилетия «казино-капитализма»: спекуляции, дерегуляция и приватизация, проводимые при Рейгане и Тэтчер – и поддержанные Блэром, Брауном и остальными, создали спекулятивный пузырь, который привел к кредитному и банковскому кризису, когда рухнул рынок недвижимости в США. Это поставило глобальные финансовые структуры под угрозу распада. 

В настоящий момент идут споры о том, насколько серьезен кризис – хотя большинство, если не все, признают, что это самое серьезное потрясение с 1930-х годов (хотя пока что и не достигло его по своим социальным последствиям), которое быстро переходит в глобальную рецессию, а может быть, и депрессию. Резко выросшее число банкротств, массовых увольнений, безработица, утрата людьми недвижимости, купленной в кредит, делает это вполне очевидным. Мы все еще находимся на ранних стадиях кризиса, который еще весьма далек от завершения. 

Ясно одно – мы стоим на пороге мощной эскалации его последствий в социальной сфере. Контекстом нынешнего кризиса являются нестабильные экономические условия, возникшие в середине 70-х. Это привело к ряду региональных кризисов за последние 15 лет, таких как мексиканский кризис 1994 года, азиатский кризис 1997, российский кризис 1998 и аргентинский 2002 года. Однако нынешний кризис качественно отличается от них и значительно более широк. Он начался в сердце капитализма – в США и Европе, оказывая мощное воздействие на развивающиеся страны.

2) Характер кризиса. 

Банковский кризис совпал с другими глобальными явлениями, которые усугубили его течение и сделали его гораздо более трудноизлечимым. Во-первых, это влияние на его протекание развивающихся стран, таких как Индия и Китай – особенно Китай после восстановления капитализма. Взрывной рост производства в Китае, с его дешевой рабочей силой, работающей в тяжелых условиях, привел к росту потребности в сырье во всем мире, а особенно в нефти и стали. Это способствовало росту цен на жилье во всем мире, что ударило по бедным слоям населения. (Фактически Китай оказался ключевым игроком в раздувании кредитного пузыря, закупив огромное количество казначейских облигаций США. Если Китай начнет продавать эти облигации, доллар рухнет). 

Во-вторых, пиковые цены на нефть – вернее, начало завершения легкодоступных запасов нефти, является вторым важнейшим событием, повлиявшим на экономику. Это было важнейшей причиной вторжения в Ирак, и причина того, почему американские военные базы останутся после отвода основных войск. Ситуация 1990-х, когда цены на нефть колебались между 10 и 20 долларами за баррель, больше не вернется. Политика ОПЕК направлена на то, чтобы цены колебались около 70 долларов за баррель. Это важнейшее изменение в стоимости энергоносителей на будущее.

В-третьих, что наиболее важно, начался экологический кризис и глобальное потепление. Это способствует его превращению в кризис системный. Наконец, он значительно превосходит рамки сугубо экономического. Глобальное потепление ведет к росту пустынь, разрушению сельского хозяйства, падению продуктивности сельского хозяйства. Влияние на цены на продовольствие очевидно. Биотопливо усложняет проблему, сокращая объемы продовольствия в топливо, и площади пахотных земель. В 2008 году это уже привело к продовольственным бунтам в 37 странах. 

Четвертый фактор это беспрецедентный рост глобализации мировой экономики. По всем этим причинам, это больше не «нормальный» циклический кризис капиталистической системы. Ясно, что ни одна из послевоенных экономических моделей – кейнсианство, монетаризм, неолиберализм, не были способны предотвратить этот кризис «перепроизводства». 

Дуальный характер этого кризиса также оказывает влияние на те долгосрочные решения, которые предлагаем мы, социалисты; другими словами это экосоциалистические решения. Кризис указывает на необходимость альтернативного общества, построенного на основе интересов рабочего класса, и которое в то же время было бы экологически устойчивым. 

3) Правительственные меры.

Ни одно из правительств не смогло предсказать кризис, не смогли его предсказать ни банкиры, ни спекулянты. Фактически многие правительства – в том числе и Гордона Брауна, активно продвигали миф, что они установили гораздо больший контроль над капитализмом и его противоречиями, чем раньше. Как упорно доказывал Гордон Браун, «эпоха бумов и крахов завершилась». 

Кризис начался осенью 2007, когда в США инвестиционный банк «Bear Stearns» обнаружил огромные потери на рынке недвижимости – который оказался самой слабой точкой в глобальном пузыре. Вскоре Британия пережила первый крах банка с 19-го века. Поначалу правительство Брауна пыталось проводить свою прежнюю неолиберальную линию, избегая вмешательства в события. Однако уже в феврале 2008, оно прибегло к очень болезненному средству – национализации. Это была первая национализация в Британии за 30 лет, и в финансовом плане – одна из крупнейших когда-либо. Осенью 2008 были национализированы два гиганта, «Фенни Мей» и «Фредди Мак», чьи операции достигали размера 5,5 триллионов долларов; они были слишком велики, чтобы позволить им упасть, и были национализированы под руководством секретаря госказначейства США Хэнка Паулсона. 

Правые республиканцы были в ужасе. Ряд других важных финансовых институтов США уже переживали трудности. Среди них – «Goldman Sachs», «Morgan Stanley», «Merrill Lynch» и «Lehman Brothers». Под их давлением Паулсон решил, что зашел слишком далеко, и что если дальше кто-то из них рухнет, то пусть их судьбу вершат рыночные силы. 

Это было поистине судьбоносное решение администрации Буша. Осенью рухнул «Леман Бразерс», четвертый по величине инвестиционный банк в США. Это банкротство привело к краху «AIG» – крупнейшей мировой страховой компании, которая страховала банки от потерь на рынке недвижимости. Поначалу Паулсон собирался оставить компании на произвол рыночных сил, однако специалисты «JP Morgan» и «Goldman Sachs» подготовили доклад, из которого следовало, что это приведет к глобальному Армагеддону, краху всей мировой финансовой системы. Масштабы и последствия этого было трудно предсказать. Паулсон не мешкал, «AIG» было спешно национализировано с инъекцией в 150 миллиардов долларов. 

4) Поворот к интервенционизму.

Национализация «AIG» стала драматической поворотной точкой в экономической политике. Прежняя твердая монетаристская, неолиберальная экономическая модель Милтона Фридмана, Рейгана и Тэтчер, которая господствовала в экономической политике последние 30 лет, была прекращена. И это произошло под воздействием правых республиканцев, которые возвели рыночные силы и дерегуляцию рынка в ранг религии. Рейган твердил мантру о том, что государство это проблема, а дерегуляция – ответ. Тэтчер думала так же. Вместо этого правящие круги прибегли к паническим мерам, направленным на спасение от коллапса банковской системы, которые находились в арсенале экономиста Джона Мейнарда Кейнса, которого столь долго недооценивали. 

Это драматическое изменение политики в США положило начало серии интервенционистских шагов правительств по всему миру, когда они начинали понимать глубину кризиса. Это включает в себя вбрасывание огромных сумм денег в глотки банкиров во имя «рекапитализации». В октябре американский Конгресс обсуждал предложение Паулсона вбросить в банковскую систему 800 миллиардов долларов, что эквивалентно мировым расходам на борону за год. В Британии, вслед за «HBOS» был национализирован «Брэдфорд и Бигли». 

Глава МВФ, Доминик Стросс-Кан объяснил новый порядок. Правительства должны запускать антикризисные пакеты, чтобы избежать длительного спада и социального беспокойства. Если мы не сделаем это, объяснял он, во многих странах начнутся протесты и насилие. Основным оппозиционером интервенционизму в Европе, в данный момент, является министр финансов Германии Петер Штейнбрюк. Британские тори также намертво связали себя с рыночными силами, что стало первым заметным расхождением между ними и лейбористами за многие годы. 

Все это только часть картины проблем, созданных кризисом, когда страны вспоминают о своих национальных интересах и пытаются спасти «свою» промышленность, а не единство Европейского Союза. В то же время, некоторые из новых стран-членов ЕС получили такой тяжелый удар, что могут и вовсе стать «неудавшимися государствами» и вылететь из еврозоны, что поставит ЕС перед серьезным политическим кризисом. Европейская банковская система в любом случае находится в состоянии коллапса. 

5) Новые лейбористы в Британии.

Банковский кризис, с полной силой поразивший Британию в середине января, вынудил правительство прибегнуть к новому ряду мер по спасению финансового сектора. В феврале 2009 банкирам во всем мире был передан триллион долларов, и еще 1,5 триллиона были впрыснуты как фискальный стимул. Однако уже в конце февраля «Ситигруп», крупнейшая банковская группа в мире, вошла в коллапс, и ситуация там ухудшается с каждым днем. 

Новые лейбористы в Британии являются частью международного интервенционистского консенсуса. Потому они стремятся поддержать банковскую систему, наращивая долги и печатая деньги. После массированных финансовых вливаний ими был национализирован ряд банков, а учетная ставка опущена до рекордно низкого уровня в 0,5%, после чего они намерены вбросить еще 75 миллиардов фунтов, чтобы стимулировать потребительский спрос и возобновить работу банков. Это не только последнее средство спасения, но и шаг в совершенно неизведанную экономическую территорию, поскольку Британия уже должна рекордные два триллиона фунтов. Это резко ограничивает масштаб фискальных стимулов и делает проблему возврата долга еще более тяжелой. При этом правительство Гордона Брауна продолжает поддерживать войну в Ираке и Афганистане и атаковать общественную сферу – благосостояние широких слоев населения, гражданские права, зарплаты, пенсии так же, как и всегда. Впрочем, Саркози и Меркель делают то же самое. 

6) Роль Обамы.

Гораздо более значима, чем роль британского премьера Брауна, с глобальной точки зрения, роль Обамы. Его выборы обозначили важный сдвиг в американской политике, который произошел бы и без всякого кризиса. Он последовательно продолжает империалистическую политику США, в этом нет никаких сомнений. Он ясно сказал об этом в своей инаугурационной речи, и продемонстрировал на деле, расширив войну в Афганистане. В социальной политике, однако, он представляет разрыв с эрой Буша. Значение это разрыва резко возросло с началом кризиса. Стимулирующий пакет в 787 миллиардов все же был запущен – при сопротивлении республиканцев, и является крупнейшим в мире, кроме антикризисного пакета Китая, который и так находится в международной немилости за свой экономический интервенционизм.

Будут ли выполнены важные обещания Обамы, касающиеся реформы здравоохранения, покажет время, но все же, мы не должны недооценивать, что собой представляет Обама. Во всяком случае, британский премьер Браун своим лучшим шансом видит следовать за ним, пытаясь «вскочить в последний вагон». 

7) Главный политический вопрос. 

Центральным политическим вопросом кризиса является вопрос о том, кто будет платить за выход из него – капитал или труд. В этом отношении две возможности, которые сейчас обсуждаются – рыночные силы или вмешательство правительства, не слишком различаются. В обоих случаях они направлены на то, чтобы за кризис расплатился рабочий класс, а капитализм продлил свою жизнь. 

И все же нам стоит приветствовать «новый курс» интервенционизма, поскольку он позволит сохранить больше рабочих мест, дав трудящимся людям некоторое облегчение. Конечно, при этом возникает масса вопросов. Мы должны требовать, чтобы принимаемые меры шли гораздо дальше уже предложенных Обамой, Брауном и другими мировыми лидерами. Мы должны требовать программ общественных работ, которые дадут работу миллионам людей. Если банкам можно дать триллионы долларов, почему их нельзя дать на общественные программы? 

8) Национализация.

Ключевым вопросом является национализация, которая выходит на политический уровень. И здесь лежит крупная возможность. Понятие национализации, которое было дискредитировано лейбористами в 70-х и 80-х и демонизировано тори, в период кризиса ожило и получило признание как важная антикризисная мера. Когда члены американского правительства решают, сколько банков нужно национализировать, становится ясно, что в мире кое-что изменилось. 

Конечно, с национализацией многое не в порядке. Национализация обанкротившихся компаний проводится для того, чтобы социализировать издержки, а затем вернуть компании бывшим хозяевам. Однако для социалистов в нынешних условиях будет большой ошибкой противиться национализации. Требование полной национализации под демократическим контролем исключительно популярно. Еще год назад подобное было невозможно и представить. Это означает начало широкого подъема рабочего движения и профсоюзов за проведение национализации. Движение «Народная Хартия», возникшее буквально на днях, является хорошим началом для этого.

9) Ответ рабочего класса на кризис.

Учитывая масштабы кризиса в ответ почти ничего невозможно предложить. Под ударом оказалось слишком много людей, мы очутились на неизведанной территории. Мы все еще находимся в начале кризиса, и впереди – резкий рост безработицы во всем мире. Социальные беспорядки неизбежны. Проблема в том, чтобы они пошли на пользу самим протестующим трудящимся.

Ситуация с профсоюзами выглядит почти катастрофической. Лидерам основных организаций практически нечего сказать. Большинство практически ничего не делают – и что еще хуже, действуют только в узких рамках переговоров о размерах зарплаты. Сегодня в Британии развернулась, вероятно, крупнейшая атака на размеры зарплат и условия труда со времен Тэтчер в 1980-х. И если трудящиеся не смогут защищать свои интересы – через профсоюзы или иначе, капитализм предложит свои решения, и за счет людей. 

10) Спасать людей, а не банкиров.

Мы требуем: остановить дальнейшую приватизацию, проводимую как местными, так и центральными властями; остановить атаку на зарплаты, условия труда и размеры пенсий; остановить все закулисные переговоры, защитить все соглашения с профсоюзами. Прекратить социальный демпинг, прекратить продажу с молотка домов, купленных в кредит, хозяева которых не могут его выплатить. 

Требования широкого народного движения должны включать в себя: национализацию банков, финучреждений, обанкротившихся предприятий под демократическим контролем, чтобы сохранить рабочие места. Антикризисная программа должна включать в себя создание экологически устойчивой, государственной, энергетической инфраструктуры, транспортной системы, конверсии производства на социально полезные товары, а не предметы роскоши, создание государственной индустрии строительства. Нужны полные правительственные гарантии по выплате пенсий. Наконец, необходимо установить контроль над международными финансовыми спекуляциями и перетоком капиталов через их налогообложение. 

Перевод Андрея Маклакова

«Диалоги»




Комментирование закрыто.